Грусть и её причины
· Ульяна Новикова (психолог-логотерапевт)
· Отец Серафим (игумен Серафим (Симонов) настоятель подворья Новоспасского монастыря
Новикова Ульяна: Как-то грустно всё. Сидишь со своей падшей природой, грешишь постоянно. Когда грешишь – тебе плохо. Как не грешить – не знаешь.
Отец Серафим: Это давление и погода сейчас на тебя влияет? Или что? Или за какую-то работу тебя не заплатили? Чего тебе грустно? Или у тебя грусть – это твой постоянный спутник? А вообще политическая эта грусть, экономическая?
Новикова Ульяна: Она точно не политическая.
Отец Серафим: Семейная? Ты можешь определиться, но ты помогаешь другим – помоги себе. Врачу, исцели себя сам.
Новикова Ульяна: Когда понимаю, что Господь все управит так как лучше, а я делаю то, что в моменте считаю правильным и могу сделать, – мне становится хорошо. Но я не могу не думать о глобальном. И вот эти глобальные размышления о будущем… Они очень грузят на самом деле.
Отец Серафим: Мы усложняемся по мере взросления.
Новикова Ульяна: Да. Очень как-то всё сложно. Вот это «будьте как дети» – не получается.
Отец Серафим: Хотя бы с Богом нам быть как дети. Хотя бы с Ним. Не в плане хозяйственном. Тут всё будет сложнее. Усложняется система жизни человечества – значит, больше законов, больше налогов. Но это просто бытовуха.
Новикова Ульяна: Бытовуха… На что мне опираться в бытовухе? У меня телефончик отобрали, когда мне Самсунг телефон заблокировал – мне грустно.
Отец Серафим: Как тебе утешиться? Понимаю тебя.
Новикова Ульяна: Это же несправедливо.
Отец Серафим: И несправедливо. И внезапно. И то, что ты понимаешь: не это является смыслом твоей жизни и каким-то центральным явлением, и самыми важными вещами. Это ты умом понимаешь. А с расстройством, досадой и тревогой ничего поделать не можешь.
Чем больше стяжаний, тем больше забот
Отец Серафим: Знаешь что? Всё это уже святыми отцами нашими, подвижниками, аскетами и Церковью пережито, и проверено, и испытано, и понято, почему. Чем больше стяжаний, тем больше забот.
Новикова Ульяна: Тем больше тревог.
Отец Серафим: Вот когда ты сидишь и каждый день в режиме само собой разумеющемся получаешь от Бога горшочек или пригоршню манны небесной, или ворон тебе кусочек хлеба приносит – вот очень хорошо. И у тебя больше ничего нет.
Новикова Ульяна: Я бы молилась, сидела бы с манной.
Отец Серафим: Молилась ли бы ты? Потому что если бы ты была способна к такому состоянию, наверное, Бог дал бы тебе его попробовать. А способна ли ты? Вряд ли. Мы просто слабые все очень. Но теоретичность такого состояния проверена. Действительно доказано, что чем меньше у человека богатства. Если у тебя ручная механическая мясорубка, она может существовать без электричества. Если у тебя электрическая, старая, советская, ей уже нужно электричество. Электричество пропало – ты скорбишь. Если у тебя навороченная какая-нибудь современная французская или самсунговская супер-пупер устройство, ему нужно электричество, программное обеспечение, бесперебойное сервисное обслуживание и так далее. И если хоть где-то прокол – у тебя всё. И ты скорбишь.
О монашеских книгах и быте
Новикова Ульяна: Я вчера «Лествицу» начала читать. И там первый этап – отречение от мира. Как отрекаться от мира?
Отец Серафим: Отречёмся от старого мира, сбросим прах его с наших ног.
Новикова Ульяна: Так у меня дети. Ну как отречься от мира человеку, у которого семья, дети?
Отец Серафим: Ты читаешь «Лествицу», написанную конкретно для монахов, и пытаешься на себя натянуть все её советы. Если ты впадаешь в уныние от чтения книг, предназначенных для внутримонастырского чтения – ну не читай их.
Вот Евангелие точно всем предназначено. И молитвослов всем предназначен, если мы говорим о людях в религиозной среде. А если ты впадаешь или начинаешь делать глупости, прочитав какие-то книжки для монахов – не читай их.
Новикова Ульяна: Но мне не хочется заботиться о быте. Мне хочется…
Отец Серафим: Будь честна с собой. Не хочешь заботиться о быте – сокращай его объём. Сокращай количество вещей, которые тебя окружают, удобства, которые тебя окружают.
Новикова Ульяна: Я очень привязаны к своему дому и саду..
Отец Серафим: Ты хочешь и удобства, и беззаботность. Это невозможно. Это просто самообман. Такого мира нет. Под любым богатством тать подкапывает. Энтропия, ты же знаешь, что такое? Физическая. Любая сложная система стремится к упрощению. Машина стремится превратиться в кучку ржавчины. Потому что куча ржавчины стабильна – ей больше некуда ломаться и портиться. И с телефоном так: там какие-то сложные микропроцессоры, поэтому тебе его отключили. Да, он стремится превратиться обратно в песок.
Новикова Ульяна: Мой телефон практически превратился в кирпич.
Отец Серафим: В кварцевый песок, распался на молекулы, на низкомолекулярные органические соединения – ну и с чего он там сделан. И во всём так. А человек наоборот хочет упорядочить и превратить это во что-то, что будет ему служить. И служить хочется, чтобы это служило долго, чтобы машина ездила сто лет, её не надо было ремонтировать, чтобы бензин не кончался, вода всегда текла сама по себе, не важно там прорыв – и решите эту проблему. Дайте мне воду: горячую, холодную, минеральную. Одежда – моли не должно быть, мух не должно быть, пятен, комаров. Еда вся должна быть хорошая, качественная, высококачественная и при этом дешёвая.
И чем больше у него желаний, тем больше у него страданий.
Стремление к неизменности и смерть
Новикова Ульяна: Но это же стремление к смерти, потому что неизменна только смерть. Если мы хотим, чтобы всё было неизменно, то...
Отец Серафим: Нет-нет-нет. Смерть – ну как бы сказать… Стабильна? Смерть нестабильна. Смерти нет уже после Воскресения Христова. Вечной смерти, вечной нирваны нет. Смерть грешника люта. Почему? Потому что он продолжает жить, он не исчезает.
Новикова Ульяна: То есть он со всеми своими желаниями остаётся.
Отец Серафим: Естественно. Воплощения никакого нет. Но это опять же – смотри, мы обсуждаем картину мира, которая существует у нас, у людей верующих. Для людей неверующих все эти наши объяснения, они конечно…
Новикова Ульяна: Мы с ума сошли с их точки зрения.
Отец Серафим: Да, естественно. Для нас есть вечная жизнь – вот что нас должно гармонизировать уже здесь. Есть вечная жизнь. И в этой вечной жизни мной ничто не должно обладать.
Новикова Ульяна: А учиться здесь приходится?
Отец Серафим: Ну конечно. А как? Всё мне позволительно, но не всё полезно. Ничто не должно обладать. Ни одно моё желание не должно подменять меня самого. И желание комфорта, и удобства, и при этом спокойствия, и чтобы мне всё было, а я за это ничего не платил – это самообман. И от самообмана ты должна избавиться.
