На лекарей лагеря обрушилось внезапно много странной работы, когда к ним привели толпу практикантов, без видимых травм и симптомов, ничего толком не смогли объяснить, но велели обследовать их всеми возможными способами по несколько раз. Целители пытались вылечить непонятно что, найти неизвестно что, но на деле, казалось, просто мучили и себя, и вполне здоровых людей. Беспощадная подстраховка. В итоге все же было решено отпустить бедных “подопытных”, но с условием, что раз в день им следовало возвращаться в лазарет для контроля изменений. Многим для этих целей даже выдали совершенно новый артефакт. Как говорят, прототип его был найден в глубинах Тени. Это тонкий, компактный светящийся свиток с меняющимися изображениями, который мог, почти как живой помощник, вести записи и даже анализировать состояние своего хозяина. У артефакта был явно огромный потенциал, но непонятно, почему его название как-то связано с яблоком.
Понурые Закаэл и Маркус вышли из шатра целителей, уходя подальше от дороги – путь в лазарет сейчас был очень популярен. Если Закаэла и волновало состояние здоровья, то скорее ушиб от падения, который отдавался глухой болью и мешал нормально передвигаться. Ему, конечно, частично помогли, пообещав, что скоро пройдет, но сейчас было необходимо немного потерпеть. Маркус слегка придерживал друга, чтобы тому было легче идти, сам же всматривался в вереницу людей, входящих и выходящих из шатра.
– А где Лори? Я её давно не видел.
– Её поведением заинтересовался Алариус, захотел задать ей пару вопросов. Скорее всего, спросит, что произошло, ничего не добьется и отпустит восвояси. – Кряхтя, Зак уселся прямо на мостовую, чтобы было видно вход в лазарет.
– Ты же с ним уже говорил, да? Есть что-то важное?
– Началось разбирательство, ищут знакомых, поднимают архивы. К нам отправили Закатную Стражу, решают, что делать с практикой. Вроде бы, её и сворачивать надо, но не хотят. Как я понял, руководство стремится договориться со стражниками, чтобы усилили безопасность, и продолжить работы.
– В каком-то смысле, ничего страшного не произошло, – Маркус пожал плечами.
– Хуже, произошло нечто странное, – парень сморщился, потирая бок, – а значит, нерегламентированное. Вот теперь Академии и придется найти баланс между реальностью, политикой и бюрократией. К тому же, тот факт, что он был учеником может – он акцентировал внимание на этом слове – скомпрометировать Академию.
– Именно может? – переспросил собеседник.
– Да, но точно не будет, это просто одна из сложностей. Чутье мне подсказывает, что суть этой истории глубже и не очевиднее, чем кажется с нашей стороны.
– А чутье у тебя что надо: столько талдычил, что этот поганец что-то затевает, и вон как случилось.
– Нет, он это не планировал, здесь я как раз ошибся, – упрямо покачал головой Закаэл.
– Чего?! – Маркус постарался сохранить невозмутимый вид, но в его словах слышалась злость. – Ты всю неделю на него нагнетал, а теперь решил защищать?! Головой ударился?
– Я пока никого не защищаю, я… послушай, – Зак огляделся в поисках возможных случайных слушателей, – Иезекиль догадался, что случится, когда Алариус применит заклинание, он хотел этого избежать, а я ему помешал. Но больше всего меня смущает в той ситуации, что он, зная вероятные последствия, не применил никакую силу или заклинание, чтобы вырваться или прервать учителя, а понести наказание за маленькую потасовку было бы куда лучше. – Парень экспрессивно махал руками, позабыв про боль, увлеченно объясняя свою теорию. – То есть он не допускал даже малейшего причинения вреда мне. Да и когда превратился, мне кажется, не хотел всего этого. Я пока не знаю, что произошло, но ответ на случившееся точно сложнее.
– Что точно для меня сложнее, так это все эти рассуждения, они все не для меня. Как и жалость к тенебрусам. А вы с Лори мне надоели, – экзорцист упрямо пыхтел, борясь внутри с собственными принципами. – Я вам доверяю и пока сделаю вид, что вы знаете, что делаете. Но если это хоть чуть-чуть начнет заходить слишком далеко, то размышлять уже особо не буду.
– Договорились, – серьезно согласился Закаэл. – К слову о Лори, меня очень интересует её реакция на произошедшее, а её подозрительно долго нет.
– Вряд ли же ее арестовали за излишнюю слезливость?
Вопрос повис в воздухе, и они продолжили всматриваться в проходящих людей, пока, наконец, спустя довольно долгое время, не увидели знакомое лицо. Дав понять, что заметила друзей, Лориана, явно следуя строгому наказу, скрылась внутри лазарета и вернулась спустя еще некоторое время.
– Ну что, не сильно тебя обижали там? – тепло отозвался Маркус, приобнимая подругу.
– Просто волновались и подстраховывались, ничего серьезного, – устало ответила девушка. – А вы как?
– Мне хоть бы что, – типично самодовольно и гордо заявил здоровяк, – Зак вон теории заговора строит.
– Мы действительно должны это обсуждать? – странно нервно поинтересовалась Лори, возможно, из-за пережитого стресса.
– Нет, – растерялся Закаэл, – я просто подумал, что ты сама захочешь что-то сказать. Мне показалось, что ты знаешь чего-то, чего не знаем мы.
– Я просто не хотела конфликта… Наверное, глупо же делать поспешные выводы и рубить с плеча, – девушка опустила глаза, но тут же постаралась придать себе непринужденный вид. – Это, вон, удел таких тугодумов, как Маркус.
– Верно… – Закаэл несколько секунд пронзительно смотрел на подругу, после чего излишне заботливо и резко взял её за руку. – Я понимаю, ты устала. Сходи отдохни, вернемся к этому разговору позже. Если захочешь, можем вообще не возвращаться.
– Спасибо, – признательно кивнула она и осторожно отошла назад, рассеянно развернувшись и направившись в сторону жилых шатров.
Её друзья молча наблюдали за уходящим силуэтом девушки, после чего Маркус покосился на Зака и весело усмехнулся.
– Узнаю этот взгляд. Давай, выкладывай свои безумные догадки.
– Она пришла не со стороны палатки Алариуса, – маг поднял перед собой руку, вглядываясь в ладонь. – А еще, у нее на руках остатки звездного снега.