Ну что, друзья, любители фрикаделек, IKEA и группы ABBA. Когда мы думаем о Швеции, что приходит на ум? Нейтралитет, селёдка, Spotify? Страна, которая не воевала уже триста лет, сидит себе на севере, сортирует мусор и с укоризной смотрит на весь остальной мир, который вечно что-то делит.
Но история, что та сварливая бабка у подъезда, помнит всё. И она знает, что этот самый хваленый шведский нейтралитет во время Холодной войны был, мягко говоря, с душком. Впрочем… Хотя, не будем отвлекаться.
Это была такая поза: «Я ни с кем не дружу, но вот этому парню в звездно-полосатых трусах я под столом передаю записки, а вот этому в ушанке с красной звездой - улыбаюсь, но держу фигу в кармане».
Сегодня мы поговорим об инциденте, который чуть не превратил холодную Балтику в кипящий котел Третьей мировой. История о том, как шведы играли в шпионов, Советы играли в «морской бой», а крайними оказались восемь мужиков и одна несчастная летающая лодка.
На дворе июнь 1952 года. Балтийское море. С одной стороны - СССР, который подозрителен так, что даже в чайках видит агентов ЦРУ. Сталин еще жив, железный занавес уже опущен, на берегу стоят новые, секретные радиолокационные станции.
С другой стороны - «нейтральная» Швеция.
И вот, 13 июня, с шведского аэродрома Бромма взлетает самолет DC-3. Позывной «Хугин» (в честь ворона бога Одина, символично). На борту 8 человек. Официальная версия полета: «Учебный навигационный полет, проверяем радиооборудование, ничего интересного, просто летаем кругами, любуемся волнами».
Ага, конечно.
На самом деле DC-3 был нашпигован британской и американской разведывательной аппаратурой под самую завязку. Это была летающая лаборатория радиоэлектронной разведки (SIGINT). Шведы летали вдоль советских границ, «слушали» наши радары, записывали частоты, а потом, по-братски, сливали эту инфу в НАТО. Ну, или меняли на что-то полезное, например, на новые ракеты.
Естественно, Москва обо всем знала. Советская разведка работала не хуже, и в Кремле прекрасно понимали: этот «нейтральный» самолетик - очередное ухо Вашингтона.
В то утро «Хугин» вышел на маршрут. Летел он восточнее острова Готланд, в нейтральных водах (как утверждали шведы), но очень близко к той черте, за которой начинаются проблемы.
В 11:25 пилот передал обычное сообщение о погоде. И всё. Тишина. Самолет исчез. Как в воду канул. Ни сигнала SOS, ни обломков, ни масляных пятен.
В Стокгольме паника. «Где наш самолет? Где наши восемь парней?». Родственников успокаивают, говорят какую-то чушь про аварию, плохую погоду. Но военные уже вытирают холодный пот. Они-то знают, ЧЕМ занимался самолет. И догадываются, КТО мог его «уронить».
Швеция начинает поисковую операцию. В воздух поднимают всё, что может летать. В том числе - две летающие лодки PBY Catalina. Такие большие, медленные, неуклюжие, но надежные самолеты-амфибии. Похожи на беременных уток, однако свое дело знают.
Проходит три дня. 16 июня. Одна из «Каталин» ищет пропавший DC-3 в районе эстонского острова Хийумаа. И тут на горизонте появляются гости. Два советских истребителя МиГ-15.
Это как если бы к велорикше подъехали два гоночных болида «Формулы-1». МиГ-15 - новейшая реактивная машина, гордость советского авиапрома, быстрая, опасная, смертоносная. А «Каталина» - ... ну, это лодка с крыльями.
Советские пилоты (позже выяснится, что ведущим был капитан Николай Семенцов) не стали размениваться на этикет. Сначала они сделали пару заходов, намекая: «Валите отсюда, пока целы». Шведы намек поняли, развернулись на запад, к дому.
Но МиГи не отстали. Они зашли с хвоста и открыли огонь на поражение.
23-миллиметровые пушки разносят «Каталину» в щепки. Левый двигатель подбит, управление повреждено, в кабине дыры, радист ранен в ногу. Пилот «Каталины», Свен Тёрнеберг на горящем, разваливающемся корыте сумел спланировать и плюхнуться на воду. Причем не абы где, а рядом с немецким грузовым судном «Мюнстерланд».
Экипаж «Каталины» выпрыгнул в надувные лодки. МиГи еще пару раз пролетели над головами, убедились, что самолет тонет, и ушли на базу. Немцы подобрали шведов. Все выжили. Кроме «Каталины», она пошла на дно.
Швеция взвыла: «Наших бьют! Мирные спасательные самолеты расстреливают средь бела дня над международными водами! Варвары!». В Стокгольме начались демонстрации. Народ пошел громить советское посольство. Горячие шведские парни кидали камни в окна, кричали про «русского медведя-убийцу». Полиция еле сдерживала толпу.
Шведский МИД шлет ноту протеста в Москву: «Вы сбили наш самолет! Объяснитесь!».
Ответ из Москвы был шедевральным образцом советской дипломатии: «Во-первых, мы ничего не сбивали. Во-вторых, ваши самолеты нарушили нашу границу. В-третьих, наш патрульный МиГ просто пролетал мимо, а ваша "Каталина" открыла по нему огонь первой».
Медленная спасательная летающая лодка, у которой из вооружения, может быть, только ракетница и бутерброды с селедкой, атакует новейший реактивный истребитель.
Москва заявляла: «Наш самолет, увидев, что по нему стреляют, был вынужден ответить».
Это было настолько нагло, что даже сами советские дипломаты, наверное, хихикали, печатая текст.
«А что про первый самолет, про DC-3?» - не унималась Швеция.
СССР: «Какой DC-3? Не знаем никакого DC-3. Может, он улетел в Финляндию? Или в Америку? Мы тут ни при чем».
Швеция: «Но наши парни пропали!».
СССР: «Ищите лучше. А к нашим границам не лезьте».
И вот тут начинается самая гнусная часть истории. Шведское правительство знало, почему сбили первый самолет. Они знали, что DC-3 был шпионом. Но признать это они не могли. Потому что тогда рухнул бы миф о нейтралитете. «Как так? Мы нейтральная страна, а наши военные работают на НАТО?». Это был бы скандал внутри страны и повод для СССР начать давить еще сильнее.
Поэтому шведские власти выбрали тактику «морозиться». Они продолжали врать своему народу и родственникам погибших летчиков. Жены и дети экипажа DC-3 жили в аду. Им не говорили правду. Ходили слухи, что летчики перебежали в СССР и сидят в ГУЛАГе. Или что они работают на американцев. Семьям не платили нормальных пенсий, потому что официально смерти не было зафиксировано. Летчиков просто вычеркнули. «Пропали без вести при учебном полете».
СССР тоже молчал. Хотя в 1991 году, уже после развала Союза, в архивах нашли документы. Генерал Шинкаренко в своих мемуарах потом честно признался: «Да, был приказ сбить. Самолет-разведчик обнаглел, надо было проучить». Пилот МиГа, Григорий Осинский, который сбил DC-3, получил орден Красного Знамени. Тихо, без шума. За «выполнение спецзадания».
Прошло 50 лет. Холодная война кончилась. Швеция вступила в ЕС (хотя в НАТО пока нет, это произойдет позже). И вот, в 2003 году, шведская экспедиция с эхолотами находит на дне Балтики, на глубине 125 метров, тот самый DC-3. Он лежал там все эти годы.
Подняли обломки. И что вы думаете? Во-первых, фюзеляж был похож на дуршлаг. Следы от 23-мм и 37-мм советских снарядов. Во-вторых, внутри нашли то самое шпионское оборудование. Британские приемники, американские самописцы. Шведскому правительству пришлось краснеть. Пришлось официально признать: «Ну да, мы вам 50 лет лапшу на уши вешали. Это был разведчик. Мы работали с НАТО».
Четверо членов экипажа были найдены внутри и похоронены. Остальные четверо остались в море. Родственникам погибших пилотов наконец-то отдали медали, выплатили компенсации и сказали «простите».
А «Каталину» так и не подняли. Она лежит где-то там, в холодных водах Балтики.
Эта история - идеальная иллюстрация лицемерия большой политики. СССР врал: «нас там не было». Швеция врала: «мы просто гуляли».
Самое печальное, что это привело к обратному эффекту. СССР хотел напугать соседей, чтобы они держались подальше от НАТО. Но после инцидента шведское общественное мнение так резко качнулось в сторону Запада, что сотрудничество стало еще теснее.
Сейчас обломки того самого DC-3 лежат в музее авиации в Линчёпинге. Каждый может прийти и посмотреть на рваные дыры в металле. Для шведов - дань памяти погибшим пилотам, для всех остальных - напоминание, что нейтралитет иногда просто красивое слово для прикрытия грязных игр.
Чему нас учит история «Каталины»? Тому, что если вы видите двух дерущихся гигантов, не стоит подходить к ним слишком близко с биноклем и блокнотом, даже если у вас на лбу написано «Я нейтрален». Могут и в глаз дать, причем оба сразу. И еще тому, что правда - как тот самолет на дне Балтики. Можно её топить, можно скрывать полвека, но рано или поздно её найдут.