Давно, очень давно не снилась прабабушка, которая передала ей дар. А вот сегодня ночью она к ней пришла, и глядя своим добрыми глазами, сказала: "Как когда-то я передала тебе свои способности на чтение карт и предвидение, так передам и твоему сыну дар. Но уже другого свойства. Часть своего дара передашь ты, характер он возьмет от Константина. И получится замечательный, сильный и светлый маг. А вернее, как тебе и расшифровали предсказание Вестницы: он будет — провидцем. Твоим помощником и соратником. Но это будет, как сама понимаешь, нескоро."
Даша обалдевшая от счастья, резко проснулась. Значит, малыш уже в ней! Она гладила себя, по пока ещё, плоскому животику и про себя общалась с зарождающейся жизнью их сыночка. В голове проносились тысячи мыслей и образов: каким он будет, на кого будет похож, как она впервые почувствует толчок его маленькой ножки. В этот момент ей казалось, что весь мир наполнился особой нежностью и светом. Она представляла, как они с мужем будут вместе выбирать имя, обустраивать детскую, гулять с коляской по парку.
Всё это казалось теперь таким близким и настоящим. Даша улыбнулась, ощущая, как внутри неё зарождается не только новая жизнь, но и новая она сама — мама. Эта мысль наполнила её сердце теплом и трепетом. Она тихонько прошептала: «Мы тебя очень любим, наш маленький», и снова закрыла глаза, чтобы ещё немного насладиться этим удивительным чувством единения с чудом, которое теперь всегда будет с ней.
Косте она пока ничего не стала говорить, потому что знала, будет лишняя опека. Вот будет плоду месяца полтора, чтобы уже уверенно ему сообщить о сыне. Но всё изменилось во время завтрака. Костя, всё утро внимательно наблюдавший за ней, глядя в её светящиеся глаза, вдруг спросил:
- Даш, у нас будет сын или дочь?
Она опешила:
- Как ты узнал?
— Ну, во-первых, сегодня во сне ко мне пришла добрая старушка. Она, улыбаясь, показала мне погремушку. А во-вторых, — Костя хитро прищурился и притянул Дашу к себе, — у тебя глаза теперь совсем другие. В них будто солнце поселилось. Я как проснулся, сразу заметил, но не стал говорить. Хотел, чтобы ты сама сказала. А ты всё молчишь загадочно.
Даша рассмеялась, чувствуя, как по щекам разливается румянец.
- Ну, раз уж ты сам догадался... Да, у нас будет сын! Я просто хотела подождать, когда будет побольше срок.
Костя обнял её крепче, осторожно положил руку на её живот и прошептал:
- Спасибо, Даша. Теперь я точно знаю: всё у нас будет хорошо, а будет ещё лучше. Я буду самым лучшим папой, обещаю.
В этот момент Даша поняла, что теперь их уже не двое, а трое, и от этого их любовь стала ещё крепче и глубже.
- Только прошу, сильно меня не опекай.
- Обещаю, но и ты будь всё-таки осторожнее. Ведь теперь ты должна в первую очередь думать о сыне.
- Хорошо, милый.
Ближе к обеду в салон пришла женщина в дорогом пальто. Даша её узнала, видела по местному телевидению. Она — жена высокопоставленного чиновника. Но сейчас она была просто расстроенной женщиной, которой срочно нужна была помощь. Даша поняла это по её красным, припухшим глазам. Пришедшая с порога начала сбивчиво говорить:
- Вы должны, нет, простите, не то говорю... Пожалуйста, помогите..
- Здравствуйте. Вы пройдите, присядьте в кресло. - Даша налила ей стакан воды. - Вот выпейте и постарайтесь спокойно объяснить, что у вас произошло. И можно ваше имя?
Женщина села, расстегнула пальто, скинула шапку и, выпив несколько глотков воды, начала свой рассказ:
- Да, простите, не представилась. Меня зовут Элеонора Дмитриевна. Наш сын, Евгений, студент престижного вуза, учится в Москве. Ранней осенью он с друзьями поехал в поход по Карелии. Вернулся домой, хотя надо было ехать на учебу. Спрашиваю, почему не едет, ведь занятия уже начались? Молчит и смотрит в одну точку, постоянно сидит взаперти. А на стенах в своей комнате начал рисовать какие-то странные символы.
Вчера его осмотрели два врача, светила в своей области, и просто развели руками. Сказали, что физически он здоров, но психически... будто что-то блокирует его сознание. Они не могут понять, что с ним происходит. Один из них предположил, что это может быть реакция на сильный стресс или даже что-то вроде посттравматического синдрома, но ни один из них не сталкивался с подобным.
Я пыталась с ним говорить, спрашивала, что случилось в том походе. Но он только вздрагивает и отворачивается. Иногда мне кажется, что он вообще не здесь, а где-то далеко, в своих мыслях. А эти символы... Они не похожи ни на что знакомое. Я даже показывала их историкам и этнографам — никто не может объяснить их значение. - Она замолчала, с надеждой глядя на Дашу, потом продолжила.- Я уже не знаю, к кому обращаться. Может, хоть вы поймёте, что происходит с моим мальчиком? Смотрите, вот что он рисует.
Она протянула нарисованные на листе символы. Даша стала вглядываться в рисунок и вдруг поняла - это не просто символы, это карта местности. Но какая-то странная. Гадалка взяла в руки колоду, перетасовала, и одна карта выпала из рук. Даша взяла её, и карта, на которой изображена "Башня", вдруг вспыхнула холодным пламенем. И тут же перенесла её сознание прямо в сознание парня.
Она оказывается в тёмном лесу. Вокруг неё — высокие, искривлённые деревья, которые шепчут на древнем, забытом языке. И она чувствует: то, что они нашли в этом походе, всё ещё там. И оно ЖДЕТ.
Даша очнулась от транса резко, словно её выдернули из ледяной воды. Карта «Башня» в её руке была ледяной, обжигая пальцы холодом. По изображению на карте, где рушилась башня, сверкали молния, пробегали едва заметные изумрудные искры. Элеонора Дмитриевна подалась вперёд, вцепившись в подлокотники кресла.
- Что вы видели? Что-то ужасное?
Даша медленно положила карту на стол. Её немного трясло. Видение было не просто картинкой, оно оставило после себя ощущение — запах прелой листвы, влажной земли и... чего-то сладковатого, гнилостного. Голос Даши был хриплым.
- Ваш сын жив, но его душа... она не здесь, а в лесу, в Карелии. Там, где они были в походе.
Женщина возмутилась.
- Послушайте, что вы такое говорите? Ведь я к вам за помощью, а вы мне какие-то мистические ужасы. Это как такое возможно!? Евгений вернулся сам, на попутках!
- Он вернулся телом, - Даша подняла на неё тяжёлый взгляд. - Но не разумом. То, что он нашёл там... оно забрало часть его памяти и воли. Евгений рисует карту, потому что это место зовёт его.
В этот момент воздух в комнате сгустился. Свечи на полках мигнули, хотя окна были закрыты. Элеонора Дмитриевна поежилась от холода. В углу комнаты, где сгущались тени, начала формироваться полупрозрачная фигура молодого парня в походной одежде. Это был призрак парня, чьё тело они нашли с Мурашёвым на лодочной станции, ещё по осени. Призрак посмотрел на Дашу с благодарностью и тревогой одновременно. Потом сказал: «Я был там, убежал оттуда, но меня настигла смерть в другом месте. Они не остановятся. То, что в лесу — оно голодное и питается не телами, а... душами. Снами».
- Что происходит? Почему так холодно? - прошептала посетительница.
Даша решительно протянула свою руку:
- Дайте мне руку, я вам покажу, что случилось с вашим сыном.
Женщина замерла, её пальцы дрогнули, но всё же нерешительно коснулись ладони Даши. В тот же миг комната словно растворилась в густом тумане, и перед глазами матери поплыли образы: ночной лес, костёр, странные голоса, доносящиеся из чащи, и её сын, который, словно заворожённый, идёт на этот зов. Словно кто-то звал его по имени — тихо, но настойчиво. Он огляделся: туман стелился по земле, а между деревьями мелькал слабый, пульсирующий свет.
Евгений пошёл на этот свет, не в силах сопротивляться. Чем дальше он углублялся в чащу, тем отчётливее становились голоса — они говорили на незнакомом, древнем языке, но смысл их слов каким-то образом проникал прямо в сознание. Вскоре он вышел на небольшую поляну, окружённую вековыми елями. В центре поляны стоял древний камень, покрытый густым мхом и лишайником. Его поверхность была испещрена странными, угловатыми символами, которые, казалось, жили своей жизнью: они мерцали в темноте, словно впитывая лунный свет.
Евгений подошёл ближе. Его рука сама потянулась к камню, пальцы коснулись холодной, влажной поверхности. В тот же миг по телу пробежал ледяной разряд. Символы вспыхнули ярче, и он ощутил, как что-то незримое, холодное и древнее проникает в него — не через кожу, а прямо в душу. Это было не зло в привычном смысле, а скорее безразличная, первобытная сила, которая не знала ни жалости, ни сострадания. Это был Дух леса, древнее существо, хранитель этих мест.
Он не был ни добрым, ни злым — он просто существовал, оберегая свои границы и тайны. Когда люди вторгались в его владения, он иногда забирал у них часть души — не для вреда, а чтобы привязать их к себе, сделать частью своего мира. Так он запоминал тех, кто нарушал покой его владений. В этот момент Евгений потерял часть своей памяти и воли. Он стал проводником между миром людей и лесом.
Теперь его разум был связан с этим местом: он чувствовал его зов, слышал шёпот деревьев и видел образы, недоступные другим. Именно поэтому он начал рисовать символы — это была карта, по которой дух мог снова найти дорогу в мир людей или вернуть себе то, что считал своим.
Картина сменилась: вот он уже дома, но взгляд пустой, а рука сама выводит на стене те самые знаки. У Элеоноры Дмитриевны градом катились по щекам слезы. Она едва могла говорить.
- Я видела его там, в лесу. Но почему? Почему он не может вернуться?
- Потому что часть его осталась там, у того камня. Пока он не вернёт её, он не станет прежним. Но это можно исправить. Только нужно действовать быстро — зов становится сильнее, и скоро он может уйти туда навсегда.
Женщина сжала руку Даши так сильно, что побелели костяшки пальцев.
- Что нужно делать? Я готова на всё, лишь бы вернуть сына.
====================
Глава 73 / Продолжение Глава 75
====================