«Я список кораблей прочел до середины:
Сей длинный выводок, сей поезд журавлиный…»
(с) Осип Мандельштам, «Бессонница. Гомер. Тугие паруса...»
Продолжаю читать эпопею В. Звягинцева «Одиссей покидает Итаку». Прочёл примерно до середины, то бишь до второго тома «Хлопка одной ладонью». И вот что заметил в процессе. В первых романах этого цикла поведение главных героев в целом похоже на бег зайца по ночному шоссе в лучах автомобильных фар. Они не по своей воле оказались на пути некоей внеземной могущественной силы и были вынуждены выживать в сложившихся обстоятельствах. Сперва они думали, что этих сил как минимум две (аггры и форзейли), но потом оказалось, что обе они лишь «эффекторы» неких Игроков, которые, подобно цивилизации Странников в книгах Стругацких, неуловимы и лично в повествовании не присутствуют.
Но по прошествии несколько лет (в разных временах) и нескольких книг описываемая Звягинцевым команда приключенцев наконец окончательно достала этих самых Игроков и те ушли, оставив местный «пучок реальностей» на поругание… пардон, на развлечение главным героям. В общей сложности, у них оказались следующие миры:
- 1920-е, возникшие в результате вмешательства героев в Гражданскую войну в России.
- 2005-й (2 штуки). Одна реальность — продолжение 1991-го года из «базового варианта» истории и вторая, альтернативная, мир победивших белых, но победивших иначе чем в первом мире, то есть без вмешательства команды приключенцев.
- 2056-й, который стал продолжением второго варианта 2005-го.
Плюс ещё другая планета, Валгалла, на которой располагалась база аггров. Причём один из этих миров (второй из «2005-х») оказался то ли нестабильным, то ли вообще «ловушкой сознания», из-за чего команде, вместо того, чтобы почивать на лаврах, пришлось снова активно вмешиваться в процессы, происходящие в этих мирах. По их собственному мнению, притом вполне оправданному, они по сути заняли место «держателей мира», если под миром понимать всю совокупность доступных им реальностей.
Таким образом, наша группа приключенцев сделала завидную карьеру — из, условно говоря, «зайцев», ослеплённых светом фар и бегущих просто чтобы выжить, в, опять же условно говоря, «водопроводчики». То есть неких технических работников, в чьём ведении находится «коммунальное хозяйство» (в данном случае состоящее из нескольких реальностей), которое они должны поддерживать в работоспособном состоянии и оперативно купировать всякие засоры и протечки. Не могу удержаться чтобы не процитировать по этому поводу один ранний рассказ Пелевина:
«Саша прислушался к их разговору и понял, что оба они из игры "Пайпс", или, по-русски, "Трубы". Саша ее видел, и даже ездил устанавливать ее на винчестер какому-то замминистра, но ему самому она не нравилась полным отсутствием романтики, поверхностным пафосом и особенно тем, что в левом углу был нарисован мерзкого вида водопроводчик, который начинал хохотать, когда какую-нибудь из труб на экране прорывало».
К счастью для читателей, персонажи Звягинцева всё-таки в основном не шастают по «галактической сети» (так в данном цикле романов именуется нечто вроде астрального пространства), иначе получилось бы какая-нибудь унылая поздняя головачёвщина, извините за выражение. Совсем напротив, они работают, так сказать, «в поле», то есть занимаются привычными и им, и читателям Звягинцева шпионско-уголовными и самую чуточку военными играми в разных реальностях, дабы удержать подвластное им скопление времён в каких-то осмысленных рамках.
Поскольку романы пишутся в основном от лица Шульгина и Новикова (а также иногда капитана Воронцова), читатель крайне мало узнает о технических особенностях всех этих межмировых структур. Вот если бы дневник вёл Левашов или Маштаков… но увы, эти технические специалисты в романах Звягинцева показаны в основном со стороны. Поэтому в книгах этого цикла во всех подробностях рассказано о том, что герои едят и пьют, во что одеты и какое оружие в их карманах. А вот о том, почему миры (например, два варианта 2005-го) соединились именно таким образом, читатель получит весьма отрывочные сведения. Впрочем, возможно, оно и к лучшему, ведь приключения у автора получались намного лучше, чем детализация устройства мира.