И один из них продолжал испытывать самолёты после того, как потерял глаз
12 апреля 1961 года Юрий Гагарин занял место в кабине «Востока» и сказал: «Поехали!»
Эту команду он взял от своего инструктора — Марка Галлая. Именно так Галлай начинал каждую тренировку на тренажёре в Жуковском: садился кто-то из космонавтов в «шарик» корабля, Галлай говорил «Поехали» — и начиналось воспроизведение штатных и нештатных ситуаций полёта. Команда звучала на каждой тренировке, к ней привыкли. Гагарин взял её с собой в космос.
Кстати, Гагарин потом рассказывал, что сам не планировал говорить именно это слово. Просто вырвалось — привычка с тренировок. Так случайная фраза инструктора стала самой известной командой в истории космонавтики.
Марк Галлай жил на Кудринской площади, в высотке, которую построили для людей его профессии.
Дом, который строили для людей одной профессии
Семь сталинских высоток строились одновременно. Каждая под своё ведомство. Высотка на Котельнической — для творческой интеллигенции, артистов и писателей. Высотка на Кудринской — для авиаторов и конструкторов.
Строительство курировало Министерство авиационной промышленности. Квартиры давали не по очереди — по должности. Получил нужное место в системе, получил ключи. Ушёл с должности — формально мог остаться, но следующая квартира уходила уже под новую функцию.
Логика была простая и циничная: государству нужно держать ключевых людей рядом друг с другом. Атомщик, авиаконструктор, лётчик-испытатель — все в одном лифте. Разговор в курилке стоил иногда больше, чем официальное совещание.
Первые жильцы въехали в апреле 1955 года. 452 квартиры, 24 жилых этажа в центральном корпусе. Внизу — кинотеатр «Пламя» на 550 мест, гастроном, парикмахерская, ателье. Снабжение шло по отдельной схеме: в годы, когда в обычном магазине через квартал могло не быть масла, здесь масло было.
Человек, который летал с одним глазом
17 мая 1945 года, за несколько дней до конца войны, лётчик-испытатель Сергей Анохин поднял в небо истребитель Як-3 на контрольные испытания прочности. Самолёт начал разрушаться прямо в воздухе. Анохин успел выпрыгнуть с парашютом — и упал в пруд. В больнице ему сообщили: левый глаз придётся удалить.
Любой другой на этом закончил бы лётную карьеру. Анохин вернулся к испытательной работе через семь месяцев.
Он стал единственным в мире лётчиком-испытателем, который продолжал испытывать новейшие самолёты после потери глаза. В 1950 году на реактивном Як-50 он достиг рекордной скорости у земли — 1170 километров в час. Это почти скорость звука. С одним глазом.
Потом Анохин возглавил первый в СССР отряд гражданских космонавтов и дважды проходил подготовку к полётам — в том числе к Луне. По медицинским показаниям к старту допущен не был. Жил на Кудринской.
Человек, который научил Гагарина говорить «Поехали»
Марк Галлай был другим. Тихий, интеллигентный, с негероической внешностью — так описывал его режиссёр Эльдар Рязанов, который стал его другом. «При героической биографии у него была совершенно негероическая внешность».
А биография была такая. За годы лётной работы Галлай освоил 124 типа самолётов, вертолётов и планёров. В 1943 году его сбили над оккупированной территорией под Брянском. Двенадцать дней он скитался по лесам, пока не вышел к партизанам. Оттуда его вывезли самолётом — и он вернулся к испытательной работе.
В 1950 году его уволили. Причина — «борьба с космополитизмом». Галлай был евреем. Больше месяца он оставался без работы, пока не помогли знакомые лётчики.
Это, кстати, не единственный такой случай. В том же 1950 году по той же причине уволили ещё несколько ведущих лётчиков-испытателей. Борьба с космополитизмом прошлась по авиационной отрасли отдельной волной — именно тогда, когда СССР начинал реактивную авиацию и каждый опытный пилот был на счету.
В 1960 году Королёв пригласил его готовить первых космонавтов. Галлай смеялся: «Как же я буду учить летать в космос, если сам ни разу там не был?» Принял приглашение. И именно его команда «Поехали» ушла в историю.
В высотке на Котельнической набережной жили другие люди — артисты, писатели. Та же эпоха, другие судьбы
Кто ещё жил здесь
Михаил Громов, лётчик, который в 1937 году установил мировой рекорд дальности беспосадочного перелёта: Москва — Сан-Джасинто, Калифорния, 10 148 километров. Через Северный полюс.
Константин Коккинаки — лётчик-испытатель, брат знаменитого Владимира Коккинаки, испытывал самолёты семейства МиГ в 1940-е и 1950-е.
Василий Мишин — соратник Сергея Королёва, после смерти которого в 1966 году именно Мишин возглавил советскую лунную программу. Американцы высадились на Луну раньше. Мишин был снят с должности.
Хирург Александр Бакулев — один из основоположников советской кардиохирургии, первым в СССР провёл операцию на открытом сердце. Шахматист Василий Смыслов — чемпион мира 1957-1958 годов. Джазмен Олег Лундстрем — руководитель оркестра, который играл ещё в харбинских кабаре в 1930-е.
Актриса Элина Быстрицкая — «Аксинья» из «Тихого Дона». Актёр Евгений Весник. Актёр Пётр Алейников — звезда 1940-х, который в конце жизни спился и был выселен из высотки в коммуналку.
Кстати, история Алейникова — отдельная тема. Звезда советского кино 1940-х, любимец публики, человек с квартирой в главной высотке страны. Умер в 1965 году практически в нищете, выселенный в коммуналку. Говорят, незадолго до смерти просил у знакомых в долг на еду. Высотка это видела тоже.
Список можно продолжать. Это был срез советской элиты — не по деньгам, а по значимости для государства. Атомщики рядом с хирургами, лётчики рядом с шахматистами.
Что с домом сейчас
Подъезды закрыты, консьержи на местах. Часть квартир продаётся и сдаётся на вторичном рынке. Кинотеатр «Пламя» давно не работает — на его месте боулинг и ресторан. Гараж в подвале затапливало канализацией ещё в 2003 году.
Внутрь вас не пустят — это жилой дом, не музей. Но обойти его по периметру стоит. От Садового до Баррикадной, потом через двор. Двадцать пять минут пешком. По дороге видно, как устроен дом снаружи: закрытые дворы, отдельные служебные входы, разница между парадной и хозяйственной частью.
Дом стоит на Кудринской площади. Раньше она называлась площадью Восстания. Метро «Баррикадная» или «Краснопресненская», пять минут пешком.
Как вам такая деталь: человек потерял глаз на испытаниях, вернулся в строй через семь месяцев и разогнался до скорости звука. Это героизм или что-то другое?
Гостиница «Москва» строилась в те же годы — тоже символ эпохи, тоже история про людей и власть. Её снесли, хотя обещали сохранить.