«В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь...»
Мы знаем это с детства. И привыкли думать, что главный герой русских сказок — Иван-царевич. Он идёт, побеждает, добывает.
Но давайте посмотрим внимательнее.
Кто на самом деле ведёт сюжет? Кто знает ответы? Кто спасает героя, когда он уже почти погиб?
Василиса Премудрая.
Она не просто «невеста» и не просто «приз». Она — центр силы всей сказки.
А теперь вспомним Золушку. Или Спящую красавицу. Или Белоснежку.
Они ждут. Спасателя. Принца.
Вопрос, который я хочу задать сегодня: почему в русской культуре женщина — это мудрость и сила, а в западной — красота и ожидание? И как это связано с реальным положением женщины на Руси?
Часть 1. Василиса Премудрая: не награда, а спаситель
Вернёмся в сказку.
Морской царь задаёт Ивану-царевичу задачи, которые обычный человек выполнить не может. За одну ночь вырастить рожь? Построить церковь?
Их выполняет Василиса. По её мановению «муравьи ползучие молотят несчетные скирды, пчелы летучие лепят церковь из воска».
Иван сам признаёт: «Ах, Василиса Премудрая, без тебя мне не справиться!»
Вспомните другие сказки. Марья Моревна — прекрасная королева-воительница, которую похищает Кощей. И спасает её... нет, не Иван. Он пытается, но нарушает её наказы и сам попадает в беду. Марья же — активный персонаж, способная постоять за себя. Царевна-лягушка оказывается мудрее всех невест, а её мудрость — не «бытовая смекалка», а способность превращать мир.
В русской сказочной традиции женщина — не трофей. Она — партнёр. Или даже иногда ведущая.
Часть 2. А что на Западе?
Откроем Шарля Перро.
«Спящая красавица» — принцесса, которую разбудит поцелуй принца. Вся её роль — спать и быть прекрасной.
«Золушка» — добрая, кроткая, терпеливая. Она не действует сама. Ей помогают фея, мышки, голуби. Её награда — быть замеченной принцем.
«Рике с хохолком» — принцесса-красавица, которая... глупа. Совершенно глупа. Её удел — получить ум от уродливого, но умного принца в обмен на обещание выйти за него замуж. Ум для неё — не естественное свойство, а подарок мужчины.
Братья Гримм идут дальше. В «Короле-Дроздобороде» гордая принцесса, отказавшая всем женихам, проходит унизительное «исправление»: её заставляют торговать горшками, работать посудомойкой, терпеть побои пьяного гусара (который оказывается... тем самым принцем, переодетым). Её гордость сломлена. Она благодарна за унижение. И только после этого становится «достойной» брака.
Сравните с Василисой. Её мудрость никто не «ломает». Её не наказывают за ум. Её уважают.
Часть 3. А как было на самом деле?
Сказки — не выдумка. Они — отражение реальности, зашифрованное в образах.
Так что же за реальность стояла за Василисой Премудрой?
Откроем летописи.
Княгиня Ольга. 945 год. Её мужа, князя Игоря, убивают древляне. Ольга остаётся одна с малолетним сыном. И что она делает? Она жестоко мстит убийцам. А затем — берёт управление государством в свои руки.
Но главное не в мести. Главное — как она правит. Она устанавливает точный размер дани (уроки). Определяет места сбора дани (погосты). Назначает специальных людей для сбора — первых чиновников на Руси.
Это была первая налоговая реформа в истории нашей страны. Проведённая женщиной.
В 957 году она отправляется в Константинополь и принимает христианство. И делает это не как подданная, а как равная — византийский император принимает её лично.
Позже Церковь назовёт Ольгу равноапостольной — высшая степень святости.
Часть 4. Женщина в Древней Руси: не «забитая», не «главная» — равная
Мы привыкли к другой картинке. Учебники часто рисуют образ женщины-крестьянки, забитой, бесправной, без голоса. Особенно в сравнении с «просвещённой Европой».
Но берестяные грамоты — те самые письма, которые простые люди писали друг другу в XI–XV веках — рисуют иную картину. И не только в Новгороде, который был «европейским окном».
Женщины на Руси обладали имущественными правами. Они владели землёй, распоряжались наследством, давали деньги в рост. Оставшись вдовой при малолетних сыновьях-наследниках, женщина была опекуншей их имущества до совершеннолетия. В Европе того времени опекуном мог быть только мужчина.
Женщины были юридически грамотны. Гостята в грамоте № 9 расценивает действия мужа, который прогнал её, как противозаконные, и предъявляет имущественные претензии. Февронья в грамоте № 415 терпит побои от пасынка и обращается за защитой.
Женщины вели дела. Они занимались ремеслом (ткачихи, портнихи), давали деньги в долг, выступали поручителями. В Старой Руссе, которую исследователи называют «городом амазонок», женщины поставляли соль, раздавали долги, вели переговоры.
Женщины учили детей. В берестяной грамоте XII века Марта пишет поучение об управлении домом — своего рода «Домострой» от женщины.
Но главное — муж и жена на Руси ощущали себя единым целым. В летописях нет противопоставления «мужское — женское». Князь и княгиня действуют как пара. В договорах с Византией подписи жен стоят рядом с подписями мужей.
Это не «матриархат». И не «патриархат» в его западном, жёстком понимании. Это — другая система координат: муж и жена — команда. Где каждый силён в своём, и каждый может положиться на другого.
Часть 5. Откуда взялся миф о «бесправной» женщине?
Здесь важно сказать честно.
Первые переписи населения на Руси проводились в период татаро-монгольского нашествия. Их цель была одна — установить количество рекрутов и размер дани. Единицей обложения был двор. Учитывались мужчины и дети. Женщин в переписях не учитывали. Не потому, что их «не уважали». А потому, что они не платили дань. Плательщиками были мужчины.
Но когда историки XIX века открывали эти документы, они видели: женщин в переписях нет. И делали вывод: значит, их не считали за людей. К этому добавилось влияние западных представлений о «варварской» Руси — и родился миф.
Это ошибка. Их не считали — но не потому, что они были «ничем». А потому, что учёт был налоговым, а не демографическим.
Только при Петре I, в 1710 году, впервые попытались «записать особ обоего пола». И закон, изданный Петром, отменял затворничество женщин и позволял дочерям наследовать землю, если в семье не было сыновей.
Вместо заключения
Василиса Премудрая не была выдумкой.
Она была отражением реальности. Реальности, в которой женщина на Руси обладала мудростью, уважением и самостоятельностью.
Княгиня Ольга, правившая государством и проводившая реформы. Женщины из берестяных грамот, заключавшие сделки и писавшие письма. Героини сказок, которые не ждут спасения, а действуют сами.
И главное — муж и жена как единое целое. Не борьба за власть. Не угнетение. А взаимное уважение и доверие. Когда муж знает: на жену можно положиться. Жена знает: её слово имеет вес.
Учебники часто рисуют одну картину. Летописи и фольклор — другую.
Я приглашаю вас читать первоисточники. Смотреть на то, как наши предки видели себя на самом деле. Без приукрашивания, но и без позднейших искажений.
Потому что настоящие смыслы — не в учебниках. Они в культуре. В сказках, в летописях, в песнях, в литературе.
А вы замечали, что в русских сказках женщина — не трофей?
Поделитесь в комментариях. Мне правда интересно.
Автор: Виктория Мельник
кандидат исторических наук, филолог, книговед
проект «Русские смыслы»