Приехав из Карелии, я решила все же не ждать бесплатный препарат.
Один купила за свои деньги, точнее, мне его купила подруга, а я ей вернула в долг.
Другой препарат мне отдали бесплатно те, кому он больше не понадобился.
Я вступила в свое самое прекрасное лето.
Попала к своему любимому врачу на Литейный, в Кузьмолово можно было не ездить.
По контролям отпустили до сентября.
Если рака сейчас не видно, чего переживать?
Побочка ещё не накрыла, я и не знала, чего так все боятся Кселоды и Лапотиниба.
Волосы были при мне, мягкие, шелковистые, вились.
Ногти красные, розовые, длинные, ухоженные.
На ногах ногти были ужас-ужас ещё с 2020, но и в 2026 они так и не восстановились после доцетаксела.
Я гуляла, путешествовала и наслаждалась жизнью, как в последний раз, как будто ничего и не было, пока еще
не было.
Самым кошмаром обернулась кожная токсичность на лице.
Лицо было красное, как будто его ошпарили кипятком.
Подбородок, шея покрылись глубоким подкожными гнойниками.
Чем только я их не мазала, и гормонами, и кремами, ничего не помогало.
Только подсыхал один, рядом намечались три.
Даже когда они прошли, лицо осталось в рытвинах, с коричневыми пятнами.
По голове контроль был тоже осенью.
Я так расслабилась, что перестала думать о болезни.
Начала много писать, и отдалённо стала напоминать себя прежнюю.
Счастья хватило недели на две.
После прогулки белой ночью я обнаружила на ноге мокрый волдырь.
Такое бывало и раньше, я не придала этому значение.
Увы, рак, как и побочки от химии, накрывают молниеносно.
Месяц-и человека уже не узнать.
А я вступила в свой новый этап борьбы.
Начался он с ладоно-подошвенного синдрома.