Однажды вечером меня осенило. Я вдруг захотела стать «вкусно пахнущей мамой». Нежно и чуть заметно благоухать розами. И как только эта мысль пришла мне в голову, я уже не могла от неё освободиться.
Я окунулась в парфюмерный мир с головой: составила список духов, в которых присутствуют ноты роз, и начала действовать. На поиски своего запаха я потратила больше месяца, отсеяла десятки «чужих», «грубых» и «колючих», чтобы найти тот самый, единственный.
Наконец мои поиски увенчались успехом. Первый волнительный впрыск в воздух — и я под дождём из ароматных капель. Чистая радость. Второй — уже с удовольствием на себя. М-м-м...
Вдруг я перенеслась в день, залитый ослепительным солнцем, в цветущий сад из розовых кустов. Это был сад моей любимой бабушки. Она обожала розы. С улицы её кованый забор весь был увит колючими кустами с ярко-алыми шапками роз. Сколько их было! В детстве мне казалось, что они скоро переберутся на крышу дома.
За домом же был огород с небольшим цветочным садом. Там скромно жались к тропинкам милые маргаритки. Солнечными пятнами выглядывала календула. Отдыхали пышные, бережно подвязанные кусты пионов, уступив сцену главным героиням — розам. Именно они были жемчужиной сада.
Я любила рассматривать и нюхать каждую из них. Не пропускала ни одной. Пахли они чудесно и каждая по-особенному. Жёлтые розы были экстравагантными модницами. Белые — вечными невестами. Куст бархатисто-бордовых роз был самым высоким. Его тугие бутоны набирались сил. На стеблях же угрожающе торчали изогнутые крупные шипы — безмолвные стражи, охраняющие достоинство и честь своих спящих королев.
Рядом благоухали нежно-розовые розы. Они тесно жались друг к другу, будто шептались о последних новостях перед началом вальса. Воздух вокруг них был розовым и зыбким, превращая весь сад в декорацию к праздничному балу, а меня в гостью из другого века.
Я никогда не видела бабушку за работой, но знала, что в сарае в склянках хранятся загадочные растворы — яд для тли. Несколько секаторов: маленький острый ловкач на каждый день и большой потемневший от времени силач для особых случаев. В огороде же возле ручной колонки дружно стояли тяжёлые большие лейки. В них весь день грелась вода для полива роз. Ледяная вода из шланга, которой поливался весь остальной огород, не подходила. Я знала: бабушка боялась простудить розы.
Иногда по утрам в комнате, где я спала, на тёмном круглом столе, как на сцене, возникала хрустальная вазочка со свежесрезанными розами. Как только я открывала глаза, меня приковывало это маленькое представление. Утренние лучи, как прожекторы, играли радужными переливами на рубленых узорах вазы, светились застывшими капельками росы на лепестках. Глянцевая поверхность тёмного стола подсвечивала всё это великолепие, создавая ощущение торжества.
Воздух постепенно пропитывался тонким ароматом розового масла, которое теперь, в замкнутом пространстве, звучало отчётливее, чем в саду. Он невидимо вплетался в комнатные ноты — в книги с пожелтевшими страницами, в накрахмаленные кружева накидок для подушек, в запах старинного серванта.
Флакон с ароматом роз, искусно созданный французскими парфюмерами, стал не просто покупкой, а порталом, который за одно мгновение перенес меня из московской квартиры сквозь года к бабушкиным розам. Он напомнил мне время, когда я была любимой внученькой, а мир был огромным и добрым. Вот так я стала не просто «вкусно пахнущей мамой», но и случайно поняла: у любви нет срока годности. Она продолжает жить и после тех, кто её подарил. Главное не забывать. Помнить.