Три недели в постели после операции. Без движения. Первый стул — на 10-й день. Так лечили. И считали это правильным.
1909 год. Киев. Доктор В. В. Виттенбург выходит на съезд с докладом, который звучит как вызов: после больших гинекологических операций больных надо поднимать раньше. Гораздо раньше. На 6–8-й день — уже ходить. Большинство коллег смотрят с недоверием.
Его материал — 159 лапаротомированных пациенток. Ни одного тромбоза. Ни одной эмболии. 69% выписаны между 11-м и 15-м днём. Все — с крепким рубцом, оправившиеся.
▪️ Каким был «правильный» режим до этого
Со времён Spencer Wells и Olshausen — абсолютный покой 2–3 недели. Первое вставание — не раньше. Кишечник искусственно подавляли опиумом: первый стул приходил на 9–10-й день и сопровождался, по словам самого Spencer Wells, «громадными затруднениями» и коликами, длившимися сутками. Первая еда — жидкая, иногда только на 4-й день.
Olshausen писал прямо: «Полный телесный и душевный покой и покой кишечного канала — единственные цели, к которым мы должны стремиться».
Больные, оправившись после операции, заново учились ходить — как после тяжёлой болезни. Потому что с ними это и было.
▪️ Кто решился первым
Американский хирург Robert Morris — 1802 год. Предложил сократить постельный режим. Встретили несочувственно.
Ries из Чикагского университета — 1899 год. Выступил публично в защиту раннего вставания. Тоже несочувственно.
Нью-йоркский гинеколог Boldt — первым собрал научно обоснованную серию более 400 наблюдений. Разработал специальную повязку из липкого пластыря как «искусственную брюшную стенку». Разрешал садиться уже через 24–48 часов. Выписывал на 8–10-й день.
«Единственная опасность амбулаторного метода — энтузиазм его приверженцев. Если было негуманным держать больных неподвижно неделями, то не большее ли варварство видеть их на ногах через 6–7 часов после операции?»
— Bovis, 1908
▪️ Что делал Виттенбург
Не форсировал. Ждал 6–7-го дня. Не применял опиум — давал лёгкие слабительные уже со 2-го дня. Не накладывал бандаж Boldt'a — достаточно обычной коллодийной повязки. Не настаивал — только «вполне добровольное согласие больных».
«Ни одна из 159 больных не выразила желания встать в первые дни после операции; многие не хотели даже поворачиваться на бок»
И это — понятно. Наркоз, травма, кровопотеря, газовый период. Виттенбург учитывал всё это. Не торопил. Но и не держал три недели.
▪️ 1909 → сегодня
Тогда: постельный режим 3 недели, стул на 10-й день, выписка через 3 недели
Сейчас: протокол ERAS — вставать в день операции или на следующий
Тогда: опиум для подавления перистальтики
Сейчас: современная анестезия и ранняя нутритивная поддержка
Тогда: тромбоз и эмболия как неизбежный риск движения
Сейчас: доказано обратное: именно ранняя активизация снижает риск тромбоза
Ранняя активизация сегодня сокращает госпитализацию на 34% и снижает частоту осложнений. То, за что в 1909 году на съезде спорили — сейчас стандарт первого послеоперационного дня.
Виттенбург завершал доклад осторожно: «Раннее движение заслуживает всякого внимания и дальнейшей научной разработки».
115 лет спустя — разработали. Оказался прав.
Д-р В. В. Виттенбург. «К вопросу об изменении режима у больных после больших гинекологических операций» // Труды III Съезда Общества Российских акушеров и гинекологов, 1909. Гинекологическое отделение Киевской Городской Цесаревича Александра больницы.
Полная статья на сайте: