Пятый год идёт СВО. Поставлены цели, поставлены задачи, произнесены и продолжают произноситься нужные речи.
Говорят про историческую справедливость, про заветы предков, про обязанности. Патриотизм вроде как пытаются поднять у народа.
Одновременно с этим происходит странная картина.
Кто-то носочки тёплые вяжет бойцам — искренне, от души.
Кто-то помогает фронту как может.
Кто-то устраивает концерты по всей России и зарабатывает на волне СВО.
Кто-то пополняет списки богатейших, а кто-то поднимается в этих списках всё выше.
И смотришь на это всё и думаешь: а ведь после окончания СВО, если уж быть честными, нужно будет проводить СВО внутри страны.
С теми же речами.
С теми же словами про заветы предков, патриотизм и обязанности.
С теми же целями: деолигархизация, демонополизация, депорабощение, декоррупция.
Скоро 9 мая — День Победы. Праздник людей победивших фашизм.
Будут говорить: помним, гордимся, не посрамим, будем идти тем путём, который нам указали победители.
Только вопрос — а какой путь они нам указали?
Что они нам завещали? Ради чего они вообще воевали и платили такую цену?
Как говорящие с трибун речи понимают слова об исторической справедливости, например?
Предки наши воевали не ради красивых слов.
Не ради отчётов.
И точно не ради того, чтобы их потомки жили как зависимые люди в своей же стране.
Они воевали за то, чтобы мы жили свободно.
Не как рабы, не как обслуживающий персонал, а как хозяева.
В своей стране жили не формально, а фактически.
Вот это и есть главный завет победителей, в честь которых проводят «Парад Победы» — свобода и независимость.
Независимость от любого внешнего управления — неважно, в какой форме оно приходит:
с оружием в руках или под видом «заботы» через решения и влияние власть имущих.
Оставили нам победители не только идею, но и конкретное наследство:
промышленность, сельское хозяйство, армию, образование, медицину, науку, разработки.
Всё это было сделано для того, чтобы мы, потомки, продолжали их путь и развивали страну дальше.
А что мы имеем в итоге?
Если честно — почти ничего. Даже то что якобы принадлежит государству имеет акционеров и даже в странах которые для наших предков были врагами.
У потомков победителей их наследство по факту забрали.
То, что было общим, стало частным.
То, что должно было принадлежать стране, оказалось в руках отдельных людей.
Проще говоря — общее просто растащили.
И теперь возникает главный вопрос.
Когда нам говорят про историческую справедливость, про правду, про возвращение своего — это про что вообще?
Если по-простому:
нельзя говорить про справедливость и делать вид, что нормально, когда почти всё важное сосредоточено у узкого круга людей;
нельзя говорить «народ, народ» и при этом игнорировать простой факт — кому на самом деле принадлежит то, что этот народ создавал;
нельзя говорить про независимость страны, если экономика, ресурсы и ключевые вещи по факту контролируются не так, как должно быть в независимом государстве.
Это же элементарные вещи, без сложных слов.
Если справедливость — значит она должна быть везде, а не выборочно и по праздникам.
Если независимость — значит контролируешь своё, а не рассказываешь об этом с трибуны.
Если память о предках — значит живёшь по этим принципам, а не вспоминаешь их раз в году.
Отсюда и возникает мысль про СВО 2.0.
Не про войну мысли в таком виде какой её понимают многие.
Про наведение порядка внутри страны.
Про очень простые вещи:
убрать ситуации, когда целые отрасли держат несколько человек;
вернуть ключевые ресурсы и предприятия под контроль страны и народа;
сделать так, чтобы богатства работали на всех, а не на узкий круг;
убрать любое чужое влияние там, где речь идёт о будущем страны.
По сути — вернуть наследство тем, кому оно и принадлежит: государству и людям.
Но тут начинается самое сложное.
Потому что это значит — забирать у тех, кто уже всё контролирует.
А такие вещи просто так никто не отдаёт.
И вот здесь главный вопрос:
найдётся ли тот, кто реально готов это сделать?
Не говорить.
Не обещать.
А именно сделать.
Тот самый человек или сила, которые действительно чтят память предков не на словах, а на деле.
Потому что пока получается странная картина: снаружи — разговоры про борьбу за своё, а внутри — тишина по поводу того, кому это «своё» уже принадлежит и кому должно принадлежать по праву наследства, за которое в своё время жизни отдали десятки миллионов наших предков.
И пока этот вопрос не решён, все разговоры про справедливость так и остаются просто разговорами.