Первым в моей первой собственной квартире стал Алексей Второй.
Мне вдруг ни с того ни с сего захотелось сделать что-то хорошее. Совершить благородный поступок, например, приютить бездомную кошечку. Первый кандидат на благое дело – уличный кот, питавшийся объедками возле художественной школы, в которой я занималась по выходным, отказался добровольно идти в руки. Я долго и безуспешно гонялась за ним с переноской, но у кота были свои планы на жизнь. Мой порыв он не оценил. Руки потом пришлось отмачивать в хлоргексидине и мазать йодом.
Вскоре после этого мне предложили приютить другого кота – рыжего подростка трудной судьбы. Его в младенчестве подобрали на помойке, подлечили, откормили, но тут случилась беда – у хозяйки обнаружилась аллергия. Так мне рассказали, и я, следуя порыву, вызвалась помочь. В тот момент я еще не знала, что аллергия самый удобный предлог, чтобы передарить проблемное животное. Не знала и того, что котенок до меня сменил три приемные семьи. Чуть позже вы поймете почему.
Когда-то давно мы с подругой обсуждали древнюю традицию первой впускать в дом кошку. Подруга выдвинула интересную версию:
— Кто первым в дом войдет, тот первым и умрет.
Прозвучало жутко, но убедительно. Умирать мне не хотелось, а кошкин век короче человеческого. Кошечку, конечно, жалко, но против природы не попрешь.
— Можно первым впустить в дом грузчика. Но согласись, не очень приятно, если к тебе придет умирать грузчик.
Как тут поспоришь?
Правда в итоге первым в новую квартиру вошел представитель застройщика. Надеюсь, мы с ним больше не встретимся.
Но вернемся к котенку. Я взяла его в уже обжитую квартиру со свежим ремонтом и назвала Алексеем. Наверное, нужно пояснить, почему именно Алексей, и почему Второй. Допустим, Алексеем зовут моего бывшего. И я решила тонко отомстить ему: назвать кота его именем и кастрировать.
На самом деле я не настолько злая, и у меня нет бывших с таким именем. Алексеем звали маминого кота. Он был сыном кота Максима, по-простому Макса. Алексей Максимович был лучшим котом из всех известных мне котов. Умный, добрый и красивый. Ласковый, но при этом совершенно ненавязчивый. В его честь я решила назвать приемыша, в надежде, что он унаследует его качества. Особенно ненавязчивость. Но я просчиталась.
У Алексея Второго был свой характер и свое понимание того, кто в доме хозяин. С первого дня он начал разносить квартиру. Я хотела покоя, тепла и ласки. Алексей хотел летать по квартире, отталкиваясь от стен, бить посуду и драть обои. А еще орать во всю глотку, кусать руки и ноги и посреди ночи с разбега прыгать мне на живот. Своим поведением он опровергал утверждение, что кошки спят большую часть дня. Казалось, он вовсе не нуждается в отдыхе: ни днем, ни ночью. Ему все время было скучно, он постоянно требовал внимания. Любые игрушки он с презрением отвергал. Мало было просто погладить его или подержать на коленях. Нет, ему хотелось играть в догонялки несколько часов кряду. И если я не выполняла его пожелание, наказанием была бессонная ночь. Как вы уже поняли, Алексей оказался порождением преисподней, адовой тварью в обличье кота. Коллеги, которым я жаловалась каждый день, посоветовали пригласить батюшку для отчитки.
В какой-то момент я поняла, что не хочу возвращаться домой. И что в этой жизни нужно что-то менять. Мне и в голову не приходило избавиться от кота, как это сделали предыдущие хозяева. Я не из тех, кто ищет легких путей. Вместо этого я решила завести ему подружку.
Подруга Алексею нашлась в собачьем приюте. Там держали собак крупных пород и несколько кошачьих семей. Мне не удалось подавить очередной благородный порыв, и я, после короткой прогулки по территории, решила взять пушистую черную кошечку с белым воротничком. Кошечку звали Мусей, но это имя показалось мне примитивным, и на правах нового владельца я переименовала ее в Бусинку. Она не возражала.
В квартире Бусинка освоилась быстро. На следующий после вселения день с упоением гоняла по полу игрушечных мышей и рыб, на которых зажравшийся Алексей Второй не обращал внимания. С Алексеем Бусинка не церемонилась: шипела, утробно рычала, всячески унижала и обесценивала. Могла и лапой дать. Она, как когда-то Алексей, посчитала мой дом своим собственным и теперь активно заявляла на него права. И на меня заодно. Ко мне кошечка проявляла безудержную любовь. И столь же безудержную ревность к присмиревшему Алексею.
В третью по счету ночь я проснулась от непривычного шума и узрела такую диспозицию. Бусинка лежит на прикроватном коврике и рычит на Алексея. Явно не подпускает к кровати. И столько в этом рычании было злобы, что кот не вытерпел и закричал. Он именно кричал. Не кошачьим, человеческим голосом. В этом крике прорывались и обида, и душевная мука, и боль отвержения (хоть я его и не отвергала, он сам надулся и показательно игнорировал меня, чего раньше никогда не было).
Мое сердце не выдержало драмы. Я, в общем-то, не любитель жизненных катаклизмов. Оставляю их для литературы, в качестве двигателя сюжета.
Позабыв прошлые обиды, я бросилась к коту, прижала к груди, гладила, орошая слезами и приговаривая: «Лёшенька, не плачь, я тебя очень сильно люблю! Никто не сможет вычеркнуть тебя из моего сердца». Но кот кричал, бился в моих руках и кусался. Потом вырвался и скрылся в кошачьем домике, откуда не вылезал до самого утра.
Спала я, понятное дело, плохо. Проверяла котов. Днем на работе страдала. Страдания, как и драмы, не люблю и тоже оставляю для литературы, но тут уж ничего не могла с собой поделать. В разговоре с коллегами не удержалась и пустила слезу.
Вечером к нам пришел грумер. Бусинка за время проживания в детдоме обросла колтунами. И вообще воняла. Мужскими носками недельной выдержки. А так как безграничную любовь ко мне она проявляла единственным способом – постоянно преследовала и тыкалась мне в лицо всеми своими колтунами, вонь собачьего приюта неизбежно пропитала и меня.
Грумер сотворил чудо: побрил и помыл. Сама бы я с этим делом не справилась. Любовь любовью, а характер у кошечки своенравный.
Тем же вечером ребята подружились. В доме воцарилась гармония. Алексей направил свою энергию на новую подругу, и я возрадовалась. Как оказалось, преждевременно.
Кошечка не простила надругательства мытьем и стрижкой. И следующим вечером я обнаружила на кровати пахучую лужу.
Что тут сказать, жизнь меня к такому не готовила.
Бусинку ругать и наказывать не стала. Списала на стресс, сменила белье.
Через пару дней акция протеста повторилась. Потом еще раз. И еще.
Спасало величайшее изобретение 21 века – наматрасник. До этого момента я считала незаслуженно обойденными нобелевской премией изобретателей тампонов. Девочки поймут. Теперь мой личный список нобелевских лауреатов пополнился изобретателями наматрасников. И стиральных машин, да.
С некоторых пор я во всем стараюсь видеть плюсы (пока, правда, получается не очень). Плюс той ситуации был такой: несмотря на обосновавшуюся в доме разруху, каждый день сплю на чистом.
Но минусы все же перевешивали плюсы. В какой-то момент поймала себя на мысли, что хочу отомстить гадине. Нассать ей в лежанку. Невероятным усилием воли сдержала себя.
Потом умные люди подсказали, что у кошки могут быть проблемы с почками. И мы поехали к ветеринару.
Разговор в кабинете кошачьего врача после истории о мытарствах Бусинки до того, как она попала в любящий дом.
– Ой какая хорошенькая у вас кошечка! На что жалуемся?
– Ссымся, доктор. Прямо на хозяйскую кровать.
– Такое бывает, – врач делает УЗИ, ассистент держит Бусинку и чешет ей за ухом. – Первое время. От стресса.
– Три недели прошло. Я люблю ее больше, чем себя, но все-равно ссымся.
– Такое бывает, – отвечает врач, поглаживая Бусинку. Бусинка смотрит на меня, и в желтых глазах читается: «я буду мстить». – Иногда кошки писают от радости.
Какой я сделала вывод? Вначале Бусинка ссалась от стресса, теперь ссытся от счастья. Но за унижения в ветклинике отомстит. Из плюсов: сплю на чистом.
После очередного фонтана то ли стресса, то ли счастья и очередной смены постельного белья я возопила к мирозданию: «Господи, за что?». Ответа, предсказуемо, не последовало. Ибо не за что.
Тогда я решила изменить запрос. Вышла в медитацию и в состоянии полного умиротворения обратилась к высшим силам: «Сил моих больше нет! Скажите, что делать? Дайте знак. Умоляю!». Спустя несколько секунд пришел образ здорового корыта из бирюзы (не спрашивайте). Я покрутила этот образ в мыслях и так и эдак, оделась и пошла в магазин за кошачьим горшком.
Купила самый здоровый. Бирюзового цвета.
Теперь в квартире три горшка на двух кошек.
Пока полет нормальный.
Автор: Олеся Стаховская
Вы на канале литературного агентства и школы Флобериум!
Уже 5 лет мы выпускаем на литературный рынок авторов, которых берут под крыло крупнейшие российские издательства.
Что вам может предложить Флобериум?
Если вы хотите издать свою книгу, то присылайте свою рукопись на литературную экспертизу в наше агентство, подробности: https://flauberium.ru/agency/