— Галочка у нас — дама комнатная, декоративная. Знаете, как дорого обходится нынче содержание редких птиц? — Аркадий вальяжно откинулся на спинку стула, обводя присутствующих за столом гостей снисходительным взглядом.
Сегодня мы отмечали его назначение на должность начальника отдела. В нашей квартире собрались его новые коллеги и «нужные» люди. Аркадий, разгоряченный коньяком и внезапным успехом, вовсю примерял роль хозяина жизни.
— Ой, Аркаш, ну не прибедняйся! — хохотнул его заместитель, подмигивая мне. — Такая жена — украшение дома.
— Украшение, — Аркадий пренебрежительно скривил губы. — Только пользы от этого украшения — ноль. Сидит на моей шее, книжки почитывает, пока я в офисе зубами карьеру выгрызаю. Настоящая обуза, если честно. Но что поделать, я человек ответственный, привык нести свой крест.
За столом повисла неловкая тишина. Гости уткнулись в тарелки. Я медленно положила вилку и посмотрела на мужа. Он даже не смотрел в мою сторону, продолжая подливать коньяк высокому гостю из главка.
— Значит, обуза? — негромко переспросила я.
— А кто же еще? — Аркадий обернулся ко мне, и в его глазах я увидела неприкрытое раздражение. — Ты хоть понимаешь, Галя, какой уровень жизни я тебе обеспечиваю? Эти стены, этот стол… Ты же за всю жизнь ни одного серьезного решения не приняла. Живешь в тепле, в добре, на всем готовом. А я прихожу домой и даже поговорить с тобой не о чем — ты же в реальном мире не ориентируешься.
Он снова повернулся к коллегам, ища поддержки.
— Вот скажите, мужики, каково это — тащить на себе человека, который даже не знает, как деньги зарабатываются?
— Аркаша, — я улыбнулась, и эта улыбка заставила его запнуться. — Ты, кажется, забыл, кто писал твою «блестящую» стратегию развития отдела, за которую тебя сегодня так хвалили?
— Что? — Аркадий нахмурился. — При чем тут это? Я тебе давал наброски, ты просто… подредактировала стиль.
— Подредактировала? — я подняла бровь. — Ты принес мне стопку бессвязных жалоб на жизнь и устаревшие графики. Я три ночи пересчитывала логистику, выстраивала цепочки поставок и сводила дебет с кредитом, чтобы твой отчет не выглядел как сочинение пятиклассника.
— Галя, не мели чепухи при людях! — рявкнул он, начиная краснеть. — Это мои идеи!
— Твои идеи закончились на том, что «надо что-то менять», — я перевела взгляд на его начальника, Игоря Викторовича. — Кстати, Игорь Викторович, помните тот сложный кейс с поставщиками из Урала, который Аркадий «разрулил» за один вечер?
Начальник с любопытством подался вперед.
— Конечно. Очень тонкая была работа.
— Эту «тонкую работу» проделала я, — спокойно продолжила я. — Потому что один из владельцев того холдинга — мой бывший однокурсник, с которым мы до сих пор в прекрасных отношениях. Аркаша весь вечер рыдал у меня на плече, что его уволят, если он не договорится. Я просто сделала один звонок. И еще три подобных «звонка» за последний год.
— Ты… ты что несешь?! — Аркадий вскочил, опрокинув рюмку. Коньяк растекся по скатерти бурым пятном.
— Сядь, Аркадий, — ледяным тоном произнесла я. — Ты здесь за этим столом сидишь только потому, что я создаю тебе иллюзию дееспособности. Ты — мой личный социальный проект. Я причесала тебя, научила правильно говорить, завязывать галстуки и выдавать мои мысли за свои. Я — твой мозг, твоя записная книжка и твой единственный шанс не вылететь с работы в первый же месяц.
— Да кто ты такая без меня! — выкрикнул он, теряя остатки самообладания. — Приживалка!
— Я — та, кто сегодня вечером отправит Игорю Викторовичу на почту оригинал твоего отчета. Тот самый, «до моей редактуры». Чтобы он мог оценить реальный масштаб твоего таланта. А еще я сообщу своему «уральскому другу», что наше сотрудничество было ошибкой.
В комнате стало так тихо, что было слышно, как тикают часы в прихожей. Гости смотрели на Аркадия с нескрываемым отвращением. Он стоял, тяжело дыша, и его лицо из красного стало землисто-серым.
— Галочка, ну ты чего… — пролепетал он, внезапно осознав, что почва уходит из-под ног. — Мы же пошутили. Ну, выпили лишнего…
— Обуза устала, Аркаша, — я встала и подошла к окну, не оборачиваясь. — Устала работать твоим невидимым костылем. С сегодняшнего дня ты пойдешь сам. На своих двоих. Покажешь всем, чего стоишь без моих связей, без моих мозгов и без моей «декоративности».
Аркадий оглянулся на коллег, но те старательно избегали его взгляда. Игорь Викторович встал, молча взял свой пиджак и направился к выходу. За ним потянулись остальные.
— Ребята, вы куда? — Аркадий сделал шаг вслед за ними, но споткнулся о ножку стула и чуть не упал. — Мы же еще не закончили! Галя, скажи им!
Я не ответила. Я смотрела на отражение в стекле: спокойная женщина с прямой спиной.
— Галь, ну правда… — он подошел ближе, его голос дрожал. — Я же не со зла. Ты же понимаешь, статус, имидж… Мне нужно было казаться сильным.
Я повернулась и посмотрела ему прямо в глаза. В них не было ничего, кроме животного страха потерять удобную жизнь.
— Твой статус только что вышел за дверь, Аркадий. Вместе с твоим имиджем.
Я взяла со стола чайник и начала неспешно наливать себе чай в чистую чашку.
— Иди спать в гостиную. Завтра у тебя будет очень тяжелый день в офисе. Первый день, когда тебе придется работать самому.
Аркадий открыл рот, хотел что-то сказать, но только беспомощно глотнул воздух, похожий на выброшенную на берег рыбу. Он поплелся к дверям, понурив плечи, и в этот момент выглядел таким жалким и маленьким, что даже злости на него не осталось. Только глухое равнодушие.
Я сделала глоток ароматного чая и открыла на телефоне почту. Палец замер над кнопкой «Отправить». Пора было начинать новую главу. Без балласта.