Сижу я вчера с чашкой кофе, листаю ленту и вижу - опять Виктория Боня в топе новостей. Но не одна, а в связке с Владимиром Соловьёвым. Я сразу понял: будет жарко. Потому что когда эти двое сходятся на информационном ринге, простые зрители превращаются в попкорноедов, а юристы потирают руки в предвкушении гонораров. Сегодня разберём эту историю от начала до конца.
Что произошло
Всё началось с того, что Боня записала 18-минутное обращение из своего любимого Монако. Она заявила, что говорит "от лица народа", и что между людьми и властью выстроилась "толстая стена". Я честно попытался вникнуть, но где-то на третьей минуте поймал себя на мысли, что думаю о том, не забыл ли купить хлеб. Видео, конечно, набрало миллионы просмотров. Только вот один нюанс: говорить от лица российского народа, живя в княжестве, где средняя зарплата выше моей годовой, - это, знаете ли, смело. Но ладно, это её право.
Дальше в игру вступил Соловьёв. И вот тут началось то, ради чего я вообще пишу этот блог. В своём эфире он не просто раскритиковал блогера - он устроил демонтаж личности. Цитата, которая уже разлетелась на мемы: "Не этой потрёпанной открывать свой грязный рот и засорять пространство". Я, честно говоря, присвистнул. Потому что это уже не политическая дискуссия. Это переход на личности в чистом виде, причём в федеральном эфире.
Но Соловьёв не остановился на оскорблениях. Он пошёл дальше и обратился к Следственному комитету и Генпрокуратуре. Он потребовал дать правовую оценку деятельности Бони. Аргументы были такие:
- Платит ли она налоги в России?
- В каком статусе она находится в Монако?
- Имеет ли право учить страну, находясь за её пределами?
Смотрите, я понимаю эмоции. Но когда взрослый мужчина, известный журналист, призывает подключить госорганы к разборкам с блогершей - это перебор. Это как стрелять из пушки по воробьям. И именно этот момент стал точкой невозврата.
Как Боня превратила личное оскорбление в коллективный иск
Ответ Бони не заставил себя ждать. Она снова включила камеру и выдала новое видео. Там она смотрела прямо в объектив и говорила: "Соловьёв, кто такая я? Я блогерша, помимо того, что я мама. И таких мам, которые воспитывают детей одни, очень много. Оскорбляя меня, вы оскорбляете их всех". И вот тут я завис. Потому что логика у неё, конечно, интересная. Жизнь в
Тем не менее Боня пошла ва-банк. Она объявила о подготовке коллективного судебного иска. Причём ответчиков она выбрала колоритных:
- Владимир Соловьёв (за "грязный рот" и "потрёпанную").
- Виталий Милонов (за "дубайскую эскортницу").
- Артемий Лебедев (за систематическое женоненавистничество).
Формулировка звучит громко - "систематические женоненавистнические высказывания". Боня даже призвала всех женщин, кто сталкивался с публичными оскорблениями, присоединяться к иску. Это был красивый ход. С юридической точки зрения - сомнительный, но с пиар-точки зрения - идеальный.
В Максе - "Жизнь знаменитостей" вас ждут самые жёсткие разборы, неудобные факты и скандальные детали, которые Дзен не пропускает, — подпишитесь сейчас, если хотите знать о звёздах то, что обычно прячут от публики. Подписаться
Почему Лебедев и Милонов идеально вписались в этот сценарий
Тут нужно сказать пару слов про Лебедева. За день до заявления Бони в эфире одного шоу произошёл скандальный эпизод. Лебедев довёл ведущую Олесю Иванченко до слёз. Он отшучивался, язвил, перебивал и полностью игнорировал попытки диалога. Когда женщина не выдержала и расплакалась прямо в кадре, реакция дизайнера была ледяной - он фактически протянул ей "платочек" с издёвкой. Я смотрел этот фрагмент и думал: "Артемий, ну зачем ты это сделал?".
Этот эпизод разлетелся по соцсетям со скоростью лесного пожара. Люди возмущались. И Боня, надо отдать ей должное, вовремя подсуетилась. Она сказала: "Наши дети смотрят всё это. И что они подумают?". И знаете, в этой части я с ней согласен. Когда публичные люди на глазах у всей страны унижают женщину в прямом эфире - это не юмор. Это жестокость.
Что касается Милонова. Его фраза про "дубайскую эскортницу" - это вообще отдельный вид искусства политического этикета. Боня публично призвала не голосовать за него. И задала резонный вопрос: может ли человек, который отвечает в Думе за вопросы семьи и женщин, позволять себе такие формулировки?
Почему общество раскололось на два лагеря
Общественная реакция оказалась именно такой, как я люблю - неоднозначной. Слова Соловьёва многие сочли недопустимыми. Даже те, кто вообще не симпатизирует Боне, говорили: "Мужик, ты перегнул". Оскорблять женщину по внешности и возрасту в эфире - это дно. С другой стороны, сама Боня вызывает массу вопросов. Жизнь в Монако. Разговоры "от лица народа". Поддержка со стороны других медийных фигур, которые давно не живут в России.
Всё это создаёт ощущение дистанции. Огромной дистанции. Она говорит о боли простых людей, находясь в месте, где простых людей вообще не бывает. Это как если бы я читал лекции о голоде, сидя в ресторане с трёхразовым питанием. Красиво, но фальшиво.
Соловьёв в ответ на её слёзы в кадре сказал фразу: "Уж рыдать так рыдать". И эта фраза неожиданно стала символом всей истории. Потому что слёзы в интернете сейчас - это товар. И Боня умеет продавать этот товар не хуже, чем Соловьёв продаёт эмоции в своих эфирах.
В итоге конфликт превратился в странное зеркало. С одной стороны - агрессия и резкие слова в федеральном эфире. С другой - попытка говорить от имени миллионов, находясь далеко от их повседневной жизни. Кто окажется прав в суде - решат юристы. Скорее всего, ничья. Или мировое соглашение, о котором все забудут через две недели.
Но уже сейчас ясно: это не просто скандал. Это история о границах публичного слова. О цене популярности. И о том, кто действительно имеет право говорить "от лица народа". Спойлер: никто не имеет. Если ты не избранный депутат, а блогер или журналист - ты говоришь только от себя. И за свои слова нужно отвечать. И Соловьёву, и Боне.
Как вы считаете, у коллективного иска Бони есть реальные судебные перспективы в России? Или это чисто пиар-акция, которая нужна ей для возвращения в информационное поле? Кто в этой ситуации вызывает у вас больше неприятия - агрессивный Соловьёв или плачущая Боня из Монако?