Ростов-на-Дону — ворота на Кавказ. Немцы понимали: потерять Ростов — потерять весь Северный Кавказ. А главная жила города — вокзал. Через него гитлеровцы гнали эшелоны с оружием, техникой, продовольствием. К февралю 1943-го там скопилось больше трёх тысяч вагонов.
В ночь на 8 февраля три батальона 159-й бригады перешли Дон по льду. Тихо. Без единого выстрела. Сапёры сняли немецких часовых. Солдаты скользили во тьме, сжимая автоматы. Подошли к вокзалу — ударили. Немцы не ждали. Здание взяли быстро.
А на рассвете поняли: подкрепления не будет.
Ворота Кавказа
К началу февраля 1943 года после Сталинградской победы советские войска вышли к Ростову. Сталин отдал чёткий приказ: взять город любой ценой. Если захватить Ростов, Батайск и Азов, то на Северном Кавказе окажутся запертыми 24 немецкие дивизии, в том числе две танковые армии. 23 января командование Южного фронта получило директиву: «Со взятием Батайска и Ростова мы закупорим армии противника».
Ростов называли «воротами Кавказа» неслучайно. Через него шли все дороги на юг. А главный узел — железнодорожный вокзал. Немцы согнали к нему тысячи вагонов с награбленным. 89 паровозов, больше 3000 платформ с оружием, снарядами, техникой. Если немцы успеют вывезти это — наступление Красной армии захлебнётся на месяцы.
Ночной бросок
Вечером 7 февраля в бригаде сформировали штурмовой отряд — три батальона. Задача — перейти Дон, незаметно просочиться в город и захватить вокзал.
В ночь на 8 февраля разведчики лейтенанта Лупандина бесшумно сняли немецкие патрули. Уничтожили два пулемётных расчёта. Красноармейцы скатились на лёд, перебежками пересекли реку. Немцы хватились не сразу.
Но когда первые группы уже ворвались на привокзальную площадь, взвыла сирена. Вспыхнули прожекторы. Застрочили пулемёты. К набережной немцы бросили 200 автоматчиков и четыре танка.
Завязался бой.
Один на всех
Вокзал брали с боем. К утру здание было наше.
Но какой ценой? В штурме тяжело ранили командиров двух батальонов — майора Дябло и капитана Деревянченко. Ранен заместитель Крюков. Ранен командир роты автоматчиков Ипкаев. Офицеры выбывали из строя один за другим.
Из трёх старших командиров в живых и на ногах остался только один — старший лейтенант Гукас Мадоян.
Мадояну было 37. До войны он работал в Ереване: заведовал отделом в гастрономе, потом торговал оружием. В армию вернулся в 1940-м, окончил курсы «Выстрел», воевал под Сталинградом. Никто тогда не думал, что бывший завмаг станет живой легендой.
Он собрал остатки трёх батальонов — около 800 человек — и принял командование.
Вокзал горит
Утром немцы поняли, что вокзал потерян. Пришли в ярость. Через вокзал шло питание всей их группировки на Кавказе. Без него — ни снарядов, ни хлеба, ни подкреплений.
Враг подтянул артиллерию и миномёты. Начались атаки.
Оборонцы держались сутками. Только за один день, 8 февраля, немцы ходили на штурм 8 раз. Била артиллерия, били миномёты. Потом немцы применили огнемёты. Загорелся склад угля. Огонь перекинулся на вокзал.
Мадоян вывел людей из горящего здания. Остатки отряда отошли к литейному цеху Ростовского завода имени Ленина — бывшим мастерским Владикавказской железной дороги.
Там и заняли оборону. В оконных проёмах поставили пулемёты. Стены — старые, дореволюционной кладки — держали прямые попадания.
Местные жители, в основном женщины и подростки, ночами пробирались к заводу через руины. Приносили хлеб, воду, что могли. Патроны добывали у убитых немцев.
С 8 по 13 февраля немцы атаковали 43 раза. Штурмы с артиллерией, с танками, с бронетранспортёрами. Наши стояли.
Сорок героев
К 11 февраля многие были ранены. В отряде оставалось около 40 человек, которые не могли идти. Те, у кого перебиты ноги, кто истекал кровью, кто не мог держать оружие.
Мадоян решил прорываться через подземные коммуникации завода — старые туннели и подвалы, соединявшие цеха. А раненые сказали: «Уходите. Мы останемся. Прикроем».
Их оставили в литейном цехе. Почти двое суток, с 11 по 13 февраля, эти 40 бойцов сдерживали немцев. Враги заходили внутрь — получали пулю. Выкуривали огнемётами — отстреливались до последнего патрона.
Когда 13 февраля немцы ворвались в цех, в живых никого не осталось.
Прорыв
Основные силы Мадояна ушли под землёй на хлебозавод. Заняли оборону там.
Последнюю атаку немцев встретили уже без патронов. Мадоян поднял отряд в штыки. Завязалась рукопашная. Гитлеровцы были отброшены.
Утром 14 февраля 1943 года в Ростов вошли части 51-й армии. Обороняющие вокзал немцы поспешно отступили.
Выжившие мадояновцы, около 150 человек, построились в колонну. Грязные, перевязанные, без патронов, с оружием в руках прошли по улице Энгельса — сегодня это Большая Садовая. Там встретили своих.
К ним подъехали командующий Южным фронтом Малиновский, командующий 28-й армией Герасименко и член Военного совета Хрущёв. Поздравили лично.
Трофейные вагоны, захваченные на вокзале, уже разгружали. Оружия, снарядов и продовольствия из них хватило на несколько месяцев 300 тысячам бойцов Южного фронта и 200 тысячам жителей освобождённого Ростова.
Награда от президента
31 марта 1943 года старшему лейтенанту Гукасу Мадояну присвоили звание Героя Советского Союза.
Он воевал дальше. Учился в академии Фрунзе. Командовал 1194-м стрелковым полком. В октябре 1944 года при штурме польского города Дембице его тяжело ранило. Демобилизовался по состоянию здоровья.
Вернулся в Ереван. Стал заместителем министра торговли, потом 15 лет возглавлял министерство социального обеспечения Армянской ССР. Его избирали депутатом Верховного Совета республики.
А ещё он получил редкую награду. Президент США Франклин Рузвельт, узнав о подвиге ростовского комбата, приказал вручить ему медаль армии США «За выдающиеся заслуги». Всего в СССР такую медаль получили 73 военнослужащих РККА.
Живая память
В 1968 году Гукаса Карапетовича признали почётным гражданином Ростова-на-Дону. В городе его именем назвали улицу — бывшую Слесарную. На территории завода, где держали оборону мадояновцы, поставили памятник.
Умер Мадоян в 1975 году.
Но его бойцы не забыты. Поисковики до сих пор находят в тех цехах останки защитников. В 2007 году подняли троих, кто числился пропавшими без вести. И каждый год 14 февраля к памятнику мадояновцам приходят люди.
Потому что те 800, кто шесть суток держал вокзал, и те 40, кто добровольно остался, чтобы прикрыть товарищей, — не просто герои. Они — пример того, что защита Родины — дороже жизни.
И пока мы помним — они живы.
Говорят, войну выигрывают генералы. А не подтвердил ли героический подвиг мадояновцев обратное? Как вы думаете?