Раньше женщины были великими. Они крепко умели любить. А теперь они стали безликими, И одну от другой не отличить. Те любили не громко, не временно. Не за блеск или лёгкий успех. Так...как будто им Богом отмерено— Одного навсегда и при всех. Те умели ждать писем, ждать весточку, Берегли пожелтевший конверт. И от взгляда их робко брошенного, Вдруг светлел, самый пасмурный свет. Те не мерили счастье обновами, Не искали в любви торг и счёт. В прошлом женщины могли быть суровыми, Но могли растопить и лёд. Те могли промолчать и до вечера, Стиснув зубы, молчать и терпеть... И обнять родного за плечи, И в любви своей этой гореть... Те прощали...не слабостью женскою, А какой-то великой тоской... Они знали—любовь настоящая, Не бывает всегда молодой. А теперь, всё быстрее, всё мимо, Измеряется часто в деньгах, Та любовь, как картинка красивая, Но не долгая...тает, как снег... Только знаю я...Знаю точно, Не исчезли такие совсем... Где то ждёт, улыбаясь тихонько, Где -то молится тихо во т