Нина Николаевна сидела на табурете у окна своей небольшой квартиры на окраине города. Весна в этом году выдалась ранняя, солнечная, но особой радости от этого тепла женщина не испытывала. На подоконнике ровными рядами стояли пластиковые стаканчики с рассадой помидоров. Зеленые ростки тянулись к свету, требуя внимания, ухода и скорой пересадки в открытый грунт. Раньше Нина Николаевна любила это время, планирование грядок, возню с рассадой, но сейчас один только взгляд на эти зеленые побеги вызывал глубокую усталость в плечах.
Телефонный звонок разорвал утреннюю тишину. На экране высветилось имя младшей сестры. Нина Николаевна тяжело вздохнула и ответила на вызов.
— Привет, Нина! — голос Тамары, как всегда, звучал громко, требовательно и не терпел возражений. — Ты там не спишь еще? Пора вставать, дел полно. Я звоню по делу. Мы с Валерой тут посовещались и решили кое-что насчет дачи.
— Доброе утро, Тома, — спокойно ответила Нина Николаевна. — Что вы там решили? Участок мой, какие могут быть решения?
— Ой, да брось ты эти формальности, — отмахнулась сестра на том конце провода. — Мы же семья! Родная кровь! В общем, слушай внимательно. В этом году весь урожай с твоей дачи забираем мы. Постановили окончательно и обжалованию не подлежит.
Нина Николаевна на мгновение потеряла дар речи. Она ожидала привычных просьб посадить побольше огурцов или выделить пару лишних ведер картошки осенью, но такое откровенное заявление прозвучало впервые.
— В каком смысле весь? — переспросила она, стараясь сохранить ровный тон. — А мне что останется? Я ведь тоже там работаю, землю копаю, поливаю.
— А тебе зачем? — искренне удивилась Тамара. — Ты живешь одна. Много ли тебе надо? Пару огурчиков на салат и так купишь на рынке. А у нас семья большая. Дети растут, Валера поесть любит. Нам нужны заготовки на зиму, картошка мешками, морковка, свекла. Тем более, времена сейчас непростые, цены растут. Мы должны экономить. Так что в этом году сажай побольше картофеля. Огурцов нам нужно минимум пять ведер на засолку. Помидоров тоже не жалей. И зелени побольше!
— Тома, — Нина Николаевна попыталась вставить слово. — Но ведь это тяжелый физический труд. Я в прошлом году спину надорвала, таская лейки с водой от колодца. Вы же ни разу не приехали помочь прополоть или полить. Приезжаете только осенью на машине, чтобы багажник загрузить.
— Ой, не начинай свои причитания, — резко перебила Тамара. — У тебя времени полно, ты на пенсии сидишь. А мы работаем от зари до зари. Когда нам грядки полоть? В выходные мы отдыхать хотим. На природу выехать, шашлыки пожарить. Ты же сама должна понимать, что должна помогать семье. Кто тебе еще стакан воды подаст в старости? В общем, я все сказала. Готовь рассаду, в мае начнем посадки. Список того, что нужно посадить, я тебе вечером продиктую.
В трубке послышались короткие гудки. Нина Николаевна опустила телефон на стол. Внутри все клокотало от несправедливости и обиды. Так продолжалось уже много лет. С тех пор как она вышла на пенсию после долгих лет работы на почте, сестра почему-то решила, что теперь у Нины полно свободного времени для обслуживания их большой семьи.
Тамара всегда была такой. Пробивной, требовательной, уверенной, что ей все вокруг должны. Она удачно вышла замуж за обеспеченного человека, построила просторную квартиру, обзавелась машиной. А Нина всю жизнь жила скромно. Дача была ее единственной отдушиной, кусочком земли, где она могла дышать свежим воздухом и выращивать овощи для себя. Но постепенно этот уголок спокойствия превратился в трудовую повинность.
Нина Николаевна подошла к зеркалу в прихожей. На нее смотрела уставшая женщина с глубокими морщинами у глаз. Она вспомнила прошлое лето. Жара стояла невыносимая. Колодец на участке пересох, воду приходилось носить с колонки на соседней улице. Она таскала тяжелые ведра, поливая длинные ряды капусты и моркови, которые посадила по требованию сестры. А осенью Тамара приехала с мужем, они быстро собрали урожай в большие мешки, погрузили в багажник своего новенького внедорожника и уехали, даже не предложив Нине довезти ее до города. Она добиралась на переполненной электричке с двумя скромными пакетами своих собственных овощей.
— Нет, — произнесла Нина Николаевна вслух. — Хватит.
Впервые в жизни она решила пойти наперекор сестре. Решение созрело мгновенно, четко и ясно. Она не поедет на дачу в этом году. Не будет копать, сажать и поливать. Она устроит себе настоящий отдых.
Но просто оставить участок заброшенным было жалко. Земля требует ухода. Зарастет бурьяном, потом не справиться. Нина Николаевна открыла бесплатную газету с объявлениями, которую вчера достала из почтового ящика. Пролистала несколько страниц и остановилась на колонке "Недвижимость".
"Сдам дачный участок на сезон. Желательно порядочной семье."
Она взяла телефон и набрала номер редакции, чтобы разместить свое собственное объявление.
Отклики пошли на удивление быстро. Участок у Нины Николаевны был ухоженный, находился недалеко от железнодорожной станции, на территории был крепкий деревянный домик, летний душ и хороший колодец. Из всех звонивших ей больше всего понравилась пара средних лет — Илья и Марина. Они приехали на встречу прямо в квартиру к Нине Николаевне.
Оказалось, что они обычные рабочие с завода, всю жизнь мечтали о своем клочке земли, но купить пока не было возможности.
— Мы люди простые, — говорил Илья, крепкий мужчина с мозолистыми руками. — Землю любим. Обещаем порядок поддерживать, забор подправим, крышу на сарае подлатаем. Нам бы только свои овощи вырастить, да в выходные на свежем воздухе побыть. В городе летом совсем дышать нечем.
— Нина Николаевна, вы не волнуйтесь, — добавила Марина, женщина с добрым и открытым лицом. — У нас все будет в идеальном состоянии. Мы чистоту любим. Посадим всего понемногу, для себя. Если хотите, осенью и с вами урожаем поделимся.
Нина Николаевна внимательно посмотрела на них и поняла: это именно те люди, которые ей нужны.
— Денег много не возьму, — сказала она. — Главное, чтобы участок не пустовал. И еще одно условие. Урожай весь ваш. Я на него не претендую. Мне нужен только покой.
Они ударили по рукам. Нина Николаевна передала Илье ключи от калитки и домика, написала доверенность на пользование участком на весь сезон. На душе стало удивительно легко. Она словно сбросила с плеч огромный тяжелый мешок.
Однако оставалась одна проблема — Тамара.
Нина Николаевна прекрасно понимала: если сестра узнает о сдаче дачи чужим людям, разразится грандиозный скандал. Тамара поднимет на ноги всю родню, будет кричать о предательстве и нарушении семейных устоев. Поэтому Нина выбрала тактику молчания.
Начался май. Погода установилась теплая, самое время для посадок. Тамара звонила почти каждый день.
— Ну что, посадила морковку? — строго спрашивала она. — Смотри, сроки уходят! Соседка по лестничной клетке уже все высадила.
— Посадили, посадили, — уклончиво отвечала Нина Николаевна, смотря телевизор в своей уютной гостиной.
— А картошку? Валера на выходных собирается приехать проверить, как ты там справляешься.
У Нины внутри все оборвалось, но она быстро взяла себя в руки.
— Не надо приезжать! — поспешно сказала она. — Я тут химикатами от жуков все обработала, запах стоит жуткий. Да и дожди обещают на выходные, грязища будет. Пусть Валера отдыхает дома.
— Ладно, — недовольно протянула Тамара. — Но смотри у меня! Чтобы к июню грядки были идеальными. И лук не забудь!
Нина Николаевна вешала трубку и улыбалась. Впервые за долгие годы она проводила майские праздники дома, гуляла в парке, смотрела любимые телепередачи и просто высыпалась.
Тем временем Илья и Марина активно обживали участок. Они оказались невероятно трудолюбивыми людьми. Илья починил старый покосившийся забор, выкрасил калитку свежей краской, поправил крыльцо у домика. Марина вычистила все внутри, повесила на окна новые светлые занавески, разбила перед входом клумбу с ромашками и астрами. Участок преобразился, задышал новой жизнью. Они аккуратно вскопали землю, сформировали ровные грядки, высадили рассаду.
Нина Николаевна пару раз приезжала проведать своих арендаторов. Она стояла у калитки и не могла нарадоваться. Земля была в надежных руках. Илья и Марина всегда радостно ее встречали, угощали свежим редисом и зеленью, рассказывали о своих планах.
Идиллия продолжалась до середины июня.
Наступили жаркие дни. В городе стало душно. Тамара звонила все чаще, ее голос становился все более подозрительным.
— Нина, я не понимаю, — возмущалась она в очередном телефонном разговоре. — Почему ты так редко берешь трубку? И почему у тебя на фоне не слышно пения птиц? Ты вообще на даче бываешь?
— Конечно бываю, Тома, — Нина Николаевна старалась говорить как можно убедительнее, сидя на своем диване. — Просто я сейчас в домике, отдыхаю. Жара на улице невыносимая.
— Что значит отдыхаешь? — возмутилась сестра. — В такую погоду поливать нужно каждый день! У нас огурцы засохнут! Все, решено. В эту субботу мы с Валерой и детьми приезжаем. Хотим шашлыки пожарить на природе, ну и заодно проверить, как там наш будущий урожай поживает. Заодно прополем пару грядок, так и быть.
Нина Николаевна почувствовала, как по спине побежал неприятный холодок.
— Тома, не нужно приезжать на этих выходных, — попыталась остановить ее Нина. — У меня там... трубы прорвало. Воды нет совсем. Мастер только на следующей неделе приедет. Вам даже руки помыть будет негде.
— Ничего страшного, — отрезала Тамара. — Мы воду с собой в канистрах привезем. И мастера сами найдем, если ты не способна. Валера в этом разбирается. Жди нас в субботу к обеду. Стол можешь не накрывать, мы все свое привезем. Твоя задача — показать урожай.
Связь оборвалась. Нина Николаевна сжала телефон в руках. Ситуация выходила из-под контроля. Она понимала, что остановить сестру уже невозможно. Тамара если что-то вбила себе в голову, то шла напролом.
Наступила суббота. Солнце пекло с самого утра. Нина Николаевна места себе не находила. Она расхаживала по квартире, то и дело поглядывая на часы. Звонить арендаторам и предупреждать их о приезде неадекватных родственников было неудобно и стыдно. Да и что она могла им сказать? "Прячьтесь, моя сестра едет отбирать ваш урожай?"
Тем временем большой черный внедорожник Валеры плавно свернул с асфальтированной трассы на грунтовую дорогу, ведущую к дачному товариществу. В машине играла громкая музыка. Тамара сидела на переднем сиденье, обмахиваясь веером, и вслух планировала, сколько банок соленых огурцов она закатает в этом году. На заднем сиденье скучали взрослые дети, недовольные тем, что их вывезли в такую глушь вместо похода в торговый центр.
— Валера, ты только посмотри на эти заборы, — критично замечала Тамара, разглядывая чужие участки. — У людей все разваливается. Надеюсь, наша Нина там порядок поддерживает. Я ей четко сказала: в этом году урожай наш. Хватит ей прохлаждаться.
Машина затормозила у знакомых ворот с номером 42.
Тамара вышла из машины, поправила солнцезащитные очки и уверенным шагом направилась к калитке. Валера нехотя вылез следом, потягиваясь и разминая затекшую спину.
Тамара толкнула калитку, ожидая увидеть привычную картину: сгорбленную фигуру сестры с тяпкой на фоне бесконечных картофельных рядов.
Но то, что предстало ее взору, заставило женщину застыть на месте.
Калитка была свежевыкрашена. Дорожка к домику выложена аккуратными камешками. На месте старой кучи сухих веток красовалась великолепная клумба. Но самое главное — на участке находились совершенно посторонние люди.
Крепкий мужчина в рабочей майке спокойно орудовал молотком у сарая, приколачивая новую доску. А из домика, напевая какую-то мелодию, вышла незнакомая женщина. В руках она несла таз с влажными полотенцами, направляясь к натянутым между яблонями веревкам. На газоне, там, где Тамара обычно расстилала плед для загара, стоял новенький мангал, рядом лежал аккуратно сложенный запас дров, а на небольшом раскладном столике грелся пузатый самовар.
Тамара сняла очки, не веря своим глазам. Она моргнула раз, другой, но картина не изменилась. Чужие люди хозяйничали на земле, которую она уже давно считала своей.
Женщина с полотенцами заметила гостей. Она приветливо улыбнулась, поставила таз на скамейку и подошла ближе.
— Добрый день! — громко сказала она. — Вы, наверное, заблудились? Или председателя ищете? Он на соседней улице живет, дом с зеленой крышей.
Тамара медленно перевела дыхание. Лицо ее пошло красными пятнами от подступающего гнева. Она обернулась на мужа, который удивленно хлопал глазами, стоя у открытой дверцы машины.
— Заблудились? — процедила Тамара, чеканя каждое слово. Ее голос постепенно набирал громкость, готовясь сорваться на крик. — Это вы заблудились! Вы вообще кто такие и что делаете на моем участке?!...