- Илона, ну ты же врешь ( и хитрый смайлик)! Врать же не хорошо (еще один)!
И следом прилетают два фото.
Начало здесь:
Илона
Примерно в середине дня я провожаю последнюю из двух записанных на сегодня клиенток. На душе у меня легко и светло. Я нарисовала ей на одном ногте на безымянном пальце серебряной краской ирис, а его лепестки сделала васильковыми; на другой руке в том же стиле изобразила бабочку с разноцветными крылышками. Девушка осталась очень довольна - и я довольна: как же это приятно - создавать красоту и радовать людей!..
...Должно быть, у этой девушки будет еще много радостных моментов в жизни - а вот я чему-то порадовалась, похоже, в последний раз. Но в тот момент я об этом еще не знаю...
Проводив ее, я иду на кухню, наливаю себе мой любимый молочный улун. Подхожу к окну и, потягивая чай из моей любимой кружки - терапевт подчеркивает, как важно окружить себя вещами, которые действительно нравятся - смотрю в окно. На пронзительное в своей голубизне сентябрьское небо и кроны деревьев, на которых уже появляются золотистые и багряные листья. Красиво! Завораживает прямо!
Мне хочется прогуляться. Просто похожу немного, а потом зайду в пару магазинчиков и куплю продукты для ужина. Хочется побаловать Родю чем-нибудь вкусненьким. Вспоминая о нашем поцелуе перед его уходом, я улыбаюсь. И так искренне я улыбаюсь тоже - в последний раз...
А потом пиликает мой телефон - пришло сообщение. Я подхожу к столу, беру телефон в руки, открываю мессенджер. Странно... Только слово «привет» с незнакомого номера. Сначала думаю просто не отвечать - мало ли, мошенники, но потом решаю, что все же стоит ответить - иначе смутная тревога, появившаяся где-то под ложечкой, не даст мне покоя. Вероятно же, что это - просто какая-то девушка, с которой одна из моих клиенток поделилась контактом.
- Привет, - пишу я, - кто это?
- Илона, это Дима.
Я плохо помню тот вечер, и имя бы его не вспомнила - но вот сейчас читаю - и припоминаю, что да, он вроде, так назвался... Внутри все холодеет. Душа уходит в пятки. Ноги резко слабеют. Я опускаюсь на стул и кладу телефон на стол. И ничего не отвечаю. Просто застывшем взглядом смотрю на экран. Тем временем тот, кто на другом конце, набирает сообщение.
- Тебе сейчас удобно говорить?
«О Господи, что тебе надо, какого лешего ты нарисовался спустя месяц?! И откуда у тебя мой номер?!»
- Простите, вы ошиблись, - пишу я, думаю сразу заблокировать, но вижу, что он набирает новое сообщение - решаю его дождаться. Может быть, он напишет: «Извините, что побеспокоил!» - И на этом все закончится, и я смогу расслабиться...
- Слушай, извини, что долго не писал. Но ты сама говорила, что нужно немного подождать после вашей свадьбы. Я вообще сомневался, стоит ли тебя беспокоить - но ты меня здорово зацепила, и я соскучился...
Мне кажется, сердце сейчас выпрыгнет у меня из груди. Что за **рня?! Насколько бы я не была пьяная - я не могла ему такого сказать! Ни за что не поверю!
- Вы ошиблись! - Повторяю я и блокирую контакт.
Но через несколько секунд прилетает сообщение уже в другой мессенджер. Боже!
- Слушай, не убегай, давай просто проясним. Может, я, правда, ошибся; может, та девушка пошутила, назвалась твоим именем и дала мне твой номер. В таком случае извини, пожалуйста.
- Возможно, так и было, не пишите мне больше.
Хочу заблокировать и здесь - и везде, где только возможно, но текст по ту сторону опять набирается - и я опять остолбенело жду. И после полученного сообщения едва не падаю со стула в буквальном смысле.
- Ты ведь Илона Кузнецова? На твоих фотках везде одни сплошные ногти - но у тебя в друзьях есть некто Родион Кузнецов; так вот в его профиле - фотки со свадьбы. И мне кажется, что его жена и та девушка, с которой я познакомился в клубе - это один и тот же человек.
...Из помещения как будто откачали весь воздух, здесь нечем дышать!
Пальцы меня едва слушаются. Медленно набираю:
- Я вас не знаю! Оставьте меня в покое!
- Илона, ну ты же врешь ( и хитрый смайлик)! Врать же не хорошо (еще один)!
И следом прилетают два фото.
Я без одежды, спящая - и подонок, который меня вместе с собой заснял... И бабочка, которую я набила в один из худших периодов в своей жизни. И похожую нарисовала сегодня клиентке... Если бы еще была какая-то одна такая фотография - можно было бы сказать, что это - фотошоп, но чтобы две - неправдоподобно.
Перед моим внутренним взором, пробив кирпичную стену и вырвавшись наружу, снова начинают мелькать обрывки воспоминаний. Чувствую, как кровь то приливает к моему лицу, то отливает от него. Руки будто не мои. Пальцы колет иголками...
В голове звучит обвиняющий голос: «Шл*ха, получи по заслугам!»
И новое сообщение:
- Эй, Илона, ты там? Как тебе фото?.. Если это не ты - то и забей! Я думаю, что этому Родиону все же стоит узнать правду про свою жену - чем она занимается на досуге; еще и чужие номера раздает...
«Если вас шантажируют - обращайтесь в правоохранительные органы!» Эту рекомендацию я запомнила еще со времен вебкама.
Это ему и пишу:
- Оставь меня в покое, или я заявлю в полицию!
- О чем? - пишет он в ответ. - Открыть мужу глаза на его жену - разве в этом есть состав преступления?!
Точно. Открыть Роде глаза на меня бы стоило. И я это заслужила. Но он не заслужил такого удара!
Но этот урод прав. Состава преступления пока нет.
- Что тебе надо? - Пишу я. «Может быть, он ответит что-то, в чем уже можно будет усмотреть состав преступления?!»
- Да ничего. Просто хотел увидеться. Но, если ты не настроена, извини.
«Хитрый, гад, ни слова лишнего».
Я чувствую, как потихоньку спасительная заморозка обволакивает меня, заполняет ледяной кашей голову, блокирует чувства. Думать в этом состоянии, если очень надо, я могу, испытывать эмоции - практически нет. И голос внутреннего критика сквозь эту кашу проходит с трудом, и особо не волнует. Сейчас это то, что нужно.
«Нельзя допустить, чтобы Родя узнал, - думаю я. - Признаваться нужно было раньше! До свадьбы. Теперь время упущено. Нужно понять, чего этот ублюдок хочет, какую игру ведет».
- Давай увидимся. В общественном месте.
- Не вопрос! Так бы сразу! - Отвечает он, ставит смайлик с поцелуйчиком. «Тьфу!» - Выбирай место!
После недолгого раздумья я называю тихое маленькое кафе в трех станциях метро от нас. Там никто не должен меня с ним увидеть. Он отвечает, что будет ждать меня там через час...
Заморозка действует, но частично. Не могу сказать, что мне совсем не страшно. Но до паники не доходит. Я подхожу к кафе, в окна специально не заглядываю, боюсь увидеть его там. «Может быть, это все же просто розыгрыш, и он не придет?!» Я открываю дверь, захожу внутрь...
- Вас ждут? - Встречает меня вопросом немолодой официант (думаю, он же и владелец). Теряюсь, не знаю, что ответить.
- Возможно.
- Мужчина за дальним столиком говорил, что подойдет красивая темноволосая девушка, - улыбается официант, - наверное, это вы?
Выдавливаю из себя ответную улыбку и заставляю себя посмотреть в указанном направлении. Там кто-то сидит, и при виде меня он встает и машет мне рукой - но зрение сделалось нечетким, и я не могу рассмотреть его лица. Но, очевидно, что это - он. - Наверное, - отвечаю я официанту и медленно иду к столику.
Шаг, еще один... Я вижу его уже яснее... Он чуть пониже и, наверное, на пару-тройку лет постарше Роди. Волосы у них, кстати, почти одного цвета... (Зачем я сейчас сравниваю???)... Он стильно и дорого одет... Руки очень ухоженные для мужчины, но кажутся сильными. Я не могу заставить себя рассмотреть его лицо...
- Привет, - говорит он, по тону понимаю, что с улыбкой. Все еще не смотрю. Он отодвигает для меня стул. Сажусь на автомате. Разглядываю рисунок на скатерти...
- Илона, может быть, взглянешь на меня?!
Я поднимаю глаза... И вздрагиваю... И совершаю в голове путешествие во времени... Тот дом... «Смотри на меня, с*ка! Смотри, я сказал!» Руки сдавливают мою шею... Нет, это не Влад - лицо вообще другое, и руки другие - но глаза... У того были светло-голубые, у этого - светло-серые, но одинаково прозрачные и резко контрастирующие с черным ободком. И выражение - то же. Никогда больше не видела таких холодных и таких страшных глаз - глаз хищника... Передо мной очень опасный человек. Я понимаю, что попала по полной!..
- Что тебе заказать? - Спрашивает он. Сам он пьет кофе.
У меня пересыхает во рту.
- Принесите, пожалуйста, стакан воды без газа, - прошу я подошедшего официанты, а ему говорю: - Я сама заплачу.
- Люблю самодостаточных женщин, - он улыбается, но глаза остаются холодными. Не могу назвать его про себя Димой. Мне почему-то кажется, что он это имя выдумал, что его зовут как-то иначе. Дима ему не подходит... - Как дела, Илоночка?
Я не собираюсь вести с ним этот бесполезный, фальшивый разговор.
- Давай ближе к делу! ЧТО... ТЕБЕ... НАДО?! Денег? У меня их нет.
Он смеется.
- Диктофон включила?.. Можешь выключать - я не скажу ничего такого, за что потом мне можно будет предъявить. И ты, кстати, тоже можешь говорить свободно, я не записываю.
- Нам не о чем говорить. Скажи, чего ты хочешь?!
- Ты так смотришь в мои глаза... Они немного необычные, это правда, но, сдается мне, они тебе что-то - или кого-то - напоминают... Я прав? Это как-то связано с этим?
Я в этот момент тянусь за стаканом - и он подносит руку и проводит пальцами по моему приоткрывшемуся запястью. Стакан выскальзывает у меня из руки, часть воды расплескивается; а у меня - снова яркий флэшбэк, и я больше не вижу мужчины перед собой - я там...
- Эй!.. Эй! - чувствую, что-то мокрое на своем лице. Потихоньку возвращаюсь в настоящее и вижу, что он будто бы участливо обтирает мое лицо смоченной в воде бумажной салфеткой. - Эй, ну ты чего?! Я не хотел причинить тебе боль!
Я не особо его слушаю. Пытаюсь восстановить сбившееся дыхание и вернуть себе способность соображать, хоть немного. Сейчас я вообще вся застряла в какой-то вязкой жиже - больше не испытываю эмоций - но и думать толком не могу. «Соберись, Илона, ну же!» Наконец дотягиваюсь до стакана и пью воду... Жду, пока в голове хоть немного прояснится - и он ждет.
Наконец, говорю:
- Скажи уже, что тебе надо?
Он улыбается. Его ответ короток. И предсказуем.
- Повторить.
- Повторить что?.. Изнасилование с использованием беспомощного состояния?! - Спрашиваю я. У меня действительно включен диктофон, но, увидев эти глаза, я уже не верю, что смогу поймать его на чем-то. Удав здесь он, а мне отведена роль кролика. Кролику не победить удава.
- Да ладно! - Он буквально прыскает со смеху. - Эх, жаль, что я видео не заснял! Какое изнасилование?! Ты сама охотно прыгнула в койку - после того, как сама попросила тебя ударить!
Я мучительно краснею. Неужели он не врет?! Насчет охотно прыгнуть, конечно, сомневаюсь, но попросить ударить пожалуй, могла.
- Я не могу прокомментировать то, чего вообще не помню, - отвечаю я. - А, если человек не помнит, что с ним было, значит, он не отдавал себе отчета в своих действиях. То есть был невменяем. И ты видел, что я была невменяема. Поэтому это было изнасилование!
- Как скажешь, - разводит он руками. - Если ты так думаешь, почему ты здесь?! Почему не рассказала Родиону, что тебя, якобы, изнасиловали?!
Я молчу. Не знаю, что на это ответить.
- Ну ведь еще не поздно рассказать, так ведь?..
Он испытывающе смотрит на меня своими жуткими глазами. Точно, как удав на кролика!
- Не поздно, - почти шепчу я и едва заметно качаю головой.
- Ну вот и отлично! Тогда у тебя есть сутки, хорошо? Завтра вечером я уточню у Родиона, сказала ли ему жена правду.
Я встречаюсь с ним взглядом и выдерживаю его. Что-то типа злости, конечно, вязнущее в жиже - но все же ощутимое - рождается во мне.
- Ты - грязный подонок! - Констатирую я.
- Да, я такой, - он улыбается. - Но я даю тебе шанс быть лучше, чем я, и все рассказать мужу... Пока!
Я встаю, кидаю на стол деньги за воду, разворачиваюсь и иду к выходу. И слышу в спину: - Если что - я еще полчаса буду здесь. Если передумаешь...
- Не передумаю.
Я почти выбегаю из кафе, мимо удивленного официанта. Направляюсь к метро, но моих сил и запала хватает не надолго. Миновав пару сотен метров, без сил падаю на скамейку и хватаюсь руками за голову.
Представляю доброе, честное, такое родное лицо моего мужа. Как я ему скажу?! Может быть, правда сказать, что меня изнасиловали?!. Но не слишком ли много изнасилований для одной меня?! .. И я сама не знаю, верю ли в это... В любом случае, выпить с ним я согласилась сама... И меня будоражила его опасная близость... Это уже было плохо... Есть моя ответственность - как ни крути - хоть все остальное и правда случилось, когда я была уже невменяема.
И что будет, если я признаюсь? Зная Родю, я не думаю, что он меня бросит, но как мы дальше этим будем жить?! К тому же, после целого месяца моей лжи...
А вдруг, если я назову это изнасилованием, он захочет сам разобраться с этим ублюдком - а это - хищник, он ничего не делает, не обдумав! Вероятно, он уже просчитал, что предпримет, если Родя к нему придет - и Родя может оказаться в опасности!..
Нет, я его не имею права подставить!
Но что же мне делать?! Согласиться?! Но я же не дура, я понимаю, что на этом не закончится.
Хотя... Запасной путь есть всегда. И, если придется по нему пройти - я пройду. Не в первый раз - но точно в последний... Но если есть хоть один шанс на сотню, что он оставит меня - нас - в покое - нужно его использовать.
Я возвращаюсь. Он встречает меня с таким видом, как будто и не сомневался, что я вернусь.
Я показываю ему экран телефона, на котором написан следующий текст:
«Один раз. Если ты продолжишь шантаж - ты пожалеешь. Уверена, что не только мне есть, что терять. Еще раз объявишься - расскажу мужу и заявлю в полицию о шантаже. Даже если не докажу - жизнь тебе подпорчу!»
- Хорошо, - улыбается он. - Один раз. Договорились.
«Я сама выберу место», - печатаю и показываю ему экран.
- Ок.
Я нахожу на одном из сайтов апартаменты на два часа - показываю ему. Пишу: «Бронируй». Я сама не только принципиально не хочу этого делать, но и не могу оставлять таких следов - хоть Родя и не лезет никогда в мой телефон - но это глупо.
Он без разговоров находит нужную страницу в своем телефоне, создает заявку, дожидается ответа, оплачивает по ссылке. - Поехали?
«Я не сяду в твою машину».
- А я без машины - думал, вдруг, вина попьем... Такси. Или поедем на разных?.. Могу для тебя вызвать, чтобы тебе не палиться.
Какая разница, на одном или на разных - все равно потом придется... В его машине, я опасаюсь, могут быть камеры - а такси... Тоже, в теории, могут, но кто ему даст доступ к записи... Лучше уже на одном - пережить уже это от начала и до конца, а не погружаться туда снова...
«Можем на одном».
При этом, молча печатая, думая, как защититься от дальнейшего шантажа, я умом понимаю, что все это бесполезно. Либо он захочет меня отпустить - либо нет. Если нет - сделать так, чтобы обо всей этой грязи не узнал Родя, можно только одним способом...
И все же я продолжаю настаивать на определенных вещах. Пусть, по крайней мере, думает, что я увереннее, чем есть.
Когда мы поднимаемся в номер, я пишу ему, чтобы он оставил барсетку и телефон в коридоре. И только после этого, закрыв туда дверь, я ему говорю:
- Ну и что?! Неужели тебе так интересно тра*ать женщину, которая тебя презирает?!
- Почему нет?! - Отвечает он с ухмылкой. - Мне интересно тра*ать женщину, которая меня хочет и которой это нравится, а, если она меня при этом ненавидит и презирает - так ведь еще интереснее!
- Но я тебя не хочу, ты будешь тра*ать бревно, - отвечаю я. - Или, чтобы ты от меня отстал, нужно изображать удовольствие?!
- Нет, - он качает головой. - Изображать ничего не нужно. Сама разденешься или помочь?! Но, если буду помогать, могу ненароком попортить одежду... Вдруг Родион заметит.
Я смотрю на него с брезгливостью - не в глаза - на переносицу - и раздеваюсь. Да, пожалуйста! Желаешь иметь мертвое тело - получи!
- Значит не хочешь?! - спрашивает он.
- Не хочу.
- А так? - Он сильно бьет меня по щеке, потом вцепляется в плечо и притягивает к себе.- Теперь хочешь?
- Нет, - цежу я, стараясь заставить свое тело и эмоции слушаться разума и изо всех сил избегая его взгляда.
- А так?! - удар по другой щеке.
Мое тело начинает реагировать. «Нет! Нет! Я могу это контролировать!»
- Пошел ты! Я не хочу тебя!
- А, может, так? - Он бьет меня в живот, я сгибаюсь пополам и валюсь на бок на кровать. Когда чуть отступает боль, и я снова могу дышать, чувствую, как меня начинает затапливать желание. Физически - и эмоционально - подчиниться хищнику, сдаться на милость победителя.
Он тем временем быстро снимает с себя одежду, затаскивает меня повыше на кровать и оказывается сверху.
Господи, да что же я делаю?!
- Не надо! - Запоздало прошу я. Насколько же жалко и лживо это звучит!..
- Ну что ты.., - смеется он. - Разве я могу так тебя разочаровать?! Ты ведь меньше всего сейчас хочешь, чтобы я остановился!
И он надевает презерватив и входит в меня. Ооохх…. Ну почему я не могу владеть своим телом?! Почему так возбуждена?! Я вцепляюсь в наматрасник - только бы не трогать его! Я закрываю глаза... Через какое-то время слышу: «Открой глаза, с*ка! Открой, я сказал!» Его пальцы сжимают мою шею! Боже! Ощущения становятся все острее... Я подчиняюсь - открываю глаза, но избегаю его взгляда.
- Посмотри на меня! - Требует он. - Посмотри, тварь! - Он берет меня за волосы и очень сильно и больно их натягивает. Я не могу не послушаться... Этот взгляд... Боль... Его сила... Моя беспомощность... А потом я ненадолго снова отлетаю в прошлое - но вместо того, чтобы оцепенеть от страха и стыда, и перестать вообще что-то чувствовать, я, напротив, несусь навстречу неминуемому окончанию с еще более стремительной скоростью.
Потом возвращаюсь в настоящее - снова вместо голубой радужки над собой вижу серую - еще немного - и... Против своей воли я взлетаю на вершину, очень высоко - и пытаюсь сдержать стон - и не могу, и моя рука, вырвавшись из-под моего контроля, отрывается от наматрасника и впивается ногтями ему в спину. Я спешно отдергиваю ее - но поздно - я себя спалила по полной!
Через минуту он кончает и отваливается от меня. И, отдышавшись, смеется: «Не понравилось, говоришь?!»
Я тяжело дышу и молчу. Я не знаю, что ему ответить, и зачем отвечать?
Потом встаю и иду в ванную. Смотрю на себя в зеркало и содрогаюсь от омерзения. Включаю посильнее воду и, надеясь, что он не слышит, несколько раз бью себя по лицу. Но желанной боли не чувствую. Как и искупления.
Залезаю под душ, пытаясь смыть грязь, но она словно впиталась в кожу, просочилась сквозь мышцы до самых костей...
Соображаю, что не взяла с собой в ванную одежду - а в комнате он - но какая теперь, нах*ен, разница?! Возвращаюсь туда и одеваюсь, не глядя на него. Это не так просто, у меня дрожат руки.
Он это замечает. Говорит:
- Да расслабься ты! Все произошло к взаимному удовольствию! Это же чудесно! И вообще круто найти с*ксуального партнера, с которым полная совместимость!
Я чувствую, как сначала краснею, потом - бледнею.
- Пошел на ...! - Отвечаю я, наконец, повернувшись к нему. К моему облегчению, теперь его взгляд больше не имеет надо мной власти. - Нет у меня с тобой никакой совместимости! И никакие мы не партнеры! Я психически больная, если ты этого еще не понял, а ты воспользовался моей болезнью - вот и все!
- Так и я не очень здоровый! - в его лице смеется все, кроме глаз. - Говорю же - идеально подходим друг другу!
- К счастью, мы больше никогда не увидимся!
- Да ладно...
Сначала у меня душа уходит в пятки, но потом волной поднимается гнев.
- Только сунься еще раз, гад, ко мне или к моему мужу - и, я тебе клянусь, я...
- Да-да, - перебивает он. - Все знаю, пойдешь в полицию, обвинишь меня в шантаже... Если я буду тебя шантажировать - ты права, нужно обязательно это сделать, - он ухмыляется. - Но я не буду. Я придумаю какой-нибудь другой способ, чтобы заманить мою мышку в мышеловку, в которой такой вкусный сыр...
Мне так хочется залепить ему по физиономии - но, подозреваю, что он только этого и ждет. Не доставлю ему такого удовольствия!.. А потом он произносит еще кое-что...
- Будь уже честной с собой, Илоночка! Ты ведь догадывалась, что я не оставлю тебя в покое - и ты не поэтому пришла сюда! Ты пришла сюда, потому что захотела сюда прийти... Потому что знала, что получишь здесь то, что хороший парень Родя тебе не даст!
Я жила с абьюзером, манипуляции мне знакомы. А этот - манипулятор в разы прожженнее того. Его словам не нужно верить... И все же - ему удается активизировать карающий внутренний голос, который, тем же насмешливым тоном, как и этот ублюдок, говорит: «А если он прав?»
Нет, я не удостою этого комментарием.
- Только сунься, - бросаю на прощание, выхожу в коридор, быстро накидываю куртку, обуваюсь и открываю входную дверь. И вдогонку мне доносится:
- Увидимся, Илона!
Родя
Я возвращаюсь домой - и Илона не выходит мне навстречу. В квартире темно и тихо.
- Привет, я пришел! - объявляю я, но в ответ мне - тишина. Я вижу, что ее обувь и легкая куртка на месте - значит, она дома. Может, спит?
Очень хочется есть - я иду на кухню. Вижу на столе готовую еду из доставки. Я совсем не против - мне все равно, что есть, и моя жена не обязана готовить - но она в последнее время делала это с таким воодушевлением - а не готовила в те периоды, когда ей было совсем плохо. В душе рождается беспокойство. - Илона?! - зову я снова - нет ответа. Заглядываю в гостиную - никого. Может, правда, спит?..
Аккуратно приоткрываю дверь в спальню - кровать пуста.
Беспокойство нарастает.
Проверяю санузлы - ее и там нет.
- Илона! Ты дома?
Может, она вышла и одела что-то другое?..
Беру телефон и набираю ее - и слышу мелодию звонка из спальни. Но ее же там нет?!
Иду туда, включаю свет...
Она сидит на полу, между кроватью и шкафом, и смотрит куда-то перед собой остановившимся взором.
- Илона!
Она переводит на меня взгляд - и я не понимаю его значения, но от него мне становится не по себе. Одновременно такая тоска - и пустота в глазах - как будто из нее вырвали душу... Несмотря на все ее тяжелые состояния, которые мы вместе пережили - я не помню у нее такого взгляда. Что же случилось?! Ведь утром было все так хорошо!
- Илюша! - Зову я, кладу ей руки на плечи и слегка встряхиваю. - Илюша, очнись!
Она не реагирует. Тогда я подхватываю ее на руки, поднимаю с пола и укладываю на кровать на бок. Сам ложусь напротив и прижимаю ее к себе, и глажу по голове, и повторяю: - Илюша, Илюшенька, все будет хорошо! Я с тобой! Что бы ни произошло - мы справимся, милая!
- Родя? - Вдруг слышу я ее тихий голос, но не успеваю обрадоваться, поскольку происходит новая странность. Илона вдруг резко выворачивается из моих объятий, отодвигается от меня и садится. Я хочу приблизиться, но она выставляет перед собой руку и качает головой: - Не надо!
Мне становится страшно. А она тем временем поднимается на ноги, почти бежит в гостиную и закрывает за собой дверь.
Я знаю, что моя жена дважды лежала в психбольнице - но тогда, вроде бы, были предпосылки... Сейчас же все было хорошо - разве я мог так ошибаться?! Или ухудшение может наступить совсем внезапно, без каких-либо предвестников?!
Пересиливая свой страх и ругая себя за малодушие, я иду за ней в комнату, открываю дверь. Она сидит на диване, обхватив колени и уткнувшись в них лицом, раскачивается взад-вперед и горько плачет, даже воет. Заметив меня, замолкает, но со слезами справиться не может. Сколько же боли в ее взгляде. Что-то случилось?! Кто-то ее обидел?! Может, кто-то из прошлого?! Я теряюсь в догадках...
- Илюша! - Я бросаюсь к ней, хочу обнять, но она выставляет перед собой теперь обе руки и кричит: - Родя, не надо! Тебе самому потом станет противно!
Похоже, опять активизировались эти ее саморазрушительные внутренние голоса! Вопрос, почему?!.
- Илюш, все хорошо!
- Нет! - Она к прижимает руки к лицу и трясет головой из стороны в сторону. - И не называй меня больше Илюшей!
- Милая...
- Родя, ты не знаешь! Я должна тебе признаться!
Я знаю, что, что бы она мне о себе ни рассказала, это не будет иметь для меня значения. Прошлое - в прошлом! Наверное, так даже лучше - пусть она расскажет, и я смогу ее успокоить, что для меня ничто не сделает ее хуже! Даже если она скажет, что работала в эскорте или кого-то убила - я же понимаю, что это - не ее вина, а следствие того, что с ней сделали!..
- Хорошо, расскажи, - говорю я.
- Родя, сядь, пожалуйста, - просит она и отодвигается к самому подлокотнику, освобождая мне место подальше от себя.
- Ладно, - я делаю, что она просит.
- Родя, я.., - ее голос прерывается, по щекам катятся слезы. Я снова делаю движение ей навстречу, но она качает головой. - Я... прошу у тебя прощения, потому что я очень виновата перед тобой - но я не жду, что ты меня простишь, и не вздумай это делать, потому что я...
Продолжение здесь:
Лайк?)