Она стоит посередине.
Тёмно-синяя обложка.
Без названия.
Без автора.
Просто — есть.
Я купил её на барахолке.
Продавец сказал:
— «Возьми. Она давно ждёт»
Я спросил — о чём книга.
Он улыбнулся:
— «О том, что ты уже забыл.
Но она — помнит»
Я открыл.
И прочитал.
Однажды вечером.
Одним присестом.
И не помню — о чём был текст.
Но знаю:
я плакал.
Я кричал.
Я встал и бегал по комнате, как будто пытался убежать от слов.
А потом — уснул с книгой в руках.
Наутро — попробовал открыть снова.
Страницы — белые.
Пустые.
Как будто её и не было.
Я думал — сошёл с ума.
Но потом заметил:
когда я смотрю на неё сбоку —
на корешке появляется название.
Одним словом.
На языке, которого не знаю.
Но понимаю.
Однажды пришла подруга.
Сказала: «Какая странная книга» — и взяла в руки.
Я крикнул: «Не читай» — но поздно.
Она прочитала.
Одну главу.
Потом упала.
Плакала.
Говорила: «Почему я не помнила? Почему я забыла его лицо?»
С тех пор я знаю:
эта книга — не для чтения.
Она — для возвращения.
Для тех, кто потерял что-то важное.
Кто вычеркнул из памяти, чтобы выжить.
Кто предал, чтобы выжить.
Кто забыл, чтобы дышать.
А книга — помнит.
И однажды — возвращает.
Не слова.
А боль.
Но через боль — приходит прощение.
Я не знаю, чья она.
Моя?
Твоя?
Человека, который жил здесь до меня?
Или того, кто будет после?
Но знаю одно:
она не исчезнет.
Пока кто-то будет нуждаться в правде.
Пока кто-то будет готов вспомнить.
А однажды — я снова открою её.
И, может быть, на этот раз —
смогу прочитать до конца.
И услышу:
— «Я знал, что ты вернёшься»
Пока я просто держу её на полке.
Посередине.
Как памятник тому, что нельзя назвать.
Как дверь, которая открывается только изнутри.
И каждый вечер, перед сном, шепчу:
— «Спасибо, что не забыла меня»
А книга — слегка теплеет.
Будто кто-то внутри —
приложил ладонь к обложке.