Обитые бронзой двери отсекли гул султанского дворца. Ароматно-пряный запах мускуса, щедро смешанный с удушливой гвоздикой, заставил Мелек Ахмед-пашу поморщиться. Буквально всё в этой комнате кричало о богатстве и давило монументальностью. Но душа желала покоя... Пожилому мужчине предстояло исполнить супружеский долг. Мелек поднял глаза.
В полумраке покоев на софе восседала его новая жена — Фатьма... В огне локонов, укрытых полупрозрачной вуалью, блестели драгоценные камни, но в осанке не было ни девичьей робости, ни пылкого трепета. Мелек вытер холодную испарину и сделал несколько шагов вперёд. Вероятно, в этот миг он вспоминал о своей супруге Кае, и сердце его сжималось от тоски и унижения.
Госпожа господина
Чтобы понять всю абсурдность ситуации, по лекалу современности эту сцену не стоит мерить. Фатьма родилась в 1606 году, с самого младенчества впитав в себя понимание своей исключительности. Кровь османов законно делала её выше любой наложницы. По сути, все женщины Османской империи балансировали между пьедесталом и социальным дном. Но не султанши. Одной из главных особенностей их жизни была абсолютная моногамия.
Власть султанши над супругом была безграничной. Благоверного, посмевшего завести интрижку на стороне, ждала неминуемая расплата за оскорбление всей династии. Если муж оказывался никудышным, развод был делом времени. Сказки о запертых и вечно-угнетённых османских женщинах разбиваются о реалии жизни султанских дочерей.
Пешка в игре
Однако за безграничную власть кто-то должен был платить. Браки султанш были грандиозным событием своего времени. В чём подвох? А подвох заключался в практической стороне вопроса. Все расходы на содержание ложились на плечи новоиспечённого мужа. Огромный штат слуг, дорогие ткани, бесконечные пиршества — жизнь на широкую ногу требовала колоссальных вливаний бюджета. По сути, выдавая дочь за влиятельного визиря, султан изымал у него излишки богатств. Хитрый налог!
Сильные мира сего, получавшие в жёны принцесс, часто оставались у разбитого корыта. Не имея возможности скопить состояние, они становились кормильцами султанских амбиций. Отказаться от «чести» было нельзя! Благословение старших было равнозначно подписанию приказа. И Фатьма знала эти правила лучше других. Она, как и её сёстры, с младых ногтей стала пешкой в большой игре своей властной матери Кёсем.
Сжигая мосты
Впервые Фатьма вышла замуж в 1624 году — супругом стал Кара Мустафа-паша. Но в судьбу вмешался её шестнадцатилетний брат — султан Мурад IV. Юный правитель, почувствовавший вкус власти, избавился от зятя в 1628 году. Слёзы Фатьмы его не тронули. Девушка овдовела, толком не познав счастья. В 1629 году её отдали за Чаталджалы Хасана-пашу. И в этот раз брак продлился недолго — в 1631 году Фатьма потребовала развода. Третьим избранником стал адмирал Джанпуладзаде Мустафа-паша. Три года относительно спокойной жизни закончились очередной экзекуцией.
Чуть позже бразды правления взял в руки другой её брат — Ибрагим. Выйдя из коридоров кафеса, он решил, что сёстры слишком хорошо устроились! А посему урезал им жалование до 400 акче. В то время как его фаворитки получали более тысячи. Сёстры, привыкшие к почитанию, были вынуждены прислуживать наложницам брата, подавая им кувшины с водой. Фатьма же продолжала оставаться удобной пешкой. Той, которую в нужный час можно было снова положить на алтарь чужих амбиций.
Союз двух несчастий
В 1651 году в ходе дворцового переворота Фатьма потеряла Кёсем-султан — родную мать и верную защитницу. Тут-то и появился Мелек Ахмед-паша — несчастный вдовец из начала повествования. Долгие 15 лет он был вместе с красавицей Каей-султан. Племянницей Фатьмы! Два влюблённых сердца бились в унисон... но судьба оказалась злодейкой. Кая ушла в мир иной во время родов. Мелек-паша искренне оплакивал любимую и не торопился вновь связывать себя узами брака. Но кого волнуют чужие слёзы?
Для горделивого вдовца навязанный союз был сродни приговору. К тому же, Фатьма славилась буйным нравом и... пышными боками. Доведённый до отчаяния Мелек поинтересовался у визиря, за какие грехи ему выпало такое наказание. Кёпрюлю, смеясь, ответил, что подарил паше большого слона, которого нужно кормить. Цитата из «Книги путешествий» Эвлии Челеби.
Кошелёк или развод!
И вот, с горьким осознанием Мелек переступил порог покоев. Фатьма знала истинную суть их союза, поэтому не стала опускать очи долу и изображать из себя трепетную лань. Нет. Она была сильной женщиной, прошедшей через тяготы нищеты и унижений. Поэтому едва закрылась дверь, Фатьма ледяным тоном огласила мужу список требований. Необходимая на содержание двора сумма звучала как приговор. Мелек Ахмед, чья личная казна и без того изрядно оскудела, возмутился. Не привык паша к такому отношению!
Фатьма лишь добавила: если условия не устраивают, она согласна на развод. Мелек прекрасно знал османские законы. При разводе по инициативе или вине мужа он был обязан выплатить султанше колоссальный калым. Сумма равнялась годовому налогу, который Османская империя собирала со всего Египта! Потерять такие деньги означало обречь себя и несколько поколений потомков на нищету. Скрипнув зубами, вдовец согласился.
Союз продлился всего полгода. Видимо, организм Мелека не выдержал стресса... Но если кому-то кажется, что перед нами печальная повесть о несчастном паше, то он ошибется. Это история женского триумфа.
Последнее слово
Едва Мелек испустил дух, визирь Кёпрюлю, словно стервятник, попытался наложить руку на его состояние. Но он глубоко недооценил Фатьму. С яростью истинной османки она выступила против визиря в суде — и одержала блистательную победу! Навязанный, унизительный брак она виртуозно превратила в сделку всей своей жизни и забрала имущество покойного супруга себе. Думаете, после этого султанша укрылась в тиши покоев, перебирая чётки? Как бы не так!
Перешагнув порог шестидесятилетия, неутомимая Фатьма пошла под венец в шестой раз. В очередной раз овдовев, она сочеталась браком в седьмой раз — с Кёзбекчи Юсуфом-пашой. И теперь это был не приказ, а личное желание. Женщина, которую с детства переставляли как пешку в шахматах, в итоге стала гроссмейстером. Фатьма-султан завершила свой земной путь сказочно богатой, абсолютно свободной и никем не побеждённой.