Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Не советы

К сожалению, Корней Иванович, западный мир очень быстро и намеренно все забыл и шляп никто не снимает

((( ЛЕНИНГРАДСКИМ ДЕТЯМ Корней Чуковский Промчатся над вами Года за годами, И станете вы старичками. Теперь белобрысые вы, Молодые, А будете лысые вы И седые. И даже у маленькой Татки Когда-нибудь будут внучатки, И Татка наденет большие очки И будет вязать своим внукам перчатки, И даже двухлетнему Пете Будет когда-нибудь семьдесят лет, И все дети, все дети на свете Будут называть его: дед. И до пояса будет тогда Седая его борода. Так вот, когда станете вы старичками С такими большими очками, И чтоб размять свои старые кости, Пойдете куда-нибудь в гости, – (Ну, скажем, возьмете внучонка Николку И поведете на елку), Или тогда же — в две тысячи двадцать четвертом году – На лавочку сядете в Летнем саду. Или не в Летнем саду, а в каком-нибудь маленьком скверике В Новой Зеландии или в Америке, — Всюду, куда б ни заехали вы, всюду, везде, одинаково, Жители Праги, Гааги, Парижа, Чикаго и Кракова – На вас молчаливо укажут И тихо, почтительно скажут: «Он был в Ленинграде… во время осады

К сожалению, Корней Иванович, западный мир очень быстро и намеренно все забыл и шляп никто не снимает (((

ЛЕНИНГРАДСКИМ ДЕТЯМ

Корней Чуковский

Промчатся над вами

Года за годами,

И станете вы старичками.

Теперь белобрысые вы,

Молодые,

А будете лысые вы

И седые.

И даже у маленькой Татки

Когда-нибудь будут внучатки,

И Татка наденет большие очки

И будет вязать своим внукам перчатки,

И даже двухлетнему Пете

Будет когда-нибудь

семьдесят лет,

И все дети, все дети на свете

Будут называть его: дед.

И до пояса будет тогда

Седая его борода.

Так вот, когда станете вы старичками

С такими большими очками,

И чтоб размять свои старые кости,

Пойдете куда-нибудь в гости, –

(Ну, скажем, возьмете внучонка Николку

И поведете на елку),

Или тогда же — в две тысячи двадцать

четвертом году –

На лавочку сядете в Летнем саду.

Или не в Летнем саду, а в каком-нибудь

маленьком скверике

В Новой Зеландии или в Америке,

— Всюду, куда б ни заехали вы, всюду, везде, одинаково,

Жители Праги, Гааги,

Парижа, Чикаго и Кракова –

На вас молчаливо укажут

И тихо, почтительно скажут:

«Он был в Ленинграде… во время

осады…

В те годы… вы знаете… в годы

… блокады»

И снимут пред вами шляпы.

1944 г.