Обращаясь к германским землям, Клаузевиц подчёркивал, что здесь условия были принципиально иными

24 апреля24 апр

1 мин

Раздробленность на множество мелких государств, слабость имперских структур и более благоразумное управление, особенно в Пруссии, где большинство правителей отличались бережливостью, — всё это существенно смягчало социальное напряжение. Внутреннего импульса к революции в Германии попросту не существовало. Однако французский пример, разумеется, не мог не оказать влияния на умы. Простые люди желали реформ - улучшения положения крестьян, свободы торговли, но отнюдь не революционного переворота. Совсем иначе обстояло дело с учёными и философами. Увлечённые античными образцами и универсалистскими концепциями Просвещения, они восприняли революционные идеи как наступление долгожданного «золотого века». К несчастью, как замечал теоретик, революция совпала по времени с двумя непопулярными режимами в Германии: реформаторской, но хаотичной политикой Иосифа II и расточительством Фридриха Вильгельма II в Пруссии. Это совпадение усилило симпатии к революционным идеям в интеллектуальной среде, хотя

Обращаясь к германским землям, Клаузевиц подчёркивал, что здесь условия были принципиально иными. Раздробленность на множество мелких государств, слабость имперских структур и более благоразумное управление, особенно в Пруссии, где большинство правителей отличались бережливостью, — всё это существенно смягчало социальное напряжение. Внутреннего импульса к революции в Германии попросту не существовало.

Однако французский пример, разумеется, не мог не оказать влияния на умы. Простые люди желали реформ - улучшения положения крестьян, свободы торговли, но отнюдь не революционного переворота. Совсем иначе обстояло дело с учёными и философами. Увлечённые античными образцами и универсалистскими концепциями Просвещения, они восприняли революционные идеи как наступление долгожданного «золотого века». К несчастью, как замечал теоретик, революция совпала по времени с двумя непопулярными режимами в Германии: реформаторской, но хаотичной политикой Иосифа II и расточительством Фридриха Вильгельма II в Пруссии. Это совпадение усилило симпатии к революционным идеям в интеллектуальной среде, хотя массовой поддержки они не получили.

Террор 1792–1794 годов быстро охладил этот пыл. А позже, при Наполеоне, внимание общества полностью переключилось на внешнюю угрозу. Освободительные войны 1813–1815 годов породили мощное национальное чувство (само по себе очень важно использование этой категории), но оно было направлено против французского господства, а не против собственных правительств. К тому же многие из целей, которые французы достигли через революцию (отмена крепостного права, равенство перед законом), в Германии к тому времени уже осуществили мирным путём - в ходе реформ.