Кузьма Фёдорович сегодня сидел на балконе, щурился на солнце и делал вид, что он — часть интерьера. Только часть интерьера, которая иногда орёт дурным голосом, требуя завтрак, и роется в цветочном горшке, потому что там, кажется, зарыто сокровище.
Я смотрела на него и думала: до чего же много котов в моих книгах. Они разные — наглые, философствующие, важные, смешные. Но каждый из них немножко Кузьма Фёдорович. А может, и не немножко.
Сегодня хочу рассказать о котах в моих текстах. И о том, почему кот в доме — это не просто питомец, а зеркало души. Кривое, своенравное, но очень честное зеркало.
Кот как мера вещей
Говорят, собака любит хозяина, а кот позволяет себя любить. Не совсем так. Кот — это независимый эксперт. Он не будет льстить. Если ему не нравится сцена, которую я пишу, он ляжет на клавиатуру. Если нравится — он устроится рядом и будет мурчать, как маленький мотор. И тому и другому я верю. Коты не врут.
Кузьма Фёдорович появился у меня задолго до того, как я начала писать. Он видел все черновики, все бессонные ночи, все разбитые кружки (пару из них он разбил лично). И когда я думаю: а получилось ли? — смотрю на него. Если кот спит спокойно, значит, всё в порядке. Если демонстративно повернулся задом — надо переписывать.
Коты в моих книгах
Когда я создаю кошачьих персонажей, я всегда немножко списываю их с Кузьмы Фёдоровича. Иногда — целиком. Иногда — только усы и характер. Вот несколько самых ярких.
🐱 Кот Том из «Пчелы в раструбе»
Том — это Кузьма Фёдорович в образе театрального критика. Он сидит на заборе, наблюдает за происходящим и комментирует всё с видом человека, который давно всё понял про эту жизнь, но из вежливости молчит. Иногда не молчит. Однажды, когда дед Дональд и его внучка Мэри мерялись музыкальными талантами, Том спрыгнул с забора, протопал к сцене и изрёк: «Дональд, ты врубился? Яблоко от яблони недалеко падает. Даже если это яблоко семь лет притворялось ананасом».
Это чисто кузьмафёдоровичевская манера: появиться в самый драматичный момент, всё расставить по местам и удалиться, виляя хвостом. Мой кот делает так же, когда я дописываю главу, а он запрыгивает на стол и смотрит в монитор с выражением «ну-ну, и это ты называешь литературой?».
🐱 Кот Кузя из «Масленицы»
Кузя — вылитый Кузьма Фёдорович в детстве. Вернее, в любой момент, когда на столе остаётся что-то съедобное без присмотра. Когда героиня Даша отвернулась, чтобы ответить на звонок, Кузя утащил блин. Прямо со стола. Лапой. С видом полной невиновности. Я описывала эту сцену и смеялась, потому что Кузьма Фёдорович проделывал то же самое с оладьями. Технический осмотр еды — наша ежедневная рутина.
В «Масленице» Кузя говорит: «В кошачьем языке это означало: „Ну ма-а-ам, ну он же сам в рот просился! Я просто помог ему осуществить мечту“». Мой кот мог бы подписаться под каждым словом.
🐱 Кот Маркиз из «Масленицы» (тот самый важный сибирский кот)
Маркиз — это Кузьма Фёдорович в режиме «я вообще-то аристократ». Важный, пушистый, с совиными бровями и чувством собственного достоинства, которое не поколебать даже валерьянкой. Когда его хозяйка выгуливала его на поводке (бывает и такое), Маркиз не шёл — он шествовал. И всем своим видом показывал: «Я, конечно, мог бы остаться дома, но раз уж вы настаиваете на моём обществе, так и быть, снизойду».
Кузьма Фёдорович тоже умеет так смотреть. Особенно когда я пытаюсь согнать его со стула, на котором мне нужно работать. Этот взгляд говорит: «Ты серьёзно? Ты хочешь, чтобы я ушёл с этого стула? А где мне тогда сидеть? На полу? Я не нанимался».
🐱 Безымянные коты и их философия
В «Ноттингли» и других книгах коты иногда появляются без имени. Они просто сидят на заборе, греются на солнце или переходят дорогу с видом «я тут вообще-то живу, а вы все — гости». Это тоже Кузьма Фёдорович. Потому что кот не всегда должен быть главным героем. Иногда он — просто часть пейзажа. Но стоит его убрать — и пейзаж перестанет быть уютным. Вот такой парадокс.
Почему коты — зеркало души
Коты не умеют льстить. Они не будут делать вид, что им нравится ваша новая книга, если на самом деле они предпочли бы поспать на ней. Они не станут притворяться, что рады гостям, если гости им не по душе. И они никогда, никогда не извинятся за разбитую кружку.
Но именно за это мы их и любим. За честность. За то, что они не подстраиваются. За то, что в мире, где все что-то изображают, кот остаётся собой — наглым, пушистым и абсолютно свободным.
Мои читатели часто пишут мне о своих котах. Присылают фото, рассказывают истории. И я каждый раз улыбаюсь, потому что в этих историях — столько тепла, что хватило бы на отдельную книгу. Может быть, когда-нибудь я её напишу. А пока — просто собираю ваши рассказы в отдельную папочку. Для души.
Кузьма Фёдорович — соавтор и муза
Я часто шучу, что Кузьма Фёдорович — мой соавтор. Но в каждой шутке есть доля правды. Он не пишет текст, конечно. Но он создаёт атмосферу. Когда я сажусь за ноутбук, он приходит и садится рядом. Иногда — на клавиатуру, но это мелочи. Он мурчит, и под это мурчание пишется как-то легче. Как будто кот одобряет каждое слово.
И когда я сомневаюсь в себе, я смотрю на него. Он спит, свернувшись калачиком. И я думаю: если кот спокоен, значит, всё правильно. Значит, история получилась живая. Потому что коты — они как камертон. Они чувствуют фальшь. И не станут мурчать над тем, что им не по душе.
Расскажите о своих котах
У каждого, у кого есть кот, наверняка есть история. О том, как он впервые появился в доме. Или о том, как утащил сосиску. Или о том, как сидел с вами в трудный момент и молчал — и это молчание было дороже любых слов.
Делитесь своими историями в комментариях. Давайте устроим день усатых философов. А Кузьма Фёдорович передаст каждому мысленное «мяу» уважения. Сметану, правда, не обещаю — сметану он никому не отдаёт.
#МашаТусина #КузьмаФёдорович #Коты #Книги #УютныйАбсурд