Чеснок Холст и доктор Вотштон (Канун Дэйл)
(продолжение)
На Вассал-стрит мы приехали кэбом, бесплатно. Кэбмэн, видимо, уже встречавший Бесстрейда прежде, не издав ни звука, примчал нас по адресу, и я заметил, что всю дорогу он тайком крестился.
Охранник в Военразведслужбе Бесстрейда тоже узнал, а нас запускать не стал.
- Джентльмены, не сердитесь. Проходимцам тут не место, - виновато сказал он, прижимая руку к сердцу.
- Они со мной, - небрежно бросил инспектор веское слово.
- Нет, сэр, - возразил охранник, - пойдёте без них. Удостоверений они не несут.
- Это вы дежурили в день похищения? - строго спросил его Холст, - как же вас угораздило четырежды за вечер покинуть рабочее место? И всякий раз на крыльцо, где брали метлу и гребли против ветра. А один раз, чтоб не заснуть, танцевать здесь... вы танцевали фокстрот. Верно?
Охранник сбавил в весе:
- Так оно и было, сэр, - потух он душой.
- Ознакомить начальство со страницами вашей биографии?
- Не надо, сэр. Это подорвёт меня как служаку. Я и так вижу, что вы из разведки. Если захотите - расскажу вам всё про любого сотрудника этого дома.
- Кто вчера пришёл на работу первым и кто вторым.
- Мистер Капкан из восьмого кабинета, сэр. Но это он только думал, что первый. А на самом деле, в том кабинете уже был сэр Крахх. Явился ещё раньше. Ему зачем-то нужно было срочно открыть какой-то сейф. Скажу вам больше: старый Крахх так оттуда и не выходил, даже сегодня ночевал там.
- Болтливость - не самое необходимое качество для охранной тумбы, - жёстко ответил Холст.
- Пересмотрю устои, сэр. Обещаю.
Восьмой кабинет был заперт.
- Здесь нужен кодовый стук, - знающе сообщил Бесстрейд, - и он мне известен. Вам, джентльмены, со мной везёт.
Тем временем Холст равнодушно открыл замок первой же своей отмычкой.
Внутри я насчитал десять джентльменов, серых лицом и чёрных одеждой.
Бесстрейд по-хозяйски, вальяжно представил нас:
- Знакомьтесь. Мои помощники. Уже подают надежды. Меринс и Хрякл.
К нам, дрожа цилиндром туловища, приблизился престарелый седовласый денди. Его глаза оживились. Он протянул руку сначала моему другу, потом мне:
- Здравствуйте, мистер Холст. Здравствуйте, доктор Вотштон. Это лучшее явление за много лет. Как хорошо, что вы пришли. Я запихаю теперь свой яд куда-нибудь поглубже, я верю теперь в удачу. Меня зовут Катастрофф Крахх, служу в наших лабиринтах начальником отдела. Эти люди - мои сотрудники, их, как видите, восемь. Все отстающие от меня в смысле возраста.
Инспектор весьма расстроился от проницательности Крахха, но не преминул сказать привычную реплику:
- Скотланд-Яд всегда рядом с нуждающимися. Любая преступность перед нами пасует. Наше дело правое. Кому пообедать - будет за нами.
Холст лениво прошёл до сейфа, придирчиво осмотрел его боковую сторону. Я не понял, почему глухую боковую, а не саму лицевую, где замки и номера ячеек. Провёл пальцем по полу, зачем-то вытерев на нём пыль.
Потом вернулся в центр и внимательно посмотрел на каждого из сотрудников, с одним из них даже поздоровался за руку, спросил, как тому служилось на аграрной ферме в предместье Лондона.
- Служилось хорошо, сэр, - исповедался тот, - там я привык к животным. Довелось видеть много зайцев. Однажды убил сразу двух. У меня с собой оказался мушкет.
- Какой фирмы?
- Фирмы "Зай 2". Но откуда вы узнали обо мне такую яркость?
Холст не ответил, попросил всех сесть на свои рабочие места.
- День, сэр, у нас сегодня далеко не рабочий, - горестно сообщил начальник отдела, но всё же распорядился выполнить просьбу.
Между стеллажей и полок сотрудники распределили послушные себе тела.
Одно место зловеще пустовало.
Холст вопросительно глянул на Крахха.
- Да, сэр, это его, - кивнул Крахх, - как видите, не пришёл.
Бесстрейд, иронично зыркнув на меня, пробухтел:
- Придёт. Как же. Кто его выпустит. Когда уж и могила готова.
Чеснок Холст решил посидеть на стуле Горемора, чем сильно испугал нашего суеверного инспектора. Примета - не приведи господи.
Со стула Холст сказал:
- Видимость отсюда узковатая. Только что и можно разглядеть - так это выходную дверь. Уютное местечко - ничего не скажешь. А у окна зачем стул стоит? - спросил он начальника, - а столика нету.
Мистер Крахх немного помялся, но, вздохнув, откровенно признался:
- Он там просто так. Без всякого умысла.
- Вижу, его не тронули за два дня, - произнёс Холст, подойдя к стулу и оглядываясь, - хоть и напрочь уничтожили за это время все остальные следы. Натоптали вы тут, конечно, от души.
Крахх сердечно воскликнул:
- Зато, сэр, я распорядился о непроведении здесь влажной уборки. Вчера пришёл наш уборщик со шваброй, но был мной отвергнут.
- Позовите его сейчас, - попросил Холст.
- Хотите, чтоб он тут подмыл?
- Нет. Посмотрю на его мышцы.
Вызвали уборщика. Мышцы его действительно - оказались объектом величины изрядной.
- Когда начали здесь горбатиться? - спросил Холст, хмуро осмотрев прибывшего.
- Завтра отпраздную год, - радостно ответил уборщик.
- Это правда, что в свободное время вы нигде не тренируетесь?
- Истинная правда, сэр. Год назад меня дразнили шкилетом.
- Да, мистер Холст, - подтвердил грустный Крахх, - этого парня взяли на службу исключительно из жалости к его конституции. Швабра, как видите, помогла и весьма набрать ему форму.
- Я, сэр, очень обожаю чистоту и порядок, - перешёл на честность уборщик, - решил посвятить жизнь именно этому. У меня и фамилия поэтому есть. Зовут меня везде Чудовенникс. А имя - Пыль.
- Но вы же не француз.
Уборщик застеснялся:
- Сказать по правде, сэр, французом я иногда бываю. Правда, редко. Это происходит как раз в те годы, когда моя мама выходит замуж за француза. Иногда с ней такое случается.
Холст внимательно сказал:
- Чистоту значит уважаете, мистер Пыль. А как вы объясните вот это? - и он показал уборщику что-то предельно мелкое на своём пальце.
- Простите, сэр, но нет ли у вас с собой лупы? - загорелся любопытсвом Чудовенникс.
- Держите.
- О, - воскликнул парень, взглянув, - да это похоже на частицы табака.
- Инспектор, - позвал Холст Бесстрейда, - скажите, вам вчера это не попалось?
Тот, недовольно морщась, приблизился, тоже посмотрел в лупу на мелочь. Сделал профессиональное лицо.
- Одну возьму? - спросил он.
- Одну. Вторую оставьте, - разрешил Холст.
Бесстрейд коснулся длинным мизинцем пыльцы, положил её себе на язык и раздумчиво закатил глаза, подняв лицо. Немного пожевал. Все собравшиеся выжидательно замерли.
Вскоре я машинально потянулся за нашатырём - щёки инспектора становились зловеще голубого оттенка, с каждой секундой всё более темнея до синевы. Из глаз полились и застучали по полу частые слёзы.
- О чём человек плачет? - встрепенулся и испугался мистер Крахх, - у него что-нибудь личное?
Я схватил инспектора, усадил кому-то на колени, сунул нашатырь в заранее намеченное место - ему под нос.
Кашляя и плюясь, Бесстрейд не сразу, но вернулся к будню.
- Ууууххх, продирает, - тяжко дыша, сознался он, - неплохой вещдокец, - Бесстрейд стал гордым от вклада в следствие и, тем самым, служения Конституции.
Холст участливо поинтересовался:
- Как вкус?
- Брррр.
- Что-нибудь напоминает?
Инспектор неуютно поморщился, неохотно предположил:
- Нну... помесь какая-то... . Что-то среднее... вкус клубники, черники и верблюжьего дерьма.
- Уверены? - серьёзно переспросил Холст.
- Я что вам, зоолог? Не в зоопарке же.
Холст задумался и мечтательно произнёс:
- Чаручча...
- Чеё? - не понял инспектор.
- Чаручча, - повторил Холст, - сорт мексиканского табака. Я, кажется, знаю, как он сюда попал.
Вмешался возбудившийся мистер Крахх:
- Здесь исключено всякое курение, сэр. Здесь даже за произнесение слова "пепельница" можно попасть на штраф с послудующей анафемой. В радиусе тридцати ярдов вокруг здания. Как тут мог оказаться окурок?
- Это не окурок, сэр, - успокоил его Холст.
Он вздохнул.
- Я сейчас, если не возражаете, осмотрю внутренности ячеек в вашем сейфе.
Катастрофф Крахх недопонял:
- Простите, мистер Холст, недопонял. Вы хотите, чтоб я открыл вам все ячейки? Однако это долго. Да и зачем?
У нас ограблена только шестнадцатая. Давайте её и открою. Подождите минут пять - процесс кропотливый.
- Это необязательно, сэр, - отказался Холст, - отдыхайте в спокойствии. Я самостоятельно.
Крахх не выдержал и рассмеялся:
- О-о, ну мистер Холст, Ну зачем вы меня в столь безрадостную минуту ещё и смешите. Открыть без меня этот сейф - утопия. Это Чикаго, сэр! Это спецгосзаказ, сэр! Это броня, сэр! Это снарядоустойчивость, сэр! Это несгораемость, сэр! Это непотопля... нет, тут простите.
- Всё понимаю, - сердечно произнёс Холст, - пожалуйста, не вставайте. А вы, мой друг, - обратился он шёпотом ко мне, - не отходите от него далеко. Нашатырь пусть будет наготове.
Он неторопливо подошёл к сейфу, выбрал позицию у его боковой стенки. Осмотрел ещё раз, потом наклонился и ухватился руками за нижнюю грань, возле сАмого пола. Немного натужно вскрикнул и вдруг, напрягшись всем телом, начал движение. Громадный сейф без всякого скрипа тяжело отошёл задней стороной от стены кабинета. Затем ещё одно усилие - и угол между стеной и задней гранью сооружения увеличился. Холст, морщась выпрямился и скрылся за сейфом.
- Что он делает, доктор? - ужаснулся Крахх, - чего хочет?
- Друг мой, - услышали мы глухой голос из-за железа, - ведите сюда добрейшего сэра Крахха. Тут много любопытных подробностей.
Он кряхтя вылез обратно и даже не отряхивался.
Я под руку с начальником отдела поспешил к месту происшествия.
Мы заглянули в пространство между задницей сейфа и стеной кабинета. Увидели грусть: у сейфа тыльной стенки не было совсем, а содержимое всех ячеек - налицо. В том числе, и пустой шестнадцатой.
Очень пригодился нашатырь - мистер Крахх не упустил возможности потерять сознание.
Подбежавшие к сейфу сотрудники хором издали унылую букву "К".
Бесстрейд, сняв для бОльшей аэродинамики кепку, проник в проём тупика довольно далеко. Поползал там с минуту-другую, вылез обратно, отряхнул ладони, с нотой задумчивой догадки небрежно произнёс:
- А знаете, мистер Холст, вот что я вам скажу. Из-за сейфа вот так вот и могли вытянуть секретные бумаги. Не мелькнуло у вас такое подозрение? Нет? Или мне более понятно разъяснить?
- Да вы ясновидящий, - проворчал я, не глядя на инспектора и пальцами помогая Крахху моргать.
- ПослУжите с моё, доктор, - усмехнулся Бесстрейд, - научитесь разгадывать и не такое. Опыт - он трудных ошибок верный сын.
Очнувшись и осмотревшись, добрый мистер Крахх прежде всего развернул огненный скандал. Крыл посоедними словами мастеров далёкого Чикаго и всех своих подчинённых, не успевших спрятаться.
- Стыд! - кричал он надрывно, - это ж какую надо иметь совесть, чтоб работать и созидать так бессовестно! Здесь у нас что! Военная разведка, в конце концов, или магазин самообслуживания? Или шведский стол, чёрт вас всех защекоти до зверской икоты.
В этот момент входная дверь стремительно распахнулась, в кабинет вступил с широкой улыбкой сэр Лишай.
- Не спите? - весело и громоподобно поздоровался он, радуясь многолюдию, - долго же я вас, тунеядцев, разыскивал. Кто здесь?
Оробев, к нему навстречу поковылял сэр Крахх, предусмотрительно пряча руку подальше, чтоб не нарваться на рукопожатие.
- Начальник тутошнего отдела, - с тусклостью и тревогой представился он, - очень-очень рад встрече. Давно ждём. Скажите, кто вы.
- Всему Скотланд-Яду шеф, - дружеским басом сообщил пришедший, не скрывая толщину тела, - генерал Лишай, чума меня обуяй, ежели это не так.
Он вдруг увидел Бесстрейда, успевшего принять смирный вид:
- А-а.. - довольно прогрохотал Лишай, - и ты здесь? Молодец, доходяга. Как дела наши... а это что за два прохиндея-бродяги, - насупился он на нас с Холстом, - О, мистер, это не вы о прошлом лете вели в зоопарк караван четырёхногих верблюдов?
Холст сразу ответил:
- Нет, сэр, там был мистер Клоунс, племянник вашей бабушки миссис Шельми.
- Помню, помню... как же. На вас он не похож ничуть. А вы ко мне или просто так тут дурака валяете, бездельники-пропойцы?
За нас вступился Бесстрейд:
- Это мои помощники, сэр. Меринс и Хрякл. Они...
Лишай махнул рукой:
- Да знаю я их чертяк, - он по-отечески сказал нам:
- Работайте, работайте, джентльмены... О! А это что? - Лишай увидел отодвинутый сейф, - мебель не в порядке.
Изгибая каменный пол, грузно подошёл и в одно мгновение со стуком вдавил сейф в стену.
- Вот теперь добро, - довольно закончил он, - ну-с, джентльмены, теперь дело. Рисуйте контуры. Мне необходимо понять: туда ли я пришёл.
- А куда вам было нужно? - напрягся мистер Крахх.
- Туда, где ротозеи. Это не у вас упёрли чертежи с бумагами? Да ещё какого-то балбесика прикончили?
- Да, сэр, это, к сожалению, здесь.
- Ну значит не промазал. Ваш главный позвонил, пригласил меня. Скоро и сам заявится. Одноклассник мой. Нас когда-то с ним одновременно из школы выперли.
- Что ж не предупредили - мы бы встретили. Как же, сэр, вы через охрану протиснулись? Вы человек заметный.
- О, охрана ваша на высоте. Поставлена твёрдо. Молодцы. Даже пропуск спросили. Охранника вместе с фуражкой я прямо в будку запихнул. Там на мусорном ведре и замер.
- Хм-м, а... в кабинет как? Дверь же заперта...
- Да? Ну джентльмены, предупреждать надо. Откуда ж я знал. Ладно, не будем из простого в пирожные. Где тут у вас кофе? Налейте.
Дверь осторожно и тихо открылась, показалось сокрушённое лицо неизвестной женщины:
- Джентльмены. Стыдитесь. Вы опять в карты играете? Нельзя ли поскромнее? У нас в смежном кабинете только что лопнул у стены диван и сломался столик. Миссис Охалло очень недовольна.
•••
(потом)