В криминальной иерархии постсоветского пространства отношения между «вором номер один» и региональными «смотрящими» редко бывают простыми. Каждый из них обладает собственной базой, армией сторонников и многолетними связями. Юрий Пичугин, известный под прозвищем Пичуга, и Захарий Калашов, вошедший в историю как Шакро Молодой, - яркий пример того, как два влиятельных «законника» балансировали между союзничеством и скрытым соперничеством.
Два центра силы
К моменту гибели Деда Хасана в январе 2013 года Пичуга уже более 20 лет единолично контролировал Республику Коми и часть Архангельской области. Он выстроил классическую для того времени империю: рэкет с предпринимателей, контроль над таксистами, система «грева» заключенных в 16 колониях, легальный бизнес для прикрытия. Ни одно назначение «смотрящего» в регионе не проходило без одобрения.
Шакро Молодой в это время считался «правой рукой» патриарха. Именно ему Дед Хасан доверил контроль над частью активов, именно его прочили в преемники. Однако путь Шакро Молодого к трону не был гладким: он отбывал срок в испанской тюрьме, затем решал старые вопросы с конкурентами, и лишь к 2014 году окончательно вернулся в Россию в статусе «первого номера».
Пичуга и Шакро знали друг друга давно. Оба входили в ближний круг Усояна, оба участвовали в ключевых сходках. Но если Калашов после возвращения из Испании все больше концентрировался на московских и южных делах, то Пичугин оставался хозяином северного региона, предпочитая не вмешиваться в столичные интриги.
Трещина в союзе
Видимых конфликтов между ними не было – напротив, до поры до времени они выступали единым фронтом. Вместе участвовали в сходках, вместе решали спорные вопросы. Однако после гибели Деда Хасана ситуация изменилась.
Пичуга, десятилетиями чувствовавший себя полноправным хозяином на севере, не собирался отчитываться перед новым «королем» за каждый шаг. Он продолжал вести дела так, как привык – самостоятельно принимая решения о «коронациях», распределении «общака» и контактах с местными элитами.
Для Шакро Молодого, пытавшегося консолидировать власть после гибели патриарха, такая независимость была вызовом. Ему нужны были лояльные союзники в регионах, а Пичуга демонстрировал, что его лояльность – не безусловна.
Анталийская сходка: скрытый демарш
Летом 2020 года в Анталье прошла сходка сухумского клана – группировки, оппозиционной Шакро. На ней присутствовали люди Мераба Сухумского и другие влиятельные личности, недовольные политикой Калашова.
Пичуга к тому моменту уже находился под арестом и не мог лично участвовать в собрании. Однако его ближайший соратник Мераб Гогия (Мелия) был там. Именно он вместе с другими «законниками» припомнил Шакро Молодому старую историю с избиением вора в законе Дуки Гублии – крестника Мераба Сухумского, которого когда-то лишили титула при прямом одобрении Калашова.
Этот демарш был явным выпадом против Шакро Молодого. И хотя формально Пичуга не присутствовал на сходке, его союз с Мелией говорил сам за себя: «смотрящий» за Коми не собирался безоговорочно поддерживать преемника Деда Хасана.
Ранее, в 2015 году, Шакро Молодой сам был вынужден лично вмешаться, чтобы предотвратить полномасштабное противостояние между кланами. На большой сходке в Ереване он наложил бессрочный запрет на пополнение разрозненных воровских семейств за счет новых коронаций. Но это решение явно не устраивало Пичугу, который привык сам решать, кому давать титул, а кому – нет.
Арест и его последствия
В феврале 2017 года Пичугу задержали в Сыктывкаре. Вместе с ним в машине находился Мелия, которого вскоре отпустили. Пичугину предъявили обвинение в организации преступного сообщества – дело, которое тянулось с начала 90-х и базировалось на показаниях случайного свидетеля и болтовне правой руки авторитета.
Арест Пичуги стал частью большой зачистки «дедовских». К тому моменту Шакро Молодой уже сам находился под следствием после перестрелки на Рочдельской. Империя, выстроенная Дедом Хасаном, трещала по швам.
Показательно, что Пичуга не стал дожидаться помощи от Шакро – да ее и не последовало. Калашов, занятый собственными проблемами, не мог или не хотел вмешиваться в дела арестованного союзника. Более того, осведомленные источники утверждали, что к началу 2020-х отношения между ними окончательно охладели.
Пичуга тем временем получил пожизненный срок в 2023 году, а в 2025-м – дополнительные 18 лет по второму делу. Шакро Молодой по УДО в марте 2024 года и, по имеющимся данным, отошел от активных дел.
Феномен скрытого соперничества
Отношения Пичуги и Шакро Молодого – это пример того, как работает криминальная дипломатия на высшем уровне. Открытого конфликта между ними не было: оба понимали, что противостояние двух тяжеловесов ослабит обоих и даст преимущество конкурентам. Но за фасадом союзничества скрывалось напряжение, которое проявилось в ключевые моменты.
Пичуга не бросил прямой вызов преемнику Деда Хасана. Он действовал тоньше: поддерживал союзников, оппозиционных Шакро Молодому, сохранял независимость с своем регионе и не спешил исполнять решения, которые считал не выгодными. Это было молчаливое противостояние двух равновеликих личностей, каждая из которых считала себя вправе диктовать правила игры.
Их судьбы сложились зеркально. Один – бывший «король», вышедший на свободу, но утративший влияние. Второй – региональный патриарх, получивший пожизненное и навсегда изолированный от мира. Оба пережили эпоху Деда Хасана, но не смогли удержать власть в новых условиях.
Их история – это слепок криминального мира, где даже самые прочные союзы держаться до тех пор, пока это выгодно обеим сторонам. И где молчаливое соперничество порой говорит громче любых открытых конфликтов.