Январь 2000 года. Мэри Кей МакДэниел — Кэти, как её называют друзья, — 53-летняя женщина из Кливленда, штат Огайо. Она занимается управлением недвижимостью, живёт обычной жизнью. Не грешница, не святая. Просто человек со своими радостями и проблемами.
И вдруг — сильный грипп, который перерастает в пневмонию, а затем в острый респираторный дистресс-синдром. Жидкость заполняет лёгкие. Кэти падает в кому. На три недели.
И то, что она пережила за эти три недели, по её рассказам, — одно из самых необычных описаний загробного мира, которые мне доводилось изучать. Потому что Кэти не просто описывает одно состояние. По её словам, она побывала в разных местах — и тёмных, и светлых. И поняла, что оба — не совсем то, чем кажутся.
Данный материал носит исключительно информационный характер, основан на личном опыте и воспоминаниях героини и не является медицинской рекомендацией. При проблемах со здоровьем обратитесь к врачу.
Я прослушал её интервью и изучил её книгу «Misfit in Hell to Heaven Expat» («Неподходящая в ад, эмигрант в рай»). И вот что она рассказывает.
Когда она «очнулась» на той стороне, то оказалась не в свете, а в темноте. Не пустоте — а в пространстве, которое стало светлее по мере того, как её восприятие адаптировалось. И она начала слышать звуки — стоны, крики. Был запах — тёплый, тяжёлый, неприятный.
Кэти выросла в католической семье. Настоящей, с деревянными розариями, ладаном и молитвенниками. Она даже получила награду Святого Доминика — ту самую, которую дают одному ученику в год. Она верила во всё, чему её учили.
Так что когда она оказалась в этом месте, её первой мыслью было: «Это то место, о котором меня предупреждали».
Она встречала существ, которые она описывает как тёмные, зловещие образы. Они выглядели как большие, волосатые существа с дубинами. И они говорили на совершенном английском, что её удивило. Она ожидала, что они будут рычать. Нет. Они общались вполне чётко.
Однажды они заставили её работать в месте, которое выглядело как медицинская клиника. Кэти была противницей абортов, и эта сцена была для неё особенно тяжёла. Она отказывалась, сопротивлялась. И каждый раз, когда она отказывалась что-то делать, её «выбрасывали» в другое место, к другому существу, к другому испытанию.
Она называет себя «неподходящей» для того места — потому что каждый раз, когда тёмные существа пытались сломить её, она сопротивлялась. Даже в самых тяжёлых ситуациях она не сдавалась.
Но вот что интересно. Спустя годы, когда Кэти начала анализировать свой опыт, она поняла: всё, что она видела в тёмном месте, были проекциями её собственного сознания. Кошмары, страхи, подавленные травмы. Она вспомнила, что первая сцена — это землетрясение в Санта-Крузе в 1989 году, которое она пережила. Она думала, что умрёт. И этот страх записался в неё так глубоко, что он стал фундаментом всего тёмного пейзажа.
Она говорит: «Я сделала свой собственный ад». Это были не реальные демоны, не реальное наказание. Это был её внутренний мир — страхи, которые она никогда не проработала, чувства вины, которые она не отпустила.
То тёмное место — это не локация, куда тебя отправляют. По словам Кэти, это состояние, которое ты сам создаёшь.
Как же она выбралась оттуда? Кэти рассказывает, что всё изменилось, когда она начала петь рождественский гимн «Away in a Manger». Одно из существ не оценило. Замахнулось на неё. Кэти закрыла глаза — и вместо следующего удара почувствовала бесконечную любовь.
Это была не та любовь, которую мы знаем на Земле. Это была любовь, которая заполняет каждую клетку твоего существа. Которая стирает весь страх, вину, боль. Которая заставляет тебя понять: ты дома. Наконец-то дома.
Она увидела друга, которого ухаживала в последние месяцы. Он умер от лейкемии в 33 года — на Земле он был лысым, фиолетовым, отёкшим. Но в этом месте он выглядел здоровым, молодым, счастливым. Он смеялся. Он показывал ей что-то в большой книге. Кэти поняла, что она ушла. И подумала: «Это лучшие новости в моей жизни».
Но друг сказал: «Мэри Кей, тебе ещё многое предстоит сделать». И она вернулась. Не хотела. Боролась. Но вернулась.
Проснувшись, она была в ужасе. Не могла двигаться. Потеряла 86 фунтов — с её 105 осталась почти скелет. Не могла говорить из-за трахеостомы. Не могла дышать сама. Но в голове у неё крутилась одна мысль: мама организовала молитвенный круг по всему миру и «вернула» её.
Кэти злится до сих пор. Не на маму — мама делала то, что считала правильным. А на то, что ей пришлось вернуться. По её словам, она не получила полноценного светлого опыта. Не увидела всё целиком. Её «ограбили» — по её собственным словам.
Но со временем она поняла, зачем ей довелось пройти через тёмный опыт. Она стала координатором группы поддержки для людей с тревожными околосмертными переживаниями в IANDS — Международной ассоциации по изучению околосмертного опыта. Она помогает тем, кто пережил тёмные видения, кто боится рассказать о них, кто думает, что с ними что-то не так.
Она говорит: «Если вы оказались в тёмном месте во время околосмертного опыта — помните: вы сами его создаёте. И вы сами можете из него выбраться. Сопротивляйтесь. Не соглашайтесь на то, что вам навязывают. Выбирайте любовь».
Это не значит, что светлый опыт — тоже иллюзия. Нет. Кэти говорит: тёмный опыт — это проекция. А светлый — это реальность. Настоящая, объективная реальность. Но чтобы попасть в неё, нужно пройти через свои собственные тени. Или — как в её случае — их проработать здесь, на Земле, чтобы не тянуть за собой в следующий мир.
Опыт Мэри Кей Макдэниел, по её собственным словам, изменил её представление о многом. Истории такого рода приглашают нас задуматься: а что, если наше внутреннее состояние играет большую роль, чем мы привыкли думать?