Гумилёв написал «Этногенез и биосферу Земли» в 1979 году. Издали только в 1989-м. Десять лет рукопись ходила по рукам, потому что в советской науке не было отдела, который согласился бы её принять. Слишком биологично для историков. Слишком исторично для биологов. Слишком всё сразу для идеологического отдела. Эта судьба книги - лучшая иллюстрация её главной идеи.
Гумилёв смотрел на историю и видел одно и то же: народы рождаются, разгораются, гаснут. Греки взлетают - и исчезают. Монголы завоёвывают полмира - и растворяются. Арабы за сто лет доходят до Испании - и останавливаются. Почему?
Официальный ответ его эпохи: производственные отношения, классовая борьба, география. Гумилёв говорит: нет. Вернее - не только. Есть ещё кое-что, что наука предпочитала не замечать. Он называет это пассионарностью.
Вот его определение, если убрать всю академическую оболочку: некоторые люди готовы тратить энергии больше, чем нужно для выживания. Они лезут в горы, когда можно сидеть дома. Основывают религии, когда никто не просил. Идут в крестовые походы, хотя Иерусалим им лично ничего не должен. Это и есть пассионарии. Люди с избыточной энергией, которую надо куда-то деть.
Гумилёв предполагает, что пассионарность - буквально биохимическая характеристика. Что-то в организме, что заставляет человека жертвовать собой ради цели, которая больше личного выживания. Он даже пишет, что вспышки пассионарности совпадают с определёнными зонами на карте - и что причина, возможно, в космическом излучении. Здесь у большинства читателей начинается лёгкое головокружение.
Он не предлагает принять это на веру. Он строит систему наблюдений. Берёт несколько этносов и смотрит: когда у них появились пассионарии массово? Что произошло потом? Сколько поколений прошло до упадка? Цифры раздражающе совпадают. Пассионарный подъём - примерно полтора тысячелетия от толчка до угасания. Фазы: подъём, акматическая фаза (максимум энергии, часто кровавый), надлом, инерция, обскурация, мемориальная фаза - и конец.
Рим укладывается. Арабский халифат укладывается. Монгольская империя укладывается. Западноевропейский суперэтнос, по его расчётам, сейчас где-то в инерционной фазе. Россия - по Гумилёву - моложе. Пассионарный толчок примерно в XIII веке. Мы ещё в середине пути.
Важное место, которое легко пропустить. Гумилёв категорически против того, чтобы путать этнос с государством или расой. Этнос - это группа людей с общим стереотипом поведения. Общим способом реагировать на мир. Это может совпадать с государством, может не совпадать вообще. Евреи тысячу лет не имели государства - этнос сохранялся. Советский Союз пытался создать новый этнос - не вышло, потому что этносы так не делаются.
Они складываются через ландшафт, через общую судьбу, через - и это важно - общего врага. Или общую любовь. Что в принципе одно и то же с точки зрения групповой динамики.
Есть у Гумилёва два термина, которые стоит запомнить. Комплиментарность - это когда два этноса рядом друг с другом чувствуют себя хорошо. Не потому что похожи. А потому что фазы совпадают, ритмы совпадают, можно жить по-соседски без постоянного напряжения.
Химера - два этноса в разных фазах, с разными стереотипами поведения, вынуждены существовать в одном пространстве. Один на подъёме, другой на угасании. Один верит в экспансию, другой хочет покоя. Результат - взаимное уничтожение или поглощение. Гумилёв считает, что большинство исторических катастроф - именно химеры. Рим и варвары. Поздняя Римская империя и христианство как новый пассионарный импульс, который она не смогла переварить.
Академическое сообщество Гумилёва не любило. Отчасти за то, что он сын Анны Ахматовой и Николая Гумилёва и вообще человек с биографией. Отчасти за то, что его теория плохо фальсифицируется - то есть непонятно, какой факт мог бы её опровергнуть.
Гумилёв иногда подгоняет хронологию. Иногда называет пассионарным толчком событие, которое можно объяснить и без космического излучения. Но вот что интересно. Его метод - смотреть на народы как на живые организмы с циклами рождения и смерти - оказался продуктивнее, чем марксистская схема, которая объясняла историю через способ производства. Потому что жизнь устроена циклами. Любой садовник это знает.
Читать стоит затем, что он задаёт вопрос, который большинство историков стесняются задавать: откуда берётся энергия для большого исторического движения? Откуда в одну эпоху появляются Магеллан, Лютер, Микеланджело и Коперник - все примерно в одно время, в одном регионе? Случайность? Гумилёв говорит: нет. И предлагает версию.
ОТКРЫТ НАБОР НА КУРС "РОМАН".
СЛЕДУЙТЕ ЗА БЕЛЫМ КРОЛИКОМ!
Ваш М.