Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Галина Дарсаева

Синдром Лима

Все знают про Стокгольмский синдром. О нем так часто говорят, что уже создается впечатление, что люди стали им чаще страдать, потому что это стало модным. А бывает Стокгольмский синдром наоборот. Нет, это не про правильную реакцию психики, когда жертва ненавидит своего захватчика, так не интересно. А наоборот, когда захватчик начинает любить и защищать свою жертву. Оказывается, и такое бывает реже, чем Стокгольмский синдром, но вполне задокументировано, описано и даже название есть. Называется сие благодать синдром Лима.
Лима — это столица Перу. В 1996 году бандиты в японском посольстве захватили заложников и несколько дней их удерживали. Что они требовали за освобождение заложников, история особо не помнит. Но примечательно другое. Преступники, побыв вместе с заложниками в замкнутом пространстве несколько дней, вдруг прониклись к ним не только сочувствием, но и даже симпатией. Бывает же так, когда люди оказываются людьми.
Да, в начале заложникам пришлось нелегко: к ним отн

Все знают про Стокгольмский синдром. О нем так часто говорят, что уже создается впечатление, что люди стали им чаще страдать, потому что это стало модным. А бывает Стокгольмский синдром наоборот. Нет, это не про правильную реакцию психики, когда жертва ненавидит своего захватчика, так не интересно. А наоборот, когда захватчик начинает любить и защищать свою жертву. Оказывается, и такое бывает реже, чем Стокгольмский синдром, но вполне задокументировано, описано и даже название есть. Называется сие благодать синдром Лима.


Лима — это столица Перу. В 1996 году бандиты в японском посольстве захватили заложников и несколько дней их удерживали. Что они требовали за освобождение заложников, история особо не помнит. Но примечательно другое. Преступники, побыв вместе с заложниками в замкнутом пространстве несколько дней, вдруг прониклись к ним не только сочувствием, но и даже симпатией. Бывает же так, когда люди оказываются людьми.


Да, в начале заложникам пришлось нелегко: к ним относились в лучшем случае равнодушно, а в худшем — жестоко. Но потом бандиты стали проявлять человечность, делясь со своими жертвами водой, едой и историями из личной жизни. В итоге в ходе переговоров преступники отпустили заложников на волю, кроме одного, который никому не понравился. Видимо, он был коллектором или депутатом, а таких даже "честные" бандиты не любят. Более того, как после делились заложники в ходе дружеских разговоров, преступники настолько проникались к некоторым своим жертвам эмпатией, что даже советовали: "Если что, обращайся, разберемся. Кто теперь тут обидел, и вообще я здесь за эту улицу стою, пацаны мне все, и я все пацанам, кто меня знает, тот в курсе… и все такое".


Вот такая история, вот такой синдром Лима. Как жаль, что он встречается куда реже, чем Стокгольмский.

Авторский коллаж
Авторский коллаж