Бабушка села на скамейку, развязала пакетик с совочками, пластиковыми ведёрками и формочками, разложила это всё на песке и стала советовать, как лучше построить замок с башенками. Они, башенки со шпилями из тонких веток, всё никак не получались, разваливались, в лучшем случае простояв секунды три...
Дверь соседнего подъезда запиликала, из неё высунулось лицо мальчишки лет пяти. Он выбежал во двор с ведёрком и направился к песочнице...
Мальчишек я презирала. Они вечно бегали по двору, копались в земле и вытирали грязные руки об штаны. Те, которые постарше, были интереснее: у них были велики, самокаты и футбольные мячи. Они ходили важные, разговаривали на непонятном мне языке и малолеток типа меня в свои компании не брали...
Мелкий залез в песочницу и устроился рядом со мной. Сначала он сидел молча, потом начал восторженно комментировать свои действия, поглядывая на меня. То ли ему понравилась девчонка с розовыми бантиками, то ли захотелось посвятить кого-нибудь в секреты приготовления каши из песка, но мне он порядком надоел...
– Кашка! - восхищённо говорил он - Кашка с листиками...
Монолог он вёл долго и обстоятельно, по ходу действий, неловко повернувшись, развалив одну из стен моей постройки. Я скрипела зубами.
– Кашка!...
– Дай сюда!
Мальчишка покорно протянул мне красное ведёрко. Я окинула его уничтожающим взглядом и высыпала содержимое оного ему на голову...
– Маша, уходим! - скомандовала бабушка, до этого мирно сидевшая на лавке.
Двор наполнялся воем...
– Ты в следующий раз его просто лопаткой бей,- посоветовала бабуля,- а то вишь, глаза ему песком засыпала...
Это случай только утвердил моё убеждение в том, что все пацаны, за редким исключением – нытики и слабаки. Презрения к ним в то время, само собой, не убавилось, но к первому классу куда-то исчезло, уступив место в голове сопливому однокласснику, в которого я, забыв всё на свете, влюбилась.
