Глава 4
Утро того дня началось как обычно — с пепельного неба и запаха пригоревшей яичницы. Но внутри Оли что-то сдвинулось. Она слишком долго носила траур по своей любви, и тишина квартиры, пропитанная ложью Сергея, стала невыносимой.
Она оделась на работу тщательнее обычного. Вместо бесформенного свитера надела легкий пуловер кремового цвета, который мягко обрисовывал ее худые плечи и делал кожу визуально теплой. Волосы, обычно стянутые в хвост, она оставила распущенными, и пепельный шелк мягко струился по спине. Когда она посмотрела в зеркало, то впервые за долгое время не отвела взгляд. В ее медовых глазах появился странный, почти опасный блеск.
Магазин «Рассвет» гудел утренней суетой. Оля скользнула за кассу, но почти сразу почувствовала это. Взгляд. Не равнодушный, скользящий, как у мужа, а совсем иной — оценивающий и горячий. Этот взгляд принадлежал новому охраннику.
Его звали Артур. Он появился в магазине пару недель назад, но Оля его почти не замечала. Теперь она увидела. Это был смуглый, поджарый парень лет двадцати пяти, с коротким ежиком черных волос и подвижным, нервным ртом. Его униформа сидела на нем щеголевато, подчеркивая узкие бедра и широкий разворот плеч. Но главное — его глаза. Черные, глубокие, с поволокой. Он смотрел на Олю, не отрываясь, стоя у входа и поигрывая связкой ключей. В этом взгляде не было хамства, но была конкретная, почти осязаемая мужская заинтересованность.
— Вы сегодня какая-то другая, Ольга, — сказал он, подойдя к кассе, когда поток покупателей схлынул. Голос у него был с легкой южной хрипотцой.
Оля смутилась, чувствуя, как к бледным скулам приливает жар. Она опустила глаза на клавиши кассы, и ее длинные, загнутые ресницы бросили тень на щеки.
— Какая есть, — тихо ответила она, но в голосе не было прежней обреченности. Там проскользнула искорка.
Артур облокотился на прилавок. Его смуглая, жилистая рука с коротко остриженными ногтями оказалась слишком близко к ее тонким, почти прозрачным пальцам.
— Красивая, — коротко резюмировал он. — Такая красота не должна быть грустной.
Он отошел, оставив Олю в полном смятении. Слово «красивая» кольнуло ее. Сергей никогда ей этого не говорил. Он говорил «моя», «хозяйка», но не «красивая». И это простое слово сейчас отозвалось в низу живота теплой, тягучей истомой.
Следующий удар по ее спокойствию был нанесен в обеденный перерыв. Она вышла на крыльцо подышать влажным, осенним воздухом, пахнущим прелой листвой и бензином, и столкнулась с покупателем, который только что брал у нее пачку дорогих сигарет. Мужчина явно не вписывался в интерьер «Рассвета». Ему было около сорока. Высокий, в дорогом, стального цвета пальто, с тщательно уложенными светлыми волосами и холодным, породистым лицом. Он курил, прислонившись к блестящему черному автомобилю, припаркованному прямо у входа. Его глаза, светло-серые, почти прозрачные, словно вода в горной реке, бесцеремонно прошлись по ее фигуре. От макушки до щиколоток.
— Простите за бестактность, — произнес он, выпуская тонкую струйку дыма. Голос его был спокойным и уверенным, как у человека, который привык, что мир подчиняется его желаниям. — Вы здесь работаете?
— Работаю, — ответила Оля, обхватив себя руками за плечи, защищаясь.
— Странно. Вы выглядите так, словно должны позировать для картин прерафаэлитов, а не пробивать просрочку, — он улыбнулся, и улыбка эта была ослепительной и хищной одновременно. Оля не знала, кто такие прерафаэлиты, но по тону поняла, что это комплимент. — В вас есть что-то от Офелии. Трагичная, неземная красота.
Он протянул ей визитку. Оля взяла ее машинально. На лаковой бумаге было написано: «Станислав. Галерея „Арка“».
— Если захотите заработать больше, чем на этом прилавке, — он кивнул на дверь, — и почувствовать, как на вас смотрят сотни глаз, позвоните. Я художник. Мне нужна муза.
Он сел в машину и уехал. Оля стояла на крыльце, дрожа. Не от холода. От возбуждения. Художник. Муза. Сотни глаз. Она вдруг представила, как стоит в центре огромного зала, а на нее, затаив дыхание, смотрят незнакомцы, восхищаясь линиями ее шеи и изгибом губ. Ее большой, мягкий рот сам собой тронула полуулыбка. Не та, вымученная, для покупателей, а настоящая, кокетливая.
Но самый острый момент настал вечером. Вернувшись в пустую квартиру (Сергей прислал сообщение: «Буду поздно, левак»), Оля не стала, как обычно, переодеваться в затрапезный халат. Она осталась в платье и подошла к зеркалу. Артур назвал ее красивой. Станислав — неземной. Она начала смотреть на себя чужими глазами. Ее лодыжки, узкие и хрупкие, действительно, могли бы позировать. Ее ключицы, выступающие под тонкой кожей, дышали беззащитностью. Шея, длинная и белая, словно стебель лилии, казалась созданной для поцелуев.
В этот момент в дверь позвонили. Она открыла, думая, что это Сергей забыл ключи. Но на пороге стоял сосед снизу, Дима, молодой парень в застиранной футболке, с гантелей в руке и глуповатой, но доброй улыбкой на простоватом лице.
— Прости, Оль, — замялся он, жадно скользнув глазами по ее груди, проступившей под тонким трикотажем. — У тебя соль есть? А то мать суп поставила, а соль кончилась.
Оля смотрела на его широкое, румяное лицо, на то, как он нервничает и краснеет, и ей вдруг стало легко и весело. Это смущение было искренним, не показным. Она нарочно медленно повернулась, чтобы идти на кухню, зная, что платье обтягивает ее узкие бедра. Кожей спины она чувствовала его липкий взгляд.
— Конечно, Дима. Сейчас принесу, — она говорила ласково, чуть нараспев, наслаждаясь своей властью над этим здоровым, но растерянным парнем. Когда она насыпала соль в старую банку для анализов, ее пальцы дрожали от удовольствия. Наслаждение было острым и почти невинным.
Отдав соль и закрыв дверь, она прислонилась к стене и тихо рассмеялась. Смех получился нервным, чуть истеричным. Почему она смеется? Потому что только что поняла: она все еще видима. Ее еще хотят. И это открытие было сродни глотку ледяной воды в пустыне. Где-то там, на даче, был человек, который тоже на нее смотрел. Не на тело — на душу. Она вдруг поняла, что хочет, чтобы он тоже увидел ее такой — оттаявшей и пробудившейся.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))
А также приглашаю вас в мой Канал МАХ