До 1949 года о Кларе Лучко не знал никто. После выхода «Кубанских казаков» её портреты висели на улицах вровень со Сталинскими. Харизма у девушки была чудовищная. Но вот незадача: на неё положил глаз сам Иван Пырьев — живой бог советского кино, человек, у которого был свой список «особого внимания».
Тех, кто отказывал маститому режиссёру, обычно смывало волной забвения. Однако Лучко провернула трюк, который до сих пор кажется колдовством: она выбрала другого, осталась на экранах и не попала в чёрный список.
Девчонка, которую дразнили Жирафой
Родилась Клара Степановна не в столичных хоромах, а в полтавской глубинке, в селе Чутово, первого июля 1925 года. Время было тяжёлое, но семья держалась. Отец управлял совхозом, мать работала председателем колхоза. Женщина эта была с мощным голосом — ещё до революции пела в церкви дуэтом с самим Иваном Козловским. Казалось бы, в крови у девочки уже была заложена любовь к сцене, но юность таких сантиментов не прощала.
Из-за того, что Клара вымахала раньше сверстниц и была худющей, одноклассники окрестили её Жирафой. Комплексов тогда было хоть отбавляй, но война быстро вытрясла инфантильность из её головы.
Когда началась Великая Отечественная, семья эвакуировалась в казахский Джамбул. Родители ушли на фронт и дошли до самого Берлина, оставив дочь на попечении тётки. Именно там, в Алма-Ате (куда переехал ВГИК), случайность шагнула ей навстречу.
Родители хотели, чтобы Клара стала врачом — с профессией актрисы в то голодное время никто не связывал серьёзных надежд. Но однажды она увидела объявление о наборе в институт кино. На вступительных от волнения забыла все стихи. Спасая ситуацию, председатель комиссии Борис Бибиков предложил сыграть этюд: «Спаси утопающую подругу». Потом говорили, что Клара рыдала так убедительно, что приёмная комиссия тут же поставила «зачёт» и взяла её на курс к легендарному дуэту Герасимова и Макаровой.
Правда, в институте пришлось жёстко работать над речью: украинское «гэканье» и акцент давали о себе знать. Через два года от деревенского говора не осталось и следа.
Ту самую «Молодую гвардию» она ненавидела
В театре у Герасимова Клара блестяще отыгрывала роль Ульяны Громовой. Казалось, что в киноверсии всё отдадут ей. Но когда режиссёр начал снимать фильм, худсовет решил иначе. Роль героини-подпольщицы отдали другой дебютантке — Нонне Мордюковой.
Для Клары это был ушат ледяной воды. Она впала в отчаяние настолько сильное, что подумывала бросить всё и сбежать из профессии в никуда. В тот момент ей казалось, что с её внешностью и характером в большом кино делать нечего. Но именно в этот момент в её судьбу чёрной птицей влетел Иван Пырьев.
Властелин «Мосфильма» и его «чёрный список»
Иван Александрович Пырьев — фигура колоссальная. Выходец из бедноты, он прошёл путь от продавца папирос до кабинета директора «Мосфильма». При этом режиссёр обладал крутым, необузданным нравом. В те времена в кулуарах студии шептались, что у Пырьева есть свой «чёрный список». Попасть туда было проще простого — достаточно было отвергнуть его ухаживания.
Позже народ прозовёт таких деятелей «Харви Вайнштейнами», но тогда правила диктовал этот человек. Он мог поднять на недосягаемую высоту, а мог раздавить одним росчерком пера. При этом он был талантлив до безумия: сам садился на лошадь, чтобы показать актёрам, как гнать коня; мог вырвать кисть у гримёра и сделать макияж лучше профессионала.
Жертв у Пырьева было много. Одна из самых страшных историй — с Екатериной Савиновой. Звезда «Кубанских казаков» осмелилась дать Пырьеву пощёчину в гостиничном номере, когда тот пригласил её на «читку сценария». После этого режиссёр, став директором «Мосфильма», лично запрещал приглашать Савинову на главные роли. Она перебивалась эпизодами долгие годы. Это была месть. Изощрённая и беспощадная.
Но с 24-летней Кларой Лучко произошёл сбой в матрице.
Даша Шелест на замену
В 1949 году Пырьев запускал музыкальную комедию «Кубанские казаки». Ему нужна была Даша Шелест. На пробы пришла раздавленная неудачей с «Молодой гвардией» Клара. Она не ждала чуда. Ей казалось, что сейчас её снова прогонят.
Инна Макарова, коллега и подруга Клары, вспоминала, что её напугало поведение мэтра. На пробах Пырьев налетел на фотографа с криками, что тот не умеет работать, а потом схватил Клару за подбородок и грубо повернул её лицо к свету. «Она вышла оттуда вся зареванная», — делилась потом Инна.
Но рыдания оказались напрасными. Роль ей дали. Однако именно эта роль стала для Пырьева «яблоком раздора». Клара оказалась той самой занозой.
Вгризаясь в материал, Клара работала на площадке с полной отдачей. Пырьев, видя трудности у актрисы, никогда не кричал на неё лично. Он срывал злость на осветителях и гримёрах, а потом отворачивался к Лучко с приторно-сладким: «Так, деточка, попробуем ещё раз?». В те дни на Кубани зрела не только кинокомедия, но и любовный треугольник, который мог уничтожить юную звезду.
Роковая гримёрка и драка в кустах
Если Пырьев привык брать своё силой и статусом, то актёр Сергей Лукьянов действовал иначе. Ему было почти сорок, он работал в театре Вахтангова и уже был знаменит по фильму «Поединок». Однажды он зашёл в гримёрку к Кларе. Увидел её и... потерял дар речи.
Инна Макарова, ставшая свидетельницей этого эпизода, пересказывала суть его признания так: едва переступив порог и взглянув на будущую жену, Сергей будто прошептал: «Всё, я пропал. Пропал окончательно». Причём произнёс это не ради красного словца, а с абсолютной убеждённостью человека, готового рушить старые устои.
А рушить было что. Дома его ждала балерина Надежда Тышкевич и маленькая дочь. Но страсть захлестнула разум. Лукьянов начал отчаянно ухаживать за Кларой, а та, сама не ожидая, стала отвечать взаимностью.
Дошло до того, что соперничество между режиссёром и актёром выплеснулось в открытый конфликт. Однажды, не выдержав навязчивого внимания Пырьева к Лучко, Лукьянов схватил маститого режиссёра за грудки и просто швырнул в кусты. На площадке воцарился шок. Пырьев взбесился — он мог вычеркнуть наглеца из жизни, захлопнуть перед ним двери всех студий. Но за Лукьянова неожиданно вступилась... Марина Ладынина, собственная жена Пырьева. Женщина, знавшая характер мужа, всё же потребовала оставить талантливого артиста в кадре. Конфликт замяли, но осадок остался навсегда.
Клара позже признавалась, что её покорила смелость Лукьянова. Она поняла: этот человек не отступит ни перед чем.
«Умыть и расчесать»?
Нет, Пырьеву не удалось добиться взаимности. Все его попытки — от щедрых подарков до громких угроз — разбились о спокойную решительность актрисы. Немыслимо для того времени: Пырьев отпустил её. Просто посмотрел, махнул рукой и оставил в покое.
Историки кино до сих пор гадают: то ли он увидел в ней ту самую «неприступную крепость», на которую не жалко потратить время, но жалко потерять репутацию, то ли ревность к Лукьянову оказалась слишком сильной, чтобы продолжать ухаживания. Факт остаётся фактом: после завершения съёмок Пырьев не тронул Клару. Он перенёс свою ярость на других, а её оставил жить спокойно.
Вскоре после премьеры, которая принесла Кларе Сталинскую премию и звание «Почётной казачки», Лукьянов развёлся. И в 1950 году они поженились. Кстати, свадьба состоялась, когда их общая дочь Оксана уже подрастала — ей было уже два года на момент официальной регистрации брака. Любовь была такой силы, что актёр носил жену на руках в прямом смысле слова: дарил бешеные подарки, провожал взглядом по комнате и не переносил, когда кто-то другой смотрел на Клару.
Быт был чудовищным. Они ютились в коммуналке с восемнадцатью соседями, где окно выходило прямо на кирпичную стену. Но Клара была счастлива. Её человек пошёл за ней в огонь и в воду.
Исчезновение со сцены
Лукьянов был старше на 15 лет. И вскоре возраст дал о себе знать. В конце пятидесятых у него случился первый сердечный приступ. Клара, забыв о карьере и собственной красоте, превратилась в сиделку. Она ухаживала за ним с таким рвением, что перестала следить за собой. Однажды в больничном коридоре Марк Бернес прошёл мимо неё и не узнал прославленную красавицу: лицо её было пепельным, волосы нечёсаны.
1 марта 1965 года Сергей Лукьянов выступал с трибуны театра Вахтангова и на полуслове упал. Третий по счёту инфаркт убил его мгновенно. Кларе было всего сорок.
После похорон она поставила крест на личной жизни. Мало того, она исчезла из кино полностью. Бросила всё. Несмотря на то, что росла дочь Оксана, необходимость зарабатывать деньги ушла на второй план. Она царапала стены квартиры, не зная, как жить без Сергея.
Прошло четыре года. Казалось, что жизнь кончена.
Трамвай, который изменил всё
В 1969 году одну из подруг уговорили пойти на творческий вечер. Клара согласилась сходить с трудом, «для галочки». Там она встретила Дмитрия Мамлеева — журналиста, дипломата, молодого красавца-секретаря «Известий».
Мамлеев был младше, но это его не смутило. Он увидел в сорокачетырёхлетней актрисе не трагедию, а огонь. Говорят, смотреть на то, как Клара и Дмитрий ходят взявшись за руки, было стыдно только от того, что вокруг они казались подростками. Отношение мужчины удивило даже дочь Клары, Оксану. Глядя на них, казалось, что время повернуло вспять.
Они молча расписались и прожили вместе 36 лет. Без скандалов, без драм. Если Лукьянов был страстью, вспышкой ракеты, то Мамлеев стал тёплым домом. Она расцвела, снова вернулась в кадр и в 54 года сыграла женщину на 14 лет моложе.
Финал, достойный спектакля
Клара Лучко ушла внезапно. Утром 26 марта 2005 года она готовила завтрак на своей легендарной квартире на Котельнической набережной. Позвала мужа к столу, сказала что-то простое, повернулась… и потеряла сознание. Отрыв тромба забрал её мгновенно.
Дмитрий Мамлеев метался по комнате, пытаясь привести любимую в чувство, но было уже поздно.
Но есть в этой истории мистический штрих, который не мог бы придумать даже самый талантливый сценарист. Когда Клару Степановну хоронили на Новодевичьем кладбище, все заметили странное совпадение. Могила её первого мужа — Сергея Лукьянова, мужчины, ради которого она рискнула карьерой и который разбил её сердце своей смертью, — находилась буквально в нескольких десятках метров. Более того, склеп расположен чуть выше по холму. Создаётся впечатление, что Сергей смотрит сверху на ту, что пережила его на 40 лет, и встречает её в последнем пути.
А Дмитрий Мамлеев, провожавший жену, остался ждать своей очереди на этом же кладбище.
Клару называли «Женщиной тысячелетия». Она прожила бурную жизнь, но сохранила главное: умение выбирать себя и своих мужчин. Пырьев, который давил всех, пожалел эту казачку. Потому что понял: перед такой силой духа отступает даже тиран.