«Я бедная и несчастная, потому что иначе меня никто не пожалеет». Случай с сессии о выходе из родовой жертвы.
Публикую с разрешения клиента.
Сегодня на сессии мы с девушкой снова встретились с треугольником Карпмана. Про него сейчас много говорят: жертва, агрессор, спасатель. Но за словами всегда живая боль.
Она говорит: «Я чувствую, что в жертве. Вроде всё принимаю, всё осознаю, соглашаюсь с выбором каждого. Но внутри — сплошная жалость к себе. Какая я хорошая... и почему меня никто не любит?»
Мы пошли глубже. И нашли родовую программу.
Мама такая же. Бабушка такая же. Со слов мамы — прабабушка тоже жила в жертве. И тут нечему удивляться: война, голод. Тогда этот сценарий помогал выжить. И похоже, все поколения грели об эту жертву руки, как об огонь.
Она осознанно не хочет больше так. Она хочет быть живой, энергичной, весёлой, идти вперёд несмотря на комплексы и неудачи.
Мы приняли ту старую программу. Сказали ей спасибо — когда-то она спасала жизнь. Но сейчас другое время, другое тысячелетие, другой век. Нужны новые программы.
А потом мы спустились ещё ниже — в детство 80–90-х. Ремень. Мама не останавливала, папа наказывал. И после этого никто не подходил к ребёнку. Никто не жалел, не обнимал, не говорил ласковых слов.
И маленькой девочке оставалось только одно — жалеть себя саму. Какая я бедная, несчастная, меня никто не любит. Так она сама себе давала любовь. Так привыкла. С этими настройками она вышла во взрослую жизнь.
Но сегодня мы увидели: эта программа больше не работает. Она не помогает выжить в современном мире.
И мы решили: теперь себя любим. Своего внутреннего ребёночка — обожаем, ценим, никому не дадим в обиду. Больше никогда.
И осознанно поворачиваемся к новому сценарию: быть живой, жизнерадостной, целеустремлённой, любимой. Идти в новую жизнь. Покорять новые вершины.
Если вы узнаёте себя — возможно, ваша жертва когда-то тоже была единственным способом получить тепло. Но теперь вы можете иначе. Я рядом, если захотите разобраться.
