Меня разбудило не солнце, и не будильник, не какие-то звуки. Меня разбудила боль.
Тело ломило так, будто я не спала всю ночь, а таскала мешки с цементом. Голова гудела, и была словно наполнена тяжелым, вязким туманом.
Ещё до того, как я открыла глаза, в сознание ворвались воспоминания. Его слова. Голос. Силуэт, замерший в темноте спальни.
Я перевернулась на бок, посмотрела на пустую половину кровати.
Простыня была холодной, подушки не было. Значит, Лёша так и не возвращался.
Спальня тонула в сером утреннем свете, пробивавшемся сквозь неплотно задернутые шторы. Взгляд невольно упал на неё. На ту самую рубашку. Она всё ещё висела на спинке стула, там, куда Лёша повесил её ночью.
Я села на кровать и прищурилась. При свете дня всё выглядело иначе. Больнее, что ли… или реальнее.
Встала, подошла к стулу и долго смотрела на ткань. Потом опять взяла её в руки. Нет, больше нюхать я её не собиралась. Просто хотела… Не знаю, что я хотела там увидеть.
Замерла, остановив взгляд на воротнике, потому что заметила кое-что. То, чего ночью в темноте не могла увидеть. Бледный, едва заметный след: как будто тональный крем, или пудра. Я была уверена, что это точно было не моё. Я не любительница подобных средств и обычно их не наносила.
Сердце ухнуло куда-то вниз, в район живота.
Аккуратно положив рубашку на место, будто она могла взорваться в моих руках, отошла на шаг.
Не накручивай себя. Тональник мог остаться просто… если они обнялись, например, при приветствии. Да господи! Где-то кто-то случайно столкнулся с ним, может…
Я знала, что след на рубашке мог остаться после чего угодно. Знала, но что-то внутри меня не давало мне успокоиться.
Вышла из спальни босиком, стараясь ступать бесшумно, чтобы никого не разбудить. Прошла коридор, повернула на кухню, и услышала голос Лёши. Похоже, нам обоим не спалось.
- Да нет, всё нормально… Просто не ожидал… - он говорил тихо, почти шёпотом, но в утренней тишине каждое слово было слышно отчетливо.
Я сделала ещё шаг. Ещё.
- Да. Увидимся.
Голос оборвался, как только я вошла на кухню.
Лёша сидел за столом, на нём была домашняя футболка и штаны, в которых он обычно ходил по дому. Телефон лежал рядом, экраном вниз.
Он смотрел на меня так, будто я застала его за чем-то постыдным. В глазах мелькнуло раздражение, сменившееся маской спокойствия.
- Ты чего не спишь? - спросил он. Голос ровный, слишком ровный.
- Я могла спросить тебя о том же. - Я подошла к холодильнику, чтобы скрыть дрожь в руках. – С кем разговаривал в такое время?
- С коллегой. По работе.
- В шесть утра?
Я повернулась к нему, прикрыв дверцу холодильника обратно, и даже не заглянув внутрь.
Леша не ответил, провел пальцами по столешнице, словно проверяя, нет ли там пыли.
- Я так понимаю, коллегу зовут Женя? - спросила я, а он поднял на меня глаза.
В них мелькнуло что то, то ли злость, то ли удивление, от того, что я попала в точку…
- Даже если и так, то что?
- Тогда я хотела бы еще раз спросить, во первых, почему ты прячешь телефон как школьник, которого застукали за чем-то запрещенным, а ещё вернуться к вопросу, почему вчера ты пришёл домой в 2 часа ночи после «разговоров по работе».
- Я уже все объяснил вчера.
- Ты ничего не объяснил, ты наорал, нахамил и ушел спать на диван!
- Да потому что ты меня достала! - он стукнул ладонью по столу, но тут же сжал руку в кулак, и убрал на колено. - Так, ладно, я не хочу кричать с самого утра. Я не это, наверное, имел в виду.
Я молча смотрела на него, внутри все клокотало от обиды и злости.
- Вера, - он потер переносицу, как будто у него болела голова, - Я не делаю ничего плохого, просто встретил человека, с которым когда-то был знаком. Женя пришла устраиваться к нам на работу, в итоге, мы вчера встретились, поговорили, засиделись. Всё!
- Поэтому ты сорвался из дома, как ужаленный, надушился духами, на сообщения не отвечал…
- Мы словно по кругу разговариваем! Что? Что ты хочешь от меня услышать? Спал ли я с Женей? Изменю ли я тебе? Тебя ведь это беспокоит? Так спроси прямо!
В разрез с громким голосом Лёши, тишина после казалась оглушающей.
- Нет, не спал. Довольна? Мне тридцать восемь лет, а я должен отчитываться о том, куда хожу, сколько времени там провожу… У меня может быть личное пространство? Свои какие-то дела?
Мы стояли друг напротив друга. Между нами был кухонный стол, но казалось, что пропасть. Такая глубокая, что дна не видно.
- Мам?
Я вздрогнула.
Аня стояла в дверях кухни, заспанная, растрёпанная, в своей розовой пижаме. Смотрела на нас огромными глазами.
- Вы чего кричите тут? Я проснулась…
- Всё нормально, Анюта, иди в свою комнату. Просто разговаривали на повышенных тонах, сейчас успокоимся. Иди, собирайся в школу, - сказала я. - Я сейчас приду, помогу.
- Но ещё рано.
- Иди, Аня, - это уже сказал Лёша. Голосом, не терпящим возражений.
Дочь перевела взгляд с него на меня, потом обратно. Развернулась и ушла. Я слышала, как она шлёпает босиком по коридору, как закрывается дверь её комнаты.
Я повернулась к Лёше.
- Ребёнок тут причем? Ты мог бы сказать это нормально.
- Я сказал нормально.
- Ты рявкнул на нашу дочь за то, что она вышла на твой крик.
Лёша стоял, сжимая челюсть.
- И не смей меня выставлять сейчас какой-то истеричкой и параноиком. Этих разговоров не было бы, если бы ты с самого начала сказал, куда идешь и с кем. Но ты зачем-то это скрыл, а теперь на каждый мой вопрос ведешь себя как «гормональный подросток». Тридцать восемь, взрослый, говоришь? Только вот твои слова и действия говорят совсем об обратном. Что такого в этой Жене, что ты так реагируешь?
Лёша смотрел на меня, не мигая, а потом выставил руку перед собой:
- Всё, стоп. Остановимся здесь, иначе сейчас окончательно поругаемся. Я наговорил лишнего, ты тоже наговорила лишнего. Поставим разговор на паузу.
Он развернулся и пошёл в сторону спальни, а я поспешила за ним, потому что внутри всё ещё клокотало, я не договорила.
- Нет, мы не будем ничего ставить на паузу!
Я хотела схватить мужа за руку, но он оказался дальше, чем я ожидала. В итоге я ухватилась только за спинку его футболки, оттянув назад.
Послышался хруст одежды, как будто футболка где-то надорвалась.
Лёша замер, недовольно повернувшись:
- Вера, успокойся. Ты в себе вообще?
- В себе, только вот я не понимаю, какого чёрта ты так со мной разговариваешь?
Муж продолжил идти в спальню, я не отставала. Он чуть было не захлопнул дверь прямо перед моим носом, уж не знаю, хотел он сделать это специально или просто не видел меня.
Я продолжила идти за ним, но меня это раззадорило ещё больше. Ещё чуть-чуть, и я бы, как настоящая истеричка могла начать кидать вещи, только бы как-то унять это бушующее пламя внутри, показать, насколько мне было плохо.
Я клянусь, у нас никогда такого не было. Ни разу за все годы нашего брака.
Да, мы могли где-то быть недовольны друг другом, но, как правило, сразу же это обсуждали. Иногда, в редких случаях, особенно в какой-нибудь период ПМС, я могла в одностороннем порядке обидеться на Лёшу за что-то. Но это было скорее мило, чем агрессивно. А вот так, как мы общались сегодня друг с другом, такого никогда не было.
И меня это не просто злило, меня это приводило в полнейший ужас. Потому что я мгновенно начала чувствовать себя небезопасно, ощущать, будто то, что казалось мне непоколебимым, будто бы наш брак, он мог в одно мгновение превратиться во что-то другое, хрупкое, оказаться не большим, чем иллюзией, которой я всё это время позволяла себе обманываться.
Лёша в спальне спокойно подошёл к шкафу, начав доставать одежду для работы.
У него была своя небольшая компания, которая занималась, если коротко сказать, перепродажей чего-то. То есть они находили товары в одном месте недорого, предлагали их по большей стоимости в другом месте, и занимались ещё, помимо прочего, доставкой этих товаров.
- Ты сейчас уйдёшь на работу, оставив меня вот в таком состоянии?
Меня выводило из себя ещё и то, что муж делал сейчас вид что всё в порядке, хотя сам ещё десять минут назад орал на меня на кухне, а потом гаркнул и на Аню.
- Ты сама загнала себя в это состояние. Что бы я сейчас ни сказал тебе, проще не будет.
Я поджала губы и села на кровать, забравшись туда с ногами. Обхватила колени руками и наблюдала за сборами Лёши.
Он очень умело делал вид, что меня в комнате просто не существовало. Не торопясь, снял домашнюю одежду, начал натягивать брюки, потом надел рубашку и стал её застёгивать.
- Значит, к тебе на работу устроилась твоя старая знакомая, - просто констатировала я то, что мне уже было известно.
- Я не буду об этом говорить. Обсуждать мы это НЕ БУДЕМ. – Выделил он последние слова. - Может быть, потом, когда ты успокоишься.
- Ну вот, я успокоилась, - сказала я, хотя голос выдавал меня с потрохами: он немного дрожал, потому что я сдерживалась из последних сил. У меня сердце выпрыгивало из груди, ощущая надвигающуюся тревогу.
- Нет, ты неспокойна, и сама это прекрасно знаешь.
Лёша уже был полностью одет, выглядя, как всегда, идеально. У него была спортивная фигура, за которой он следил, поэтому все вещи на нём всегда смотрелись отлично.
Конечно, я понимала, что он, наверное, нравился другим женщинам. Но раньше мысль об измене даже не приходила в мою голову. Потому что Лёша не давал мне поводов для ревности.
- Значит, так. Я ухожу на работу, вернусь вечером. Ты постараешься за это время прийти в себя. Пожалуйста, Вера. Я всегда гордился тем, какая у меня жена. Не рушь эту картину в моей голове. Вечером я отвечу на твои вопросы, если они ещё останутся. Мы вместе, всё нормально. Я ни с кем не спал, как сказал тебе. Всё, что я сделал - это ушёл на встречу со старой знакомой, причём сказал, что иду на встречу, просто не сказал, что это будет встреча с человеком женского пола. Что не считаю преступлением. Если ты нормально сейчас меня услышишь, то поймёшь, что кричать нам с самого утра было вовсе не из-за чего.
- Тебе напомнить, что это не я кричала? - не сдержалась я.
Лёша лишь цокнул зубами на моё замечание, метнул взглядом в меня и вышел из спальни. А через минуту хлопнула входная дверь.
Я схватила телефон с тумбочки. Время было шесть часов пятьдесят минут. В такое время он никогда не уходил. Торопился куда-то, или просто от меня?
Мне тоже пора было собираться на работу, проконтролировать, как Аня собирается в школу, но я всё продолжала сидеть на кровати, прокручивая снова и снова слова Лёши. И каждый раз моё сознание цеплялось за что-то ещё.
В конце концов, я не выдержала. Зашла на страничку Лёши в социальных сетях, и вбила в поиск среди его друзей имя Женя.
Мне выдало несколько результатов. Но я почти сразу увидела то, что искала, у меня даже сомнений не возникло, что это была ОНА.
Этой девушки в друзьях у Лёши раньше не было.
А ещё привлекла мое внимание её фамилия - Анечкина.
Вроде бы ничего особенного, но мне вдруг резко вспомнилось, как муж настаивал на том, чтобы мы называли дочь Аней, не соглашаясь ни на какие другие имена.
Но это уж было просто за уши притянутое совпадение… наверное.
Совпадение же?
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Измена. Исповедь разбитого сердца", Мария Владыкина ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.