Утро было столь обыденным и обыкновенным, что хотелось выть от скуки. Я, сидела с чашкой ароматного кофе, разглядывая свой шикарный майский сад, размышляя, чем подкормить плодовые деревья, чтобы плоды не осыпались, а урожай был большим. Вдруг раздался не просто треск, нет. Это был звук, будто кто-то с яростью разрывал тысячи гигантских плакатов. Звук такой оглушительный, что у меня заложило уши. А потом – страшный грохот! Не просто грохот, а раскат грома, пришедшего с земли.
Сердце сделало кульбит и застряло где-то в горле. Я подскочила словно ошпаренная, опрокинув чашку. Бросилась к окну. То, что я увидела, заставило меня ощутить, как земля уходит из-под ног. Посреди нашего старого двора, который ранее принадлежал моей свекрови Клавдии Ивановны, раскинувшись, словно поверженный титан, лежал он – наш пятидесятилетний великан, наш грецкий орех. Дерево, которое было здесь всегда.
Дерево, которое свекровь посадила ещё в детстве. Над которым она трепетала, будто курица над цыплятами, ежегодно подкармливая перегноем и компостом. Сейчас же, мне казалось, что само судьба, устав монотонности моей спокойной жизни, решило устроить мне нешуточное испытание, проверить, насколько у меня крепкий забор, не протекает ли крыша и, о ужас, насколько крепкое авто у соседа.
«Настя, это для тебя! Мой тебе подарок от всей души», – вспомнила, как частенько говорила моя будущая свекровь, тогда ещё довольно молодая женщина. В ее глазах плясали озорные искорки. «Это наш семейный дуб… тьфу ты, грецкий орех, – смеясь, поправляла она себя. – Символ силы нашего рода». И орех рос. Рост дерева был хроникой моей жизни: вот я, маленькая, прячусь под его ещё тоненькими ветками, вот подростком, ищу под его размашистой кроной прохладу в летний зной, вот уже взрослая, после свадьбы с ее сыном, собираю его плоды. Эти орехи, чуть терпкие, с тонкой скорлупой, были самыми вкусными на свете.
Знакомые, которые не знали дорогу к нашему дому, легко находили нас по этому приметному дереву: «Идите до большого грецкого ореха. Точно не промахнетесь». Орех всегда выделялся: монументальный, горделивый. Последние несколько лет, правда, он начал сдавать. Некоторые ветки стали ломкими, кора осыпалась. Я откладывала его судьбу. «Спилить? Да нет, свекровь бы расстроилась… Да и дорого это», – думала я. Как же я тогда ошибалась.
А тот день, небо с утра было каким-то невнятным, серым, но ветра не было. Абсолютно. Я, как уже говорила, как обычно, сидела с чашкой кофе, вслушиваясь в тишину, нарушаемую лишь мерным урчанием моего розового мопса Гоши, задремавшего у моих ног. И тут – тот самый треск, будто сама земля раскололась. Затем – оглушительный удар. Гоша взвизгнул, подскочил и замер, прижав уши и наделав с перепугу лужу.
Коварный удар ореха, принял наш старый, изрядно потрепанный забор. Ствол ореха, размером с хорошую колонну, проломил его, как спичку.
Дерево, с чудовищной силой упало и на крышу моего дома, напрочь поломав половину шифера. Звук при этом был ужасным. Как будто кто-то раздавил тонну стеклянных бутылок. И в этот момент, я увидала ЕЁ. Огромную, могучую ветку, которая как острый кинжал, вонзился прямо в синий капот… капот соседского Lamborghini Urus.
«Нет… нет, нет, нет!» – прошептала я, понимая, что вижу свой полный финансовый крах. Ведь одна из ветвей упала на довольно дорогой, совершенно новый автомобиль нашего нового тридцатилетнего соседа, Виктора - инженера местного завода. Раньше, он ездил на мопеде, по получив премию за ударный труд, он купил всего месяц назад этот итальянский автомобиль. Он так им гордился, так холил и лелеял, частенько припарковывая его возле нашего забора. Так радовался, выгружая из багажника мешки с картошкой. Теперь же, его итальянская фурия имела несчастье плотно познакомиться с моим орехом.
Первая моя реакция – чистый, дикий шок. Я стояла, открыв рот, как будто увидела призрака. Это не могло быть правдой. Мой дом, мой двор, который достался в наследство от свекрови, мой верный старый орех… и эта крутая спортивная машина, которая, думаю, стоит тысяч пятьдесять зелёных бумажек.
«Гоша, ты видел?» – срывающимся голосом прошептала я, обращаясь к мопсу, который теперь сидел, уставившись на эпицентр разрушения, с выражением глубочайшего недоумения на морде.
«Видел, Настя. Это, мягко говоря, не радует», – я вдруг отчётливо представила, его низкий, хриплый голос. Будто бы, мой мопс со мною заговорил по-человечески. «Я, конечно, привык к твоим сюрпризам, но это… даже для меня явный перебор. Ветка на итальянском спорткаре! Новый уровень твоего финансового кризиса, не находишь?»
«Гоша, не время для твоих философских изысканий! Мне надо что-то делать!» – запаниковала я. «Что делать? Кто будет платить? Это я виновата, что не спилила орех раньше? Господи, но свекровь меня никогда бы тогда не простила!».
Чувствуя, какой абсурд происходит, я достала телефон и, включив камеру, начала снимать упавший орех и те разрушения, которые он причинил.
«Настя, не снимай, – представила, будто тихо посоветовал Гоша, – лучше наверни соточку успокоительного. И желательно покрепче».
Шум от упавшего ореха, моментально привлек всеобщее внимание. Соседи, словно по команде, начали выходить из своих калиток.
«Настя, ты цела?» – явственно заикаясь, спросил дядя Паша. «Я то цела, но хотела бы провалиться сквозь землю» – грустно произнесла, кинув быстрый взгляд на соседа. Две девчонки из дома напротив, с телефонами наизготовку, уже вели прямую трансляцию в своих группах Вконтакте. Я представила, как эта новость разлетается по местным чатам со скоростью лесного пожара.
А потом появился Он. Виктор, владелец «Уруса». Его лицо, обычно самодовольное и слегка надменное, было бледным, как мел. Он держался за сердце, смотря на свое авто и мой орех. Он молча подошел, оглядел машину, потом дерево, потом меня.
«Настя…» – его голос дрожал. «Это… это очень плохо. Нет, это не просто плохо. Это полный капец».
Я готова была к его крикам, к обвинениям, но Виктор, к моему удивлению, только тяжело вздохнул, так и держась за сердце. «Я… я сейчас буду звонить страховой. И, наверное, вызову арбориста. Надо эту ситуацию как-то решать».
«Ну вот, – как бы прокомментировал Гоша. – А ты говорила, что у тебя слишком скучная и размеренная жизнь. Теперь, тебе эвон какая веселуха подвалила. Будет, что в старости вспомнить».
Приехал арборист – внушительный мужчина с бородой и руками, похожими на корни дуба. Он внимательно осмотрел орех.
«Старое дерево, – констатировал он, качая головой. – Корни, видимо, подгнили, ствол уже трухлявый. Давно стоило спилить. Хорошо, что никого не задело. Это самое главное». Он назвал немалую сумму за распиловку и вывоз останков.
Затем появился сотрудник из страховой – педантичный человек в строгом костюме, который с видом патологоанатома осматривал «Урус», фотографируя каждое, даже самое мелкое, повреждение. Соседу, внезапно, стало плохо. Пришлось вызывать скорую, которая увезла его в больницу с подозрением на сердечный приступ.
«Ремонт авто будет стоить… очень дорого, – сообщил он, откладывая блокнот. – Тысяч сто рублей». Я поняла, что я точно лишусь всех своих скромных сбережений.
Одна секция моего забора, конечно, подлежала полной замене. Крышу дома и вовсе следует починить в течение недели, пока не начались дожди. Сам же орех требовалось быстро распилить. Решила, дрова отдать соседу.
«Видишь, хозяйка, – будто бы сказал Гоша, наблюдая, как пилят ствол. – Жизнь – это череда падений и взлетов. Точнее, деревьев и дорогих автомобилей. Главное – оставаться непоколебимой».
Стоя посреди своего двора, где ещё недавно возвышался мой гигант, я думала о свекрови. Она посадила это дерево с такой любовью, с такой верой в будущее. И вот оно, это будущее, рухнуло, создав мне серьезные проблемы. Дерево упало, выполнив, видимо, свою скрытую миссию - сделать меня нищей. Оно оставило огромную дыру в моем бюджете.
Но в этой истории было и что-то другое. Урок. Понимание, что нужно ценить то, что имеешь, даже если это спокойная и скучная жизнь. Ведь все, в одну секунду, может измениться.
«Давай посадим здесь новое дерево?», – предложила Гоше, который в этом момент решил пометить автомобиль соседа.
«Гениальная идея! Предлагаю не мелочиться и посадить царственный эвкалипт. Прикинь, хозяйка, высота более ста метров. За год вырастает примерно на два метра».
Солнце, наконец, пробилось сквозь тучи, освещая остатки вчерашней катастрофы. От грецкого ореха остался лишь здоровый пень. Забор, проломленный так, словно здесь упал метеорит, зиял пустыми проемами.
Но я улыбалась. Да, улыбалась. Потому что эта история – это не просто ужасный случай. Это наша новая семейная легенда. Грецкий орех ушел, но он оставил больше, чем обломки. Он оставил урок о хрупкости, о силе природы, о неожиданных поворотах судьбы.
«Ну что, Гоша, – сказала я, почесывая его за ухом, – как думаешь, теперь нашему двору нужна какая-нибудь… декоративная скульптура?»
«Хозяйка, зачем нам скульптура, если у нас будет крутой эвкалипт? Вообще, ты, в последнее время, стала слишком непредсказуемой. А насчет скульптуры… Подумай о лавке. Удобной. Для размышлений. И да, обязательно в комплекте с миской для воды для меня. И, возможно, для чего-нибудь более крепкого для тебя».
Я рассмеялась. Да, эта история определенно изменила мою жизнь. Хотя, соседа жалко. Как он там в больнице! Нужно его обязательно навестить. Порадовать жаренными пирожками с грецкими орехами.
