Первые шаги кинематографа изобилуют историями, которые изрядно подтачивают веру в справедливость. Многие изобретатели заслужили славу создателей нового искусства, которая досталась братьям Люмьер и отчасти Томасу Эдисону. Талантливые люди не смогли вовремя получить патент. Но судьба этого человека особенно печальна. Он снял три полноценных фильма ещё в 1888 году – раньше остальных. Но его имя вошло в энциклопедии киноискусства лишь в виде сносок и примечаний. Зато оно входит в другие перечни – в списки самых необъяснимых и загадочных происшествий. Имя этого человека – Луи Лепренс.
Луи Лепренс: создатель кинокамеры
Лепренс родился во Франции и ещё в юности познакомился с Луи Дагером – человеком, имя которого носит дагерротип, предтеча современной фотографии. Благодаря этой дружбе Луи увлёкся съёмками. Хотя учился он живописи – в Париже и химии – в Лейпциге. Потом Лепренс переехал в Англию – студенческий друг предложил ему работу на отцовской фирме. В Англии Лепренс нашёл не только работу, но и жену: девушка оказалась сестрой того самого друга.
Уже вместе с супругой Лепренс открыл Техническую школу искусств и стал искать способы нанести фотографическое изображение на металл и керамику.
Изобретения пришлось отложить – тесть попросил Лепренса представлять его интересы в Америке. Именно там Луи узнал об открытиях Майбриджа, который снял галоп лошади с помощью хронофотографии. И стал собирать собственный аппарат.
Аппарат получился внушительным: целых 16 объективов! Они могли последовательно делать снимки, фиксируя движение на двух рулонах фотобумаги.
Как человек, поднаторевший в бизнесе, Лепренс немедленно запатентовал своё изобретение в США, Англии и Франции. Тогда его изобретением заинтересовался Томас Эдисон. Но на все его заманчивые предложения Лепренс ответил отказом – он был уверен, что сумеет сам доработать своё изобретение. Чтоб оказаться подальше от суеты (и от назойливого Эдисона), Луи взял отпуск и вместе с семьёй вернулся в Англию, в Лидс, поближе к тестям.
Луи Лепренс: первый кинорежиссёр и оператор
Лепренс был по-настоящему талантливым человеком. Фотографы всего мира в это время бились над проблемой: как превратить хронофотографию – серию последовательных снимков – в движущееся изображение. До изобретения кинокамеры оставался один шаг. И этот шаг первым сделал Луи Лепренс.
1888 год. До премьеры братьев Люмьер ещё 7 лет. Томас Эдисон подсчитывает прибыль от продажи фонографов и задумывается о том, чтобы продавать не только звук, но и свет. В России Иосиф Тимченко задумался над механизмом, который смог бы быстро перематывать плёнку.
А Луи Лепренс меньше чем за год усовершенствовал свой хронофотографический аппарат. Вместо 16 объективов – один, и всего один рулон плёнки. Это был настоящий технический прорыв. Сооружение получилось довольно громоздким.
Но оно работало! Лепренс изготовил два аппарата – и оба они с успехом прошли испытания.
В октябре 1888 года Луи Лепренс вынес свой аппарат в сад, разбитый у дома тестя в городе Лидс в Западном Йоркшире. Сад примыкал к городскому парку Раундхей. Под этим именем он и вошёл в историю – как сад Раундхей.
В саду прогуливались тесть и тёща Лепренса: мистер и миссис Уитли, тёщина подруга и сын изобретателя. На них Луи навёл свою камеру и включил её.
Так появился первый фильм: «Сцена в саду Раундхей». Длился он всего полторы секунды – но это были секунды беспрерывного движения!
Вторую камеру изобретатель установил у окна, выходящего на городскую дорогу – и следующий фильм продлился уже почти три секунды: «Движение транспорта по мосту Лидс».
Луи немедленно запатентовал своё изобретение в Англии. Затем отправился во Францию, чтоб получить патент европейского образца. А после планировал поехать в США. За американским патентом.
Перед долгой деловой поездкой Лепренс навестил брата во французском Дижоне. Пара дней отдыха – а потом на поезде в Париж получить документы для подачи в американское патентное бюро, потом по Сене спуститься до Гавра, а уже там сесть на пароход, пересекающий Атлантику. Его ждала слава отца кинематографа – и все причитающиеся деньги.
Луи Лепренс: необъяснимая детективная загадка
16 сентября 1890 года Лепренс на железнодорожном вокзале Дижона прощально помахал рукой провожающему брату. Через несколько часов поезд прибыл в Париж. Но Луи Лепренса в нём не оказалось. Друзья и деловые партнёры, ожидающие изобретателя на вокзале, обнаружили купе пустым. Ни самого Лепренса, ни его вещей там не оказалось.
К сожалению, в поезде Дижон-Париж не ехал ни Эркюль Пуаро, ни Шерлок Холмс. Некому было провести расследование по горячим следам. Однако за сто с лишним лет кое-какие версии появились.
Прежде всего надо понимать, что пассажирские вагоны 1890 года отличались от современных. Выглядели они приблизительно так:
Лепренс как человек состоятельный выкупил целое купе, чтоб спокойно поработать с документами. Каждое купе в вагоне имело собственный выход к перрону. А значит, на любой промежуточной станции кто угодно мог войти в любое купе. При желании – даже остаться незамеченным.
Конечно, и сам пассажир мог открыть дверь, неосторожно высунуться – и случайно выпасть во время движения. Именно на эту версию и напирало следствие.
Семья и друзья Лепренса, однако, в случайность не поверили. Они разумно руководствовались главным принципом расследования: Ищи, кому выгодно.
Исчезновение Луи Лепренса было выгодно только одному человеку: Томасу Эдисону. Вдова изобретателя и его сын решили продолжить его дело и получить всё-таки американский патент на кинокамеру. Однако столкнулись с бюрократической волокитой. Которая длилась до тех пор, пока патент на подобный аппарат не получила компания Эдисона. Лепренсы подали в суд – и тяжбы в американском суде тянулись несколько лет. Сын Луи постоянно ездил в Нью-Йорк на заседания из Англии.
В конце концов независимые эксперты (среди которых был обманутый Эдисоном Уильям Диксон) признали, что аппарат Лепренса – первичное оригинальное изобретение. Лепренс-младший уже торжествовал и готовился вернуться из Америки в Лидс, к парку Раундхей и автомобильному мосту. Гордился, что сумел вернуть отцу заслуженную славу.
Но в августе 1901 года сын Луи Лепренса был обнаружен в окрестностях Нью-Йорка. Официальная версия – неосторожность на охоте.
Для Томаса Эдисона обстоятельства сложились удивительно удачно.
Но справедливость отчасти восторжествовала. Звание отца кинематографа у оборотистого американца французы всё-таки отобрали.