«Бумеранг прилетел обратно», - призналась актриса, которая когда-то увела чужого мужа, а теперь осталась одна с двумя детьми и пустотой внутри.
Она покупала ему дорогие машины, закрывала его кредиты, пыталась искупить вину за разрушенную семью. И верила, что счастье можно построить своими руками. Но реальность оказалась безжалостной: пока Евгения Осипова боролась за жизнь тяжелобольного сына, её муж Анатолий Симченко уже обнимал молодую любовницу. А дальше были запои, плюс тридцать килограммов, и - как вишенка на торте - увольнение из театра по статье.
Как звезда «Доярки из Хацапетовки» и «Закрытой школы» докатилась до такого? Давайте разбираться - честно, без глянца.
Трещина, которая расколола семью
Внешне всё выглядело почти идеально. Муж - оператор Анатолий Симченко, двое детишек, сын Максим и дочка София, узнаваемость и роли. С Анатолием Евгения познакомилась на съёмочной площадке - классика жанра. Правда, тогда он был женат, и ради неё оставил первую семью. Осипова позже не раз вспоминала об этом с горькой усмешкой: очень уж верила в бумеранги.
Настоящий удар пришёлся на 2021 год. Девятилетнему Максиму диагностировали сахарный диабет первого типа. Болезнь набросилась беспощадно - четыре реанимации за короткий срок. Евгения сутками пропадала в больнице, училась ставить уколы, контролировать сахар, боялась уснуть. И именно в этот момент муж начал медленно, но верно отстраняться.
Симченко не стал опорой. Несколько раз навестил сына в палате - и словно поставил галочку. А потом и вовсе снял квартиру и съехал. Официального разрыва не было ещё пару лет, но жизнь превратилась в абсурд: вместе ездили отдыхать, жили в одном номере, а домой он не возвращался.
«Мы ездили отдыхать два года, жили в одном номере. При этом он не возвращался. А сейчас я увидела буквально на днях в машине рядом с ним юную девушку. И мы ходили в какой-то момент к психологу: то есть история, когда он меня разлюбил, уже наступила давно. Моя забота воспринималась им как навязчивость», - обнажала душу актриса.
Позже выяснилось, что Анатолий не терялся - завёл молодую любовницу, пока жена боролась за здоровье ребёнка. Для Евгении это стало двойным предательством. Ещё и кредит мужа она когда-то закрывала сама, машину дорогую покупала, в строительство дома вложилась. Всё ради семьи. А в ответ - пустота.
«Я всегда помнила, что он ушёл от первой жены ко мне. Думала, отработаю свою вину, построю идеальный мир. Но когда он бросил нас с больным Максимом, я поняла: бумеранг прилетел обратно», - признавалась Осипова в одном из откровенных интервью.
Стеклянный друг и тридцать килограммов отчаяния
Человек, загнанный в угол болью, хватается за что угодно. Евгения выбрала самый доступный антидепрессант - алкоголь. Поначалу лишь бокальчик вечером, чтобы снять спазм с нервов. Но очень скоро дозы перестали быть невинными. Пошли запои.
Стресс, страх за сына, обида на мужа, тотальное одиночество - всё смешалось в один тревожный коктейль. На фоне постоянных возлияний тело начало стремительно меняться. Хрупкая актриса раздалась в талии, отёчность стала постоянным спутником. В итоге плюс тридцать килограммов. Знакомые встречали её на улице и не сразу узнавали милую доярку.
«Я не заметила, как это случилось. Выпиваешь, закусываешь, снова выпиваешь - и в какой-то момент перестаёшь влезать во все свои платья. Организм просто сдался», - рассказывала Евгения в проекте «Звёзды под капельницей», куда пришла с отчаянной надеждой завязать.
Там же, на глазах у зрителей и нарколога Василия Шурова, она пыталась перепрошить свои привычки. Получалось тяжело. Слишком глубоко сидела причина - не просто физиология, а душевная рана, которую не заливали, а топили годами. И всё же страх за детей удерживал её на краю.
«Максим и Соня - мой якорь. Когда понимаю, что могу сорваться окончательно, смотрю на них и останавливаюсь. Но это ежедневная борьба», - делилась актриса.
Неудачная попытка отогреться и мохнатые спасатели
Одиночество матери-одиночки - штука вязкая. После расставания с мужем Евгения попыталась наладить личную жизнь. В прессе мелькнул Андрей Карпов - участник тик-ток-дома, журналист, известный под псевдонимом Гликоген-ТВ. Парню едва исполнилось восемнадцать, разница в возрасте - ровно столько же.
Они катались на коньках, держались за руки, Андрей играл с детьми. Всё выглядело мило, но быстро сошло на нет. Карпов имел довольно мутную биографию: побег из дома, розыски, сомнительная репутация. Роман оказался недолгим и, судя по молчанию актрисы, вспоминать о нём она не хочет.
Тогда в доме появились те, кто точно не предаст. Для сына, измученного уколами и больничными коридорами, Осипова завела мини-пига по кличке Булка. Маленькая свинка с подушками на диване стала лучшей терапией. Потом прибавилась собака породы басенджи. Эта мохнатая бригада взяла на себя роль молчаливых психологов - с ними Максим отвлекался от постоянных инъекций, а сама Евгения получала хоть какую-то разгрузку.
Громкая сцена в театре: увольнение со звоном
Казалось, дно уже пройдено. Но судьба подбросила ещё один поворот. Совсем недавно стало известно, что 39-летнюю актрису уволили из Театра комедии по статье. Официальная причина - срыв спектакля. Не вышла на сцену, не предупредила - и вот трудовая книжка с неприятной записью.
Евгения версию о безответственности отрицает. По её словам, случился гипертонический криз, резкий скачок давления. Медики заподозрили микроинсульт и прямо из театра увезли её на скорой. Однако руководство, как утверждает Осипова, даже не позвонило, не поинтересовалось её состоянием. Просто оформили документы.
«Мне было настолько плохо, что я думала - всё, доигралась. А в театре никто даже трубку не снял. Как будто я пустое место», - не скрывала обиды актриса.
Несправедливость жгла так сильно, что на прощание она устроила бурное выяснение отношений прямо в стенах театра. Кто прав, кто виноват - вопрос открытый. Да, работник обязан известить работодателя. Но когда тебя увозят с подозрением на инсульт, наверное, логично ждать хотя бы капельку человеческого участия, а не холодного приказа.
Сейчас Евгения продолжает бороться. Дети требуют сил, болезнь сына никуда не делась. Она по-прежнему воспитывает Максима и Соню одна, изредка снимается, но прежней лёгкости в глазах уже нет. Зато есть честность, с которой она рассказывает о своих падениях. И это, пожалуй, самое сложное - признать, что красивая картинка разбилась, и начать собирать её заново, без глянца.
А как считаете вы: справедливо ли поступил театр с актрисой, которая сорвала спектакль по состоянию здоровья? И удастся ли Евгении Осиповой окончательно вырваться из цепких лап зависимости? Делитесь мыслями - такие истории редко оставляют равнодушными.