И ведь Найденов, который отказался от вызова поддержки, заметьте, не на земле был, а находился в воздухе, руководя нашей восьмеркой, он сам в бою участвовал, но советские летчики настолько чувствовали своё превосходство над противником, что плевали на его двукратное численное превосходство. И это ведь не единственный такой случай, это на фронте было делом вполне обыденным. А при равенстве сил в воздухе ситуация для немцев становилась трагической. Вот Полынин описывает происшествие с самолётом разведчиком Ту-2, посланном для фотографирования Демянского плацдарма. Задание было очень важным в период подготовки нашего наступления, поэтому для сопровождения разведчика выделили эскадрилью капитана А.В.Кислякова. Сразу же после взлета была обнаружена восьмерка «мессеров», причем, само обнаружение немцев произошло вот так:
«Не успели самолеты набрать заданную высоту, как к аэродрому приблизилась восьмерка «мессершмиттов». Видимо, они не заметили советских истребителей, зато наши сверху их сразу же обнаружили.
— Сзади «мессеры»! — послышался голос старшего лейтенанта В. Безродного».
Т.е., немцы прозевали противника, находившегося впереди и выше их, в области самого лучшего обзора из кабины Ме-109. И такие случаи тоже не были единичными, объясняются они элементарно просто- обзор из кабины Ме-109 назад был настолько плохим, что немецкие летчики уделяли особое внимание именно задней полусфере, они боялись пропустить оттуда атаку наших самолетов. Но если у тебя всё внимание на то, что делается за твоей спиной, то ты сильно рискуешь пропустить удар в лицо. Так и произошло в описанном Полыниным случае. Конечно, если бы немцы заметили нашу эскадрилью, то они элементарно удрали бы. Но даже не вся эскадрилья вылетела на сопровождение Ту-2, на момент этого боя состав эскадрильи ВВС РККА был 10 самолетов. Вылетело всего пять истребителей - Кисляков, Пасько, Лоренц, Безродный и Мухин. Итог – 4 сбитых немца, наших потерь нет. Остальные – удрали. Еще из четырех сбитых немцев трое совершили вынужденную посадку на нашей территории и были взяты в плен.
А появление ФВ-190 на фронте его воздушной армии Полынин описывает вот так: «В разгар подготовки к схватке нам стало известно, что у противника появились новейшие истребители «Фокке-Вульф-190». Фашистская пропаганда уже давно их широко разрекламировала; они, мол, так бронированы, что неуязвимы, обладают высокой скоростью и маневренностью. Когда при встрече с ними несколько наших экипажей погибли, у отдельных летчиков появилась даже боязнь вступать с «фоккерами» в схватку.
Надо было разбить миф о неуязвимости ФВ-190. Анализируя причины наших неудач, мы знали, что дело тут не столько в самолетах, сколько в летчиках. На этих машинах летали отборные асы. В схватках с нашими малоопытными истребителями они и выходили иногда победителями. Наши выводы подтвердила вскоре практика. Стоило «фоккерам» попасть «на зубок» обстрелянным советским асам, как их пышная реклама сразу же блекла».
Потом тому же капитану Кислякову довелось вступить в бой с парой ФВ-190. И Кисляков находился в воздухе в составе четверки Як-1. Их заметила пара ФВ-190 и первой атаковала. Это очень важный момент, заметьте, что на «мессерах» немцы удирали от наших даже имея численное превосходство, а вот первые появления на фронте ФВ-190 – они бросались в атаку, в два раза уступая в численности противнику. Этого, наверно, не знает Солонин, утверждающий, что характеристики самолета – ерунда, главное – тактика.
Только сами немецкие летчики думали, что ТТХ «фоккера» теперь могут позволить драться с советскими истребителями не только на равных, но еще и иметь преимущество. Поэтому немцы в воздухе стали неожиданно смелыми.
Правда, капитану Кислякову своего первого «фоккера» даже расстрелять не пришлось, на втором круге виража он стал заходить ему в хвост, немец сорвался в штопор и упал в расположении наших войск. Комичность ситуации в том, что и второго «фоккера» наши не расстреляли: «В этом же бою старший лейтенант Мухин со своим напарником зажал в клещи другого «фоккера». Левым разворотом со снижением тот пытался уйти, но не успел вывести машину, задел крылом за дерево и погиб».
Вот так закончилась первая же попытка немецких асов на новых самолетов атаковать опытного противника - на них даже ни одного патрона не истратили. И потом был захвачен немецкий самолет и изучен нашими специалистами:
«А через некоторое время нам удалось посадить один из вражеских самолетов. Инженеры подремонтировали его, досконально изучили, подготовили памятку летчику и разослали ее в части. Покров таинственности с «фоккера» был снят.
По нашему звонку из Москвы прилетел летчик-инспектор штаба ВВС полковник Н. Г. Селезнев. Дня два ходил он вокруг «фоккера», изучая его. Потом сел в кабину и взлетел. Сделав над аэродромом несколько кругов, прекрасно приземлился.
— В управлении машина неплохая, — сказал инспектор. — А теперь посмотрим, как она ведет себя при выполнении фигур высшего пилотажа.
Снова Селезнев поднялся в воздух. В сторонке от аэродрома оп начал крутить самые разнообразные фигуры. Когда сел, летчики сразу обступили его.
— Ну, как? — слышался один и тот же вопрос.
— На виражах «фоккер» очень неуклюж, — ответил инспектор. — Радиус разворота у него слишком большой. Это самый серьезный его недостаток. Наш истребитель гораздо маневренней. Только покруче виражите, и вы непременно первыми выйдете ему в хвост. Передний обзор у «фоккера» тоже плохой. Бензобак у него находится внизу и небронирован. Это тоже нужно иметь в виду. Поджечь его можно за милую душу. Атаковать «фоккера» лучше всего под ракурсами от 15 до 30 градусов, сверху и снизу.
Беседы и практические уроки Селезнева очень помогли нашим летчикам. Но первое слово при вынесении вражеской авиационной новинке смертного приговора в нашей воздушной армии принадлежало капитану Кислякову».
Именно так генерал Полынин и написал – смертный приговор вражеской авиационной новинке.
Интересно, что дальше в своей книгой Федор Петрович продолжает: «К началу 1943 года 6-я воздушная армия начала заметно усиливаться. Из тыла приходили новые части, постепенно обновлялся и самолетный парк. Летчики, штурманы и воздушные стрелки, пройдя через тяжелые испытания 1941—42 годов, обрели солидный боевой опыт. Теперь они действовали уже смело, уверенно как при налетах на вражеские аэродромы, так и в воздушных боях. Их не смущало, что фашистская авиация пока еще имела численное превосходство».
Господин Исаев, вы утверждаете, что немецкая авиация численно в разы нашей уступала, но немцы это компенсировали за счет большего числа вылетов на один самолет, а генерал Полынин пишет о численном превосходстве фашистской авиации. Герой Советского Союза генерал-полковник Полынин – брехло, господин Исаев?
Благодарю за поддержку
Карточка Сбербанка 2202 2005 3594 6089.
карточка Т-Банка 5213 2439 6756 4582