Азия столкнулась с беспрецедентным энергетическим кризисом, который Международное энергетическое агентство уже назвало крупнейшим в истории. Спустя два месяца после закрытия Ираном Ормузского пролива, отрезавшего пятую часть мировых морских поставок нефти, экономики региона вынуждены принимать экстренные меры выживания.
Сильнее всего парадокс текущей ситуации проявляется в Китае: крупнейший мировой импортер нефти неожиданно стал ее продавцом. Из-за войны в Иране и вызванных ею масштабных сбоев на рынке, китайские государственные нефтеперерабатывающие компании (НПЗ) резко снизили загрузку своих мощностей — на прошлой неделе этот показатель упал ниже 70%, достигнув минимума с июня 2022 года. Торговые подразделения гигантов Sinopec (Unipec) и Sinochem Group начали агрессивно распродавать свои контрактные объемы нигерийской, ангольской и ганской нефти переработчикам из Тайваня и Индонезии с поставкой в мае.
Одновременно Пекин продолжает жестко регулировать внутренний рынок: еще в марте был введен запрет на большинство экспортных поставок топлива. При этом независимые мини-НПЗ в провинции Шаньдун (так называемые «чайники») обязали поддерживать выпуск бензина и дизеля даже себе в убыток, иначе им грозит сокращение импортных квот. Ситуация для них критическая: дешевые запасы сырья заканчиваются, а на спотовом рынке нефть сорта ESPO, которая до кризиса торговалась со скидкой, теперь продается с внушительной премией. Аналитики прогнозируют, что загрузка этих предприятий может рухнуть до 50%.
В еще более сложном положении оказалась Индия, импортирующая более 85% потребляемой нефти. Блокада Ормузского пролива совпала с истечением американского разрешения на закупку российской нефти, что лишило Нью-Дели ключевой альтернативы именно в момент пикового дефицита. В результате апрельские цены на импортную нефть для Индии пробили отметку в 125 долларов за баррель — это максимум за последние два десятилетия.
Пытаясь смягчить удар, индийские власти задействовали чрезвычайные полномочия, увеличив внутреннее производство сжиженного углеводородного газа на 40%, однако это закрывает лишь около 60% потребностей страны. Ситуация усугубляется тающими стратегическими резервами: хотя в конце марта Миннефти Индии заявляло о наличии запасов сырой нефти на 60 дней, аналитики предупреждают, что с переходом кризиса в третий месяц это время стремительно сокращается.