Начало марта 1944 года, деревня Горелки под Тулой. У деревни выстроились сорок боевых машин: новейшие Т-34-85 и огнемётные ОТ-34 с надписями красной краской на башнях: «Димитрий Донской».
Перед строем стоит седой старик в штатском драповом пальто и шляпе митрополит Николай, а вокруг молодые танкисты в шинелях. Через несколько недель эти машины уйдут на фронт.
Часть из них сгорит уже в первые месяцы на Украине и у Днестра. Другие вместе с огнемётным полком пройдут через Белоруссию, Польшу и дойдут до Берлина.
Альянс, которого никто не ждал
Советская власть с церковью, как известно, активно боролась. Тысячи храмов закрыты, церковная жизнь в старых границах СССР сведена к минимуму. Не место было религии в обществе с идеологией диалектики материализма. Православные тоже особо советские власти не жаловали.
Однако общая экзистенциальная угроза объединила две противоположности (вот вам и диалектика!).
22 июня 1941 года церковное руководство выступило перед паствой даже раньше Сталина. Митрополит Сергий обратился к православным, напомнив о русских героях - Александре Невском и Дмитрии Донском.
30 декабря 1942 года митрополит Сергий обратился к приходам с предложением: собрать деньги на танковую колонну. Сказано - сделано!
Церковь начала собирать деньги на колонну танков, а символическим переломом в отношениях стала встреча Сталина с митрополитами в сентябре 1943 года.
Назвать колонну решили «Дмитрий Донской» в честь князя, разбившего Мамая на Куликовом поле в 1380 году.
Сталин разрешил открыть специальный счёт в Госбанке — и деньги пошли со всей страны. Богоявленский собор сдал 300 тысяч рублей. Настоятель внёс ещё сто тысяч из собственного кармана. Протоиерей из Горького вложил двести тысяч личных сбережений.
Особняком стоит Ленинград. Блокадный, голодающий, под постоянными обстрелами. Однако именно он стал лидером - местная епархия сумела собрать более 3 миллионов рублей. Люди несли последнее.
Что именно построили и где
В итоге было собрано более восьми миллионов рублей и на эту сумму построили сорок танков колонны «Дмитрий Донской».
Колонна состояла из машин двух типов.
Девятнадцать танков Т-34-85 с пушкой Д-5Т — ранняя версия «тридцатьчетвёрки», принятая на вооружение в январе 1944 года. По техническим данным и специализированным публикациям, эти машины связывают с заводом № 112 «Красное Сормово» в Горьком.
Новая 85-мм пушка давала Т-34 реальный шанс бороться с тяжёлыми немецкими машинами, особенно при стрельбе в борт или в уязвимые зоны. Это было огромным усилением по сравнению с прежней 76-мм пушкой.
Двадцать один огнемётный ОТ-34. Внешне почти неотличимый от обычной «тридцатьчетвёрки» — огнемёт АТО-42 стоял на месте курсового пулемёта, — этот танк бил горящей струёй на 70–130 метров и делал около тридцати огнемётных выстрелов. Экипажи могли подойти вплотную к укреплению, не раскрывая своего козыря заранее.
На башнях надпись «Димитрий Донской» — через «и», в церковной форме имени — нанесли красной краской поверх светлой зимней окраски. Аккуратно, по трафарету. Никакой вязи, никаких завитков — чёткий советский шрифт с древним именем поверх него.
Митрополит Николай, седой старик в штатском на фоне военных шинелей, напутствовал бойцов словами о защите Родины и победе. Для многих танкистов сама церемония с участием архиерея выглядела необычно: люди в гимнастёрках и люди в рясах в одном строю — зрелище, которое ещё недавно казалось немыслимым.
Командиры обоих полков приняли формуляры машин и подарки от духовенства. После митинга танкисты показали гостям, на что способны новые машины: устроили показательный заезд по заснежённому полю. Через несколько дней колонна ушла на фронт.
38-й полк: от Украины до Днестра
Девятнадцать Т-34-85 достались 38-му отдельному танковому полку. С новыми машинами его перебросили на 2-й Украинский фронт — прямо в весеннюю распутицу.
Дороги превратились в болото. Немецкая техника вязла и экипажи ее бросали. А вот широкие гусеницы Т-34 выручали там, где колёсная техника и часть немецких машин безнадёжно застревала.
27 марта танки ворвались в Балту. Городской бой — это отдельный ад: каждый квартал, каждый двор брался с огромным трудом.
Среди отдельных эпизодов, зафиксированных в наградных документах полка, — история экипажа младшего лейтенанта Николая Румянцева. В бою его Т-34-85 прорвал две линии траншей, после попадания снаряда машина загорелась.
Экипаж не покинул танк — продолжал вести огонь, пока машина горела, ведь надо было прикрыть своих. Румянцев и старшина Константин Морозов, оба блокадники, погибли. Награждены посмертно орденами Отечественной войны I степени.
К 29 марта город взяли. Потом стремительный обходной бросок к Котовску, угроза окружения, немцы отступили с потерями. 8 апреля полк форсировал Днестр первым и захватил плацдармы на правом берегу, за что получил почётное наименование «Днестровский».
В итоге уничтожено более 1400 солдат противника, 38 танков, 40 орудий, свыше ста пулемётов, 17 бронетранспортёров, более ста автомобилей.
К концу апреля в строю из всех ушедших на фронт танков Т-34 осталось лишь четыре машины. Экипажи сгоревших танков перешли в пехоту и воевали до конца операции.
516-й полк: огонь от Бобруйска до Берлина
Двадцать один огнемётный ОТ-34 получил 516-й полк. Его боевая судьба сложилась иначе: они вели не стремительные прорывы по украинской грязи, а методичный штурм укреплённых позиций.
В районе Бобруйска немцы держали мощную оборону с долговременными укреплениями. Огнемётные танки подходили к дотам вплотную и выжигали гарнизоны из бетонных коробок. Огнесмесь прилипала к амбразурам, температура внутри дота становилась невыносимой.
В июле полк участвовал в разгроме Брестской группировки вермахта и вышел на государственную границу. Осенью полк ждали бои на внешнем обводе обороны Варшавы. К октябрю 1944 года из двадцати одного огнемётного танка в строю оставалось только две машины.
В феврале 1945-го, после пополнения, полк штурмовал крепость Познань. Городские бои — это каменные здания, пулемётные гнёзда в подвалах, где обычный снаряд выбивает только штукатурку. Огнемётные танки работали в паре со штурмовыми сапёрами: те проделывали путь, танки выжигали сопротивление.
Финальный эпизод — Берлинская операция. Огнемётные танки 516-го полка участвовали в боях в южных районах немецкой столицы до начала мая 1945 года.
Имя на броне: зачем это работало
Танкисты вспоминали, для них надпись «Димитрий Донской» на башне — это была не просто маркировка.
Танкисты знали, что машина построена на деньги конкретных людей, отдавших последнее. Это накладывало нечто трудно формализуемое - вроде личной ответственности перед конкретными людьми. Да и имя знаменитого полководца действовало бодряще. Имя связывало фронтовую машину 1944 года с Куликовым полем 1380-го. В этом и был смысл: напомнить, что народ уже проходил через нечто похожее и выстоял.
В 2005 году в Донском монастыре установили мемориальный Т-34-85 с надписью «Димитрий Донской».