Сегодняшние истории заставят многих задуматься о многих образцах народной мудрости, которые в том или ином виде учат нас: «Тише едешь — дальше будешь». Всегда ли она верна? Или порой именно наша чрезмерная осторожность, желание перестраховаться и «обмануть» дурное предчувствие становятся тем самым капканом, который захлопывает судьба?
Герой нашего первого рассказа, назовем его Алексеем, до конца своих дней будет задавать себе этот вопрос, но ответа так и не получит.
Случилось это в областном центре лет семь назад. Алексей и его жена, кроткая и улыбчивая Марина, ждали первенца. Ждали долго, почти пять лет лечились, консультировались у светил медицины, ездили по святым местам, и вот — чудо свершилось. Беременность протекала сложно, врачи качали головами, но к девятому месяцу всё вроде бы выровнялось. Алексей с жены пылинки сдувал, сам не свой ходил от волнения.
В то утро Марина разбудила мужа чуть свет. Схваток ещё не было, но она пожаловалась, что малыш как-то странно затих, и у неё тянет низ живота. Решили не рисковать и ехать в роддом. Тот находился на другом конце города, но машина была под боком, да и их городок был не таким уж большим.
Алексей начал собираться, и тут его охватила непонятная тревога. Сначала ключи от машины выпали из рук и скользнули под тяжёлый комод — пришлось тратить время, доставая их. Потом, когда выходили из подъезда, чёрная кошка перебежала дорогу прямо перед носом. Алексей, человек вообще-то не суеверный, вдруг вспомнил страшную аварию, которую видел вчера в новостях: лихач на перекрёстке влетел в скорую помощь, везшую роженицу.
В голове у него словно щелкнуло. «Не спеши, — прошептал внутренний голос. — Куда торопишься? Лучше лишний час в дороге, но доехать живыми. Сейчас скользко, утро».
Он усадил Марину в машину, поправил подушку под поясницей у жены, тщательно пристегнул. Мотор завёлся не с первого раза, чихнул и заглох. Алексей побелел. Ему показалось, что это очередной знак свыше: «Не гони».
До роддома можно было добраться по широкому проспекту минут за двадцать, если не стоять на светофорах. А если не повезёт — максимум за полчаса. Но Алексей, ведомый своим липким страхом и желанием сберечь драгоценный груз, выбрал другой путь. Он решил ехать по объездной, через частный сектор. Там дорога хуже, петляет, скорость выше сорока не разовьёшь, зато машин почти нет. Никаких лихачей, никаких фур. Тихая гавань.
— Лёша, может, по прямой? — тихо спросила Марина, держась за живот. — Что-то мне нехорошо.
— Потерпи, родная, — уверенно, даже с ноткой назидания ответил он. — Тише едешь — дальше будешь. Зачем нам рисковать? Сейчас пробки на проспекте наверняка уже собираются, нервы одни. А тут мы тихонечко, аккуратно. Я тебя как хрустальную вазу довезу.
И он повёз. Ехал подчеркнуто медленно, останавливался перед каждым пешеходным переходом, даже если человек был ещё на тротуаре. На жёлтый сигнал светофора, где можно было бы проехать, он мягко тормозил, выжидая долгие минуты красного. Ему казалось, что он все делает правильно. Он чувствовал себя защитником, который своей мудростью и выдержкой оберегает семью от дорожного безумия. Каждая лишняя минута в пути казалась ему выигранной у смерти.
Вместо получаса они добирались почти полтора. Алексей парковался у приёмного покоя с чувством выполненного долга. Он вышел, помог жене выбраться. Та была бледная, идти сама уже не могла.
Врачи забрали Марину мгновенно. Алексей остался в коридоре, протирая запотевшие очки и успокаивая себя: «Успели. Главное, что доехали без происшествий».
Через сорок минут из операционной вышел пожилой врач. Он снял маску, и Алексей сразу понял по его глазам — случилось страшное. Ноги подкосились.
— Жену вашу мы спасли, — глухо сказал доктор, глядя в пол. — А вот ребенка... Мальчик был крупный, здоровый. Но произошло острое кислородное голодание.
Алексей схватил врача за халат:
— Как же так? Мы же ехали... Мы же сразу...
Врач устало покачал головой:
— Понимаете, тут счёт шёл на минуты. Буквально. Если бы вы приехали хотя бы на двадцать минут раньше, мы бы успели сделать кесарево, и малыш сейчас бы кричал в детском отделении. Сердце остановилось совсем незадолго до вашего приезда. Что же вы так долго? Пробок ведь в городе ещё нет.
Алексей сполз по стене на холодный пол. В ушах звенела тишина, а перед глазами стояла та самая пустая, безопасная объездная дорога, по которой он так гордо и медленно вёз свою «хрустальную вазу».
Те самые минуты, которые он, как ему казалось, «выгадал» у опасной трассы, он обменял на жизнь собственного сына. Его осторожность, его страх, его желание перехитрить судьбу и избежать возможной аварии стали причиной реальной, необратимой беды.
С тех пор Алексей за руль не садится. Говорят, он часто приходит к тому перекрестку, где свернул на объездную, и подолгу стоит там, глядя на проносящиеся мимо машины, которые спешат, рискуют, но успевают жить. А он, выбрав безопасность, опоздал навсегда.
Вот и думай теперь: береженого Бог бережет, или у судьбы на каждого свои планы, и любая наша попытка вмешаться лишь приближает неизбежное?