— Отпустите его, вы же взрослая женщина, должны понимать. Ему нужна богиня, а не кухарка, пахнущая зажаркой. Ему нужен полёт.
Светящийся экран смартфона Алисы безжалостно транслировал это послание от неизвестного абонента по имени «Вероника». На крошечной аватарке красовалась пухлогyбая блондинка с бокалом чего-то искрящегося, позирующая на фоне гигантского букета роз. Алиса перечитала текст. Дважды. Усмехнулась, чувствуя не боль, а странное, ледяное спокойствие.
Никаких слез. Никакой дрожи в руках. Пять лет законного брака только что были перечёркнуты парой предложений от самоуверенной девицы. Пять лет Алиса тянула на себе быт, оплачивала коммунальные счета своей просторной трёхкомнатной квартиры — добрачной, купленной с огромным трудом ещё до встречи с Ильёй. Пять лет она планировала отпуск, откладывала копейку к копейке.
Илья тем временем поддерживал статус. Статус, по его мнению, держался на старой, но когда-то элитной немецкой иномарке. Этот чёрный четырёхколесный монстр жрал бензин канистрами и требовал постоянных вливаний. Запчасти стоили космических денег. Вся скромная зарплата мужа растворялась в автосервисах. Очередной карбюратор, новые тормозные колодки, перетяжка салона. Плюс к этому Илюша требовал особого отношения к своему желудку. Жареное ему категорически запрещалось. На ужин подавалась исключительно фермерская телятина на пару.
Алиса медленно перевела взгляд на плиту. Там в дорогом сотейнике как раз мирно булькала та самая диетическая телятина. Для будущего творца и бизнесмена. Ну-ну.
Пальцы быстро и уверенно запорхали по клавиатуре.
— Вы абсолютно правы, Вероника. Скрывать правду бессмысленно. Приходите завтра ровно в 19:00. Адрес скину ниже. Заберёте его вещи. Поговорим как цивилизованные взрослые люди.
Сообщение мгновенно улетело в сеть. Алиса отложила телефон на столешницу. Голова работала поразительно ясно, выстраивая детали предстоящего шоу. У неё созрел план. Идеальный, красивый сценарий с торжественной передачей ответственности по всей форме.
Следующий звонок предназначался Галине Степановне. Свекровь. Женщина сложной душевной организации, которая все эти годы виртуозно пилила невестку за недостаточную заботу о её ненаглядном мальчике. Мальчику недавно стукнуло тридцать восемь годиков.
— Галина Степановна, добрый день. Да, всё в порядке. Нет, Илюша здоров, не переживайте. Вы знаете, приезжайте к нам завтра к семи вечера. На ужин. У меня для вас есть грандиозный сюрприз. Касается будущего вашего сына. Да, уверяю, вам очень понравится. Ждём.
Расчёт был снайперским. Свекровь наверняка решила, что Алиса наконец-то забеременела. Или что Илье предложили должность генерального директора в его скромной конторе. Галина Степановна радостно заворковала в трубку, обещая напечь своих фирменных пирожков и быть минута в минуту.
Оставалось предупредить главного виновника торжества.
Вечером Илья ввалился в прихожую, привычно недовольный жизнью.
— Там пробки просто жуткие. Моя ласточка опять стучит в задней подвеске. Надо бы в сервис срочно загнать... тысяч двадцать нужно. Понимаешь, без машины я как без рук. У тебя не будет до аванса перехватить?
Алиса забрала у него куртку, мило улыбаясь.
— Посмотрим, Илюш. Завтра у нас намечается особенный ужин. Праздничный. Приготовься, надень ту красивую синюю рубашку.
Муж довольно хмыкнул, потирая руки. Праздничный ужин в его картине мира означал что-то деликатесное, а возможно, и прибавку к зарплате жены, которую можно благополучно пустить на ремонт любимого авто.
Весь следующий день пролетел в приятном предвкушении. Алиса принципиально отказалась от готовки. Она заказала доставку. Запечённая форель, изысканные салаты с морепродуктами, огромная сырная тарелка. И вино. Дорогое, терпкое красное вино. Лично для себя.
Без десяти семь она критично осмотрела себя в зеркале. Чёрное элегантное платье сидело безупречно. Волосы уложены волосок к волоску. Илья крутился рядом, нервно поправляя воротник той самой синей рубашки.
Звонок в дверь раздался ровно в назначенное время.
Алиса распахнула дверь. На пороге стояла та самая эффектная блондинка с фотографии. Губы заботливо подкачаны, ресницы достают до бровей. В воздухе мгновенно повис густой, удушливый аромат сладкого парфюма.
— Я Вероника, — с вызовом бросила гостья, переступая порог так, словно входила в покорённую провинцию. — Я за ним.
— Проходите, Вероника. Прямо по коридору, — Алиса сделала вежливый приглашающий жест рукой.
Двери лифта на лестничной площадке с лязгом разъехались.
— А вот и я! Алиса, я такой тортик купила по дороге... — Галина Степановна торжественно вплыла на площадку. В руках пузатая коробка из кондитерской, на лице выражение царственной милости.
Свекровь резко осеклась, увидев незнакомую расфуфыренную девицу прямо в дверях квартиры невестки.
— Добрый вечер, Галина Степановна. Проходите скорее. Все уже в сборе, только вас ждём.
Илья, услышав голоса, вышел из гостиной.
— Кто там, Алис...
Слова застряли у него где-то в районе кадыка. Он замер каменным изваянием. Глаза расширились так, что стали похожи на два чайных блюдца. Лицо за секунду приобрело оттенок несвежего творога. Рука инстинктивно дёрнулась к воротнику, словно невидимая удавка внезапно перекрыла кислород.
Картина достойна кисти мастера. Законная жена, молодая любовница и деспотичная мать. На четырёх квадратных метрах тесной прихожей.
Вероника недоуменно захлопала своими роскошными ресницами.
— Илюша? А это что за женщина? — она пренебрежительно кивнула на замершую Галину Степановну.
Свекровь возмущенно выкатила грудь вперёд, чуть не выронив коробку.
— Я его родная мать! А ты кто такая будешь, фифа крашеная? Илья, что здесь вообще происходит? Алиса, объясни немедленно!
Алиса плавно закрыла входную дверь.
— Прошу всех к столу. Горячее остывает.
Илья передвигался по коридору на негнущихся деревянных ногах. Он дошёл до гостиной и рухнул на стул, уставившись в пустую тарелку. Галина Степановна заняла место напротив, воинственно прижимая к груди кондитерское изделие. Вероника устроилась рядом с Ильёй. Она попыталась по-хозяйски взять его за руку, но мужчина отдёрнул ладонь так резко, будто коснулся раскалённой сковороды.
Алиса неспеша наполнила свой бокал рубиновой жидкостью. Сделала крошечный глоток. Вкус победы.
— Предлагаю обойтись без долгих и утомительных прелюдий, — голос хозяйки дома звучал ровно, с едва уловимой насмешкой. — Галина Степановна, познакомьтесь. Это Вероника. Новая большая любовь, а по совместительству муза вашего сына.
Свекровь громко охнула. Торт угрожающе накренился над столом.
— Что?! Илюша, скажи, что это злая шутка! Какая ещё муза? Ты же женатый человек!
— Мам... ну я... как бы... понимаешь... — Илья выдавил из себя жалкий лепет, покрываясь крупными каплями холодного пота.
Алиса перевела холодный взгляд на побледневшую блондинку.
— Вероника. А это Галина Степановна. Мама. Главная женщина в жизни нашего Ильи. Вам теперь придётся с ней общаться. Очень часто и очень близко.
— Я не собираюсь общаться ни с какими престарелыми родственниками, — брезгливо фыркнула Вероника, высокомерно вскинув подбородок. — Мы с Илюшей будем жить исключительно для себя. Он обещал, что мы улетим на Бали в следующем месяце. И что его бизнес скоро принесёт миллионы.
Алиса не выдержала и рассмеялась. Искренне, громко, до слёз.
— Бизнес? Менеджер с окладом в тридцать тысяч — это теперь называется бизнесом? Звучит действительно гордо.
Она отставила бокал и подалась вперёд, внимательно глядя на любовницу мужа.
— Значит так, девочки. Слушайте внимательно. Эстафетную палочку я передаю официально и безвозвратно. Записывай, Вероника, подробную инструкцию по эксплуатации своего нового мужчины.
Блондинка тревожно нахмурилась, явно чувствуя серьёзный подвох. Галина Степановна сидела с приоткрытым ртом, забыв про возмущение.
— Илья обожает телятину на пару. Жареное ему категорически нельзя, сразу хватает поджелудочная. Рубашки гладить исключительно хорошим отпаривателем, обычный утюг оставляет на ткани блеск. Коммунальные платежи на тебе. Продукты в холодильнике покупала тоже я. Илья всю свою зарплату до копейки спускает на запчасти для своего старого ведра с болтами. Так что, дорогая муза, финансовое обеспечение гения теперь полностью ложится на твои хрупкие плечи. Бали? Разве что фотообои наклеите в коридоре.
Лицо Вероники начало стремительно вытягиваться. Краска сползла со щёк. Она резко повернулась к съёжившемуся мужчине.
— Илюш... Это дурацкая шутка? Ты же говорил, что машины — это просто твоё маленькое хобби. А эта квартира... ты же клялся, что это твоя недвижимость!
Илья вжал голову в плечи, пытаясь слиться со спинкой стула.
— Ну... она как бы наша общая... мы же семья... мы покупали мебель...
— Крупно ошибаешься, милый, — стальным тоном отрезала Алиса. — Квартира исключительно моя. Ты сюда пришёл с одним чемоданом. С ним же и уйдёшь.
Галина Степановна наконец сбросила оцепенение. Лицо женщины пошло багровыми пятнами гнева.
— Алиса! Да как у тебя язык поворачивается! Моего родного сына на мороз выгонять! А ты... — она с жгучей ненавистью уставилась на Веронику. — Разлучница дешёвая! Ты хоть борщ варить умеешь? Телятину на пару ему приготовишь завтра?
Вероника с отвращением скривила накачанные губы.
— Какие ещё борщи?! Я для другого создана! Я не нанималась в кухарки! Я вообще думала, мы будем ужинать только в ресторанах! Зачем мне нужен мужик без гроша в кармане, да ещё с такой неадекватной мамашей?
— Ах ты наглая дрянь! — свекровь вскочила на ноги, с грохотом уронив злосчастный торт прямо на пол. Сливки брызнули на ковер. — Мой Илюша для тебя недостаточно хорош?! Да он настоящий бриллиант!
— Оставьте свой бриллиант себе! — истерично завизжала любовница, подхватывая сумочку. — Нищеброд проклятый! Потратил моё время!
Илья сидел, плотно закрыв лицо трясущимися руками. Успешный мужчина. Загадочный инвестор. Щёголь. Весь его карточный домик рухнул прямо в салат с морепродуктами.
Алиса откровенно наслаждалась развернувшейся драмой. Всё шло даже лучше, чем она смела мечтать. Никаких слезливых истерик, никаких унизительных просьб остаться, никакого долгого и мучительного раздела нажитого барахла. Просто лобовое столкновение сладкой лжи с суровой реальностью.
Она грациозно поднялась из-за стола.
— Представление окончено. Занавес. Илья, твоя спортивная сумка стоит в спальне возле шкафа. Я аккуратно собрала твои вещи ещё в обед. Вероника, будь добра, помоги своему мужчине донести багаж до лифта. Галина Степановна, поскольку на съёмную квартиру у этой прекрасной молодой пары денег явно нет, жить они временно будут у вас. Вы же не бросите кровиночку и его новую любовь на произвол судьбы? У вас чудесная однушка, в тесноте, как говорится, да не в обиде.
— В мою однушку?! С этой профурсеткой?! Илья, скажи хоть слово, не молчи!
Но Илья только надрывно вздохнул и покорно поплёлся в спальню за своими вещами. Вероника замерла посреди гостиной, растерянно хлопая глазами. Её сладкие грёзы с треском разбивались о суровую действительность в виде неизбежного переезда к злой свекрови.
— На выход, уважаемые, — Алиса подошла к входной двери и широко её распахнула.
Первой пулей вылетела Вероника. Она бормотала под нос грязные ругательства и судорожно тыкала пальцем в экран телефона, пытаясь вызвать такси. Следом, понуро шаркая ногами, выполз Илья с огромной, раздутой сумкой на плече. Он остановился на пороге, попытался заглянуть Алисе в глаза.
— Алис... может, остынем и просто поговорим завтра?
— Прощай, Илюша. — Она равнодушно отвела взгляд.
Последней квартиру покидала Галина Степановна. Она попыталась сказать что-то разгромное, грозно потрясала указательным пальцем в воздухе, но нужных слов так и не подобрала. Женщина только громко, обиженно засопела и зашагала к лифту. Оттуда уже доносились пронзительные крики Вероники и жалкие оправдания неудавшегося бизнесмена.
Алиса с наслаждением захлопнула дверь.
Никаких больше выглаженных рубашек по утрам. Никаких вечных поисков денег на ремонт чужого металлолома. Никаких душных нотаций от свекрови по выходным дням. Моя территория. Мои правила игры.
Она подошла к большому зеркалу в коридоре. Поправила выбившуюся прядь волос. Искренне улыбнулась своему отражению — красивой, уверенной в себе, сильной женщине. Ей всего тридцать пять. Жизнь только начинается, сбрасывая старую кожу.