В театр за мной зашли вовремя, в пиджаке, правда, без галстука, зато опять с цветами.
Я надела новый модный костюм - сарафан с пиджаком ярко красного цвета и жемчуг. Федор был один.
- А Антонов? - поинтересовалась я. - Ты же и перед ним виноват. Его ты тоже должен был пригласить.
- Он не может, - охотно объяснил Федор. - У него проблемы с подругой.
«У Антонова - подруга? - почему-то ревниво подумала я и сама себе удивилась. – А почему бы, собственно говоря, и нет?»
Театр был драматический, самый крутой в городе. А пьеса - премерзкая! Нам ужасно не понравилась. Сплошная "чернуха". После нее было такое поганое настроение, что я предложила хотя бы часть пути пройти пешком. Плохое впечатление от пьесы начало скрашиваться интеллектуальным разговором, красотой вечерних улиц и мыслью о том, что у меня потихоньку спускается чулок. Вскоре мысль о чулке затмила все остальные. Ощущения были интересные. В первый раз по дороге из театра с молодим человеком, в центре города! ...
С каждым шагом я чувствовала, как чулок съезжает все ниже и ниже, но ни в чем не признавалась, и с любопытством ждала, чем же все это кончиться. К счастью, Федор решил шикануть и поймал такси. Как только мы зашли ко мне домой, чулок превратился в носок. Вот тут я и "раскололась". И мы здорово повеселились по этому поводу.
Нет, все-таки, что не говори, а театр есть театр! Это нарядно одетые люди и приподнятое настроение (особенно если учитывать сегодняшнюю пьесу). Вечерний город. А на такси я возвращалась домой в последний раз с папой и мамой в глубоком детстве. Так что, не смотря ни на что, "День такой хороший!"
***
Приятно просыпаться в родной постели! Даже если это не перина, а сухая трава. Не кирпичное подземелье с факелами, а свежий воздух, солнце, зелень и птички. Сразу чувствуешь, что утро.
Тина с удовольствием потянулась, разбудив при этом Остапа, который спал у нее в ногах. Он, конечно, большого восторга от этого не испытал. Кинг уже ушел. С удовольствием и сопением втянув в себя запах травы, на которой она спала, Тина на четвереньках выбралась из шалаша. Пора было умываться и готовить завтрак. Вдруг она услышала быстро приближающийся стук копыт и треск ломающихся веток. Из зарослей выскочила вороная лошадь. Буквально на ходу с нее скатился помятый Феликс:
- За мной гонятся псы Доминика, спрячь меня! - выдохнул он. Тина мигом оценила обстановку:
- В шалаш!
Феликс исполнил ее приказание и замаскировался под "мышку в травке". Его лошадь, не останавливаясь, ускакала дальше.
Из-за кустов "вырулили" принц и К;. Увидев Тину, Доминик осадил коня, а его люди окружили ее.
- Где Феликс? - гаркнул принц. Тина махнула рукой в направлении убежавшей лошади.
- Спасибо! - бросил Доминик, и вся толпа устремилась дальше в погоню.
Через некоторое время из шалаша выполз Феликс, весь облепленный травой. Его трясло.
- Уехали?
- Уехали.
- Да все из-за кардинала! Склочный старик. Вообще они все давно на меня зуб точат.
Тина помолчала, потом сказала:
- Ты лошадь потерял.
- Куплю другую.
- А мне было бы, жаль ...
Ей действительно стало жалко Черныша Феликса, на котором она успела проехать всего раз.
- И куда ты теперь пойдешь?
Феликс дрожащей рукой достал, набил и раскурил трубку:
- Не знаю.
- Тогда оставайся пока у меня, - видя его состояние, предложила Тина. - Потом посмотрим.
Феликс остался.
***
Федор напросился ко мне в гости с курсовым. Боже мой! Оказывается, у него не готов ни один лист! Нужно начинать все сначала. Я уселась за стол, обложилась нужными пособиями и инструментами и настроилась на рабочий лад. Федор залез на софу, согнал Остапа и углубился в журнал "Ровесник". К вечеру кое-что было готово, но далеко не все. Федор засобирался домой. Я выпрямилась, разгибая затекшую спину:
- И что мне за это будет?
- Спасибо!
- И все?
- Шоколадка?
- И все?
- А что еще?
- Ну, я не знаю. Приятное что-нибудь!
Тогда Федор закрыл дверь, взял мою голову в свои руки и поцеловал прямо в губы. Вот теперь – все. Мой первый поцелуй! Я, кажется, влюбилась… Как мало, нам, девушкам, надо!
