-Тааак… а ну-ка посмотрим, как она это сделала? – заинтересовался Мурин, подключаясь к записи камер.
Через несколько минут он с удовольствием наблюдал, как его посланницу сначала пинали от стола к столу, а потом эти перемещения внезапно изменили атмосферу в отделе – специалисты, к которым подходила Юлия, подскакивали с места и начинали явно ссориться со своими коллегами. В конце концов, судя по ускоренной перемотке видео, в помещении только что стены и перегородки, установленные между столами, не дрожали. Впрочем, перегородки, видимо, дрожали – соседи вон точно дрогнули – некто решил полюбопытствовать, сунувшись в приоткрытую дверь, и вылетел оттуда так, словно его пнули силой!
-Да что она с ними сделала-то? – удивлялся Мурин, очень жалея, что камеры не пишут звук.
Ссора продолжалась ещё какое-то время, а когда сотрудники, доругавшись и явно высказав друг другу всё, что хотели, начали рассаживать по местам, вновь начала действовать Птичкина, решительно подойдя к одному из столов.
Сотрудник, сидящий там, поднял на неё голову и посмотрел так обречённо, что Мурину его даже жаль на миг стало… Нет, конечно, так просто никто не сдался и Птичкину опять попытались отфутболить к другому столу, но оттуда уже мотал головой сотрудник, мол, не надо её сюда…
Мурину стало до жути любопытно, что же сделала эта невзрачная и несимпатичная девица, раз ухитрилась не просто устроить в ПТО грандиозную грызню, но и заставить их отложить срочную работу и всё-таки сделать то, что она просила.
Он позвонил секретарше и велел пропустить к нему Птичкину, которая отдав ему бумаги, удалилась из кабинета.
-Хотел спросить, а что именно вы с ними сделали? – он кивнул на документы, которые Юлия принесла из капитулировавшего ПТО. – Как я понимаю, они вовсе не рвались выполнять эту работу.
-Конечно, - согласилась Птичкина. – Один посылал к другому… Но так… негромко. А потом, у них же звукопоглощающие перегородки стоят, короче, они друг друга практически не слышали, а я решила, что это неправильно…
-И что же вы сделали?
-Каждому следующему рассказывала о том, кто именно меня послал и что говорил о «коллеге, который обязан делать эту работу». Никому как-то не понравилось, что на него спихивают общую задолженность, вот они и переругались, а когда устали, то поняли, что на повторные пинки у них уже сил нет.
-Но они попробовали…
-Конечно, - тусклые глаза уставились на Николая. – Но как-то быстро осознали, что я всё равно не отстану, а они потратят больше времени на склоки…
-То есть, осознали быстрее, чем я? – усмехнулся Мурин.
-У них меньше пространства для манёвра, - флегматично пожала плечами Птичкина.
Хохот Николая Сергеевича спугнул секретаршу, которая собиралась отпроситься с работы пораньше, но Юлия не выказала ни удивления, ни попытки посмеяться вместе с начальством – просто стояла и ждала новых распоряжений.
Все остальные книги и книжные серии есть в НАВИГАЦИИ ПО КАНАЛУ. ССЫЛКА ТУТ.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
-Что ж… прекрасно! Если вы, Юлия, будете и дальше так работать, у вас появятся отличные перспективы! – отсмеявшись, заявил Мурин. – Кстати… те документы, которые вы мне носили на подпись… завтра заберёте их все, сядете тут и я вам скажу, что с ними сделать. Поняли?
-Да, конечно, - Юлия исполнительно кивнула, соображая, что именно потребует Мурин.
Тем же вечером, вернувшись домой и выгуляв Мону, она написала сообщение «Ляле»: «Удалось впечатлить замдира. Велел принести все неподписанные документы. Судя по всему, хочет, чтобы я расписывалась за него.»
Хак прочтя сообщение, усмехнулся, а потом, решив очередной рабочий вопрос, отпустил людей и набрал номер Птичкиной.
-Рассказывайте подробно! – велел он.
Выслушав Юлин доклад, Кирилл Харитонович дал распоряжение документы подписывать:
-Официальным подписантом он вас сделать не может – у вас не то образование и уровень допуска, чтобы подписывать технические документы или акты сдачи-приёмки работ. Скорее всего, он велит вам подделать его подпись – это, с одной стороны, снимет с него необходимость самому расписываться, и он всегда сможет сказать, что подписи не его – всё подделано, а с него и взятки гладки – не он подписывал, не ему и ответственность нести, а с другой – он получает власть над вами – всегда сможет обвинить вас в подделке его подписей. Сами понимаете, это уголовное дело! Завтра утром вам принесут распоряжение от службы безопасности концерна о содействии в расследовании и, в рамках этого, подписании документов за Мурина, а ещё пару ручек… За Мурина подпись ставьте только ими. Будет ему сюрприз через некоторое время!
Юлия облегченно выдохнула – она-то прекрасно понимала, что расписаться за кого-то, изображая его подпись, это именно что уголовное преступление, и что такой подписант ужасно подставляется, что вот это «черкани за меня, так, чтобы похоже было», делать нельзя ни в коем случае – этим вы вручаете свою безопасность в руки чужого человека, который легко может вашу помощь вывернуть против вас, обвинив вас в удобный момент или просто шaнтaжируя.
Она отлично помнила, как в подобных случаях выворачивалась, выписывая абсолютно непохожую закорючку, которую даже издалека невозможно было бы принять за нужную подпись, повторяла этот графический кошмарик много раз, и, чуть не плача, утверждала, что ничего лучше изобразить не выходит – не оттуда руки растут – видать, обе левые.
Утром, получив от курьера Хантерова приказ, упакованный в непрозрачный конверт, и небольшую плоскую коробочку с самыми обычными на вид ручками, Юлия прочла документ, где подробно описывалось, что в рамках проведения внутреннего расследования хищения денежных средств концерна, Юлии Андреевне Птичкиной поручается выполнение задания, включающего в себя, в том числе, подписание документов за заместителя директора Мурина Николая Сергеевича. Подписание документов подписью, похожей на подпись Мурина предписывается производить спецсредствами. Далее подробно расшифровывались технические характеристики «спецсредств», и Юлия с уважением покосилась на ручки.