Катя едва держалась на ногах после смены, но мать, похоже, не собиралась считаться с её состоянием.
Лидия Сергеевна уже битый час топталась около дома, хотя прекрасно знала: раньше шести часов, дочь ждать бессмысленно.
Дом Кати встретил её привычным уютом и тихим сопением питомцев.
Кот Маркиз лениво потянулся на диване, а пёс Балу, завидев хозяйку, радостно завилял хвостом. Эти двое и правда были её семьёй - единственными существами, которые радовались её возвращению безо всяких условий.
- Мам, что‑то случилось? - устало спросила Катя, едва открыв дверь.
Лидия Сергеевна протиснулась внутрь, не дожидаясь приглашения. Её губы были сжаты, а взгляд - колючим.
- Случилось. Может, хоть в дом пустишь? - пробормотала она, стряхивая капли дождя с рукавов.
Разговор, как всегда, начался с претензий - Катя сразу почувствовала, как внутри всё напряглось. Она молча провела мать на кухню, машинально включила чайник, но та лишь отмахнулась:
- Мне не до чая.
Катя опустилась на стул, сложила руки на коленях и приготовилась слушать.
- Скажи‑ка мне, доча, - начала Лидия Сергеевна, упираясь руками в стол и наклоняясь вперёд, - как ты можешь быть такой чёрствой? Разве я тебя так воспитывала?
Катя нахмурилась. В последнее время они почти не общались, а значит, и поводов для ссор не было.
- О чём ты, мам?
- Какое число сегодня?
- Десятое.
- Вот именно! А ты до сих пор не перевела нам ни копейки. - В голосе матери зазвучали металлические нотки.
Катя сжала кулаки под столом. Она прекрасно знала: 10‑го и 25‑го числа, в дни зарплаты, мать неизменно напоминала о "долге" перед семьёй. В остальное время Катя была ей не особо интересна - разве что как источник финансовой поддержки.
Раньше она ещё пыталась помочь родителям: отец потерял работу, а зарплата матери‑вахтёрши едва покрывала базовые нужды. Но потом выяснилось, что львиная доля переводимых денег уходила на содержание младшей сестры Даши - той самой, что бросила университет, выскочила замуж, развелась и теперь сидела на шее у родителей.
- Мам, я уже говорила: больше никаких переводов, - твёрдо произнесла Катя. - Это не шутка.
- То есть ты отказываешься помогать семье? - Лидия Сергеевна выпрямилась, её лицо нахмурилось от негодования.
- Да, именно так.
В детстве Кате постоянно напоминали, что она старшая и должна быть примером. Пока Даша гуляла с подружками допоздна, Катя убирала, готовила и делала уроки за двоих.
А теперь младшая сестра, родив ребёнка и оставшись одна, ждала, что проблемы решатся сами собой - или, точнее, решатся за счёт сестры.
- Она же твоя сестра! - настаивала Лидия Сергеевна.
- И что с того? - Катя подняла взгляд. - Даша взрослая женщина. Руки, ноги на месте - пусть идёт работать. Если не берут на престижную должность, найдёт что‑то попроще, будет учиться заочно. Жизнь не заканчивается после развода.
- У неё депрессия! - вымолвила мать.
Катя едва сдержала усмешку. Депрессия, конечно, веский повод ничего не делать… уже который месяц подряд.
- А какой пример она подаёт своему ребёнку? - тихо спросила Катя. - Что можно просто опустить руки и ждать, пока кто‑то решит твои проблемы?
Мать замолчала на мгновение, а потом сменила тактику:
- Куда ты вообще тратишь свои деньги? У тебя ни семьи, ни детей - всё на себя! Не жирно ли?
От такой наглости у Кати перехватило дыхание.
- Я сама решаю, куда тратить свои деньги, - холодно ответила она. - И трачу их не только на себя.
- На кого же ещё? - прищурилась Лидия Сергеевна.
- На Маркиза и Балу. - Катя кивнула в сторону гостиной, где кот уже успел устроиться на подушке, а пёс терпеливо ждал, когда его погладят.
- Ты серьёзно? - Мать всплеснула руками. - Ты предпочитаешь тратить деньги на животных, когда семье не хватает?
- Они и есть моя семья, - чётко произнесла Катя. - Моя, понимаешь? А вы… вы сами по себе. Я долго помогала, но всему есть предел.
Лидия Сергеевна разразилась потоком упрёков, но Катя больше не слушала. Внутри неё словно что‑то щёлкнуло - та самая маленькая девочка, которую годами заставляли чувствовать вину, наконец расправила плечи. Она больше не позволит собой манипулировать.
"Молодец, - мысленно похвалила она себя. - Наконец‑то ты сказала то, что должна была сказать давно".
На душе Кати впервые за долгое время стало легче.
Она подошла к Балу, потрепала его за уши, а Маркиз, будто почувствовав её настроение, мурлыкнул и потерся о ногу. Да, это и правда была её семья - та, что любила её просто так, без условий и требований.
Делитесь своими историями на почту, имена поменяем.
Спасибо за прочтение, Всем добра!