– Валерий Петрович, вам плохо?! – кинулась Геля, заметив, как он пошатнулся и привалился к стене.
– Да что-то в глазах потемнело. – выговорил тот, – Сейчас пройдёт, мне бы только посидеть чуток. Передохну и пойду потом. – Да не переживай ты так, это просто магнитная буря.
– Буря, не буря, это пусть доктора разбираются. А вам не посидеть, в прилечь надо. Пойдёмте-ка на диван потихоньку. А потом я скорую вызову.
– Нет-нет! – испугался мужчина, – Никаких скорых не надо. Всё у меня нормально. А это просто возраст. Мне ведь за семьдесят уже, вот и качает иногда, а потом проходит.
– Даже слушать не хочу! – решительно заявила Геля, – Пусть доктора осмотрят, чтобы не гадать про магнитную бурю или возраст. И вовсе это не возраст ещё, чтобы рукой на себя махнуть.
Она довела Валерия Петровича до дивана, уложила. Потом вызвала скорую помощь и по совету фельдшера, принявшего вызов, расстегнула ему ворот рубашки и принесла воды.
– Как вы себя чувствуете? – обеспокоенно спрашивала Геля, – Хуже не стало?
– Нет, уже лучше. Не волнуйся ты так, не помру! Во всяком случае, не в этот раз.
– Шутите, а ведь дело серьёзное! А если бы вам на улице плохо стало? У вас хоть есть лекарства с собой?
– Какие там лекарства! – махнул он рукой, – Не люблю я всего этого, и по врачам ходить не люблю. Соня меня раньше заставляла, а теперь нет её, моей голубушки, а я расклеился совсем. Вот и тебя напугал, ты уж прости старика.
– И вовсе вы не старик! – не согласилась Геля, – Просто мужчина средних лет, которому надо обратить внимание на своё здоровье, хотя бы ради вашей Сони, которая так хотела этого. А вот и звонят, это, наверное, к вам!
Приехавший врач осмотрел мужчину, сделал кардиограмму, потом подключил тонометр. В итоге сообщил, что ничего серьёзного нет, просто поднялось давление.
– Сейчас поставим укол и понаблюдаем за динамикой. В крайнем случае, госпитализируем.
– Нет, только не это! – опять испугался Валерий Петрович, – Я не сдамся! Геля, не отдавай меня им!
– Что вы так паникуете? – удивился врач, – Обычное дело, здоровье немного поправить в больничке.
– Я вас боюсь. Залечите совсем.
– Девушка, успокойте его, а то опять давление подскочит! – обратился доктор к Геле, – Вы ему кто?
– Я квартиру эту снимаю, а Валерий Петрович - хозяин квартиры. Пришёл за очередным платежом, и тут ему плохо стало. Валерий Петрович, всё хорошо, не переживайте. Я не дам вас в обиду!
– Ого, какая у вас защитница, – усмехнулся медик. Он снова измерил давление. – Ну вот, а вы боялись. Дело пошло на лад. Пусть он ещё часика два полежит, а потом можно вставать. И завтра вызовите врача.
– Вам правда лучше? – переспросила Геля после того, как проводила доктора, – Ещё посижу рядом на всякий случай, – добавила она в ответ на его заверения, – а вы постарайтесь уснуть. Я немного погодя схожу за дочкой в садик и вернусь.
***
– Дедушка, ты заболел? – наклонилась над ним Ариша, которая увидела, что тот открыл глаза, – Сейчас я буду тебя лечить, – она подтащила поближе игрушечный чемоданчик с красным крестом на крышке.
– Сначала померяем температуру, – она протянула градусник, – давай, ставь! А теперь открывай рот и покажи горло, а потом я тебя послушаю, – девочка достала из чемоданчика стетоскоп.
Валерий Петрович, улыбаясь, выполнял безропотно её команды и ждал окончания всех манипуляций, когда в комнату заглянула Геля, – Проснулись? Заканчиваем лечиться, пойдёмте, я вас накормлю!
Покончив с ужином, Ариша убежала в комнату играть, а Геля с Валерием Петровичем допивали чай и неспешно беседовали.
– Муж у меня был, – рассказывала девушка, – только он меня на другую сменял. Даже не извинился, когда я узнала про них, а потом вообще стыд потерял, привёл любовницу домой.
Тогда я собрала по-быстрому наши с Аришей вещи и ушла, а он и не пытался остановить, хотя знал, что мне некуда идти. И до дочери ему никакого дела не было, и сейчас нет.
У меня мама есть, но она далеко. Ещё она недавно вышла замуж, и теперь больше озабочена своей семьёй. Я её понимаю, конечно, каждому хочется счастья, только всё равно грустно как-то.
– А у вас родственники есть? – перевела Геля разговор на другую тему, – Надо сообщить, чтобы проследили за вашим лечением.
– Нет у меня никого, – ответил он, – и у Сони никого. Мы же детдомовские оба, там и познакомились, и сдружились, потом полюбили друг друга. После детдома получили оба квартиры, вскорости поженились.
А детей у нас не получилось, бесплодной она оказалась. Но мы жили душа в душу, полвека вместе, и ни разу не пожалел никто, что так судьба сложилась. Уж как Бог дал. Так Сонечка говорила, а я завсегда с ней согласен был.
Осиротел я, когда её не стало. Раньше на здоровье не жаловался особо, а теперь сдавать начал. Да и то, подумать только, один ведь я на всём белом свете, каково это – жить, зная такое.
Так что некому меня лечить, кроме вон Ариши твоей. До чего забавная девчушка! Сердцем словно оттаял я рядом с ней. Спасибо и тебе за заботу! И вылечили, и накормили меня здесь, а что ещё человеку надо?
Самая малость, казалось бы, доброе слово и участие, а как жизнь облегчают, и уже не так тоскливо становится. Спасибо, хозяюшка, пойду я! – поднялся Валерий Петрович, – Счастливо оставаться!
Продолжение здесь