В детстве я искренне верил, что взрослые — это такие специальные люди, которые никогда не попадают в нелепые ситуации. Казалось, после тридцати лет тебе выдают невидимый диплом серьезности, и ты начинаешь ходить исключительно по струнке, изъясняться афоризмами и всегда попадать ключом в замочную скважину с первого раза.
Потом я вырос, осмотрелся и понял: мир держится на людях, которые застревают в лифтах с пакетами кефира, путают педали и пытаются выглядеть величественно, имея на голове начес системы «взрыв на макаронной фабрике».
Нас всех объединяет одна большая, уютная и чертовски смешная нескладность. И если есть человек, который задокументировал этот «парад планет» с максимальной любовью, то это новосибирец Игорь Елистратов.
Округлость как состояние души
Творчество Елистратова напоминает мне хороший воскресный обед у хлебосольной тетушки: всё плотное, наваристое и сдобренное такой порцией оптимизма, что калории считать просто грешно. В его мире нет места костлявости или острым углам. Персонажи Игоря Борисовича — это торжество округлости. Они напоминают упругие колобки, налитые жизненной силой и сибирским здоровьем.
Такой стиль — не просто художественный прием, а целая философия. Елистратов видит в пышных формах своих героев не повод для издевки, а признак настоящей, полнокровной жизни.
Когда гаишник на его рисунке выглядит так, будто он сам является частью своего жезла, или когда дама в очереди напоминает монументальный памятник надежде — это не сатира. Перед нами искреннее восхищение тем, как много в человеке может поместиться характера.
Трудности кухонного перевода
Главное место действия у Елистратова — это, конечно, наши квартиры и магазины. Художник подмечает те микро-моменты, из которых состоит 90% нашего существования.
Был у меня сосед по лестничной клетке, Иваныч. Мужик суровый, работал на заводе, а по выходным превращался в истинного философа гаражного разлива. Однажды жена попросила его «освежить» интерьер в прихожей.
Иваныч подошел к делу с размахом: купил баллончик неоновой краски и нарисовал на стене стрелку в сторону кухни с надписью «Еда там». На немой вопрос супруги он резонно ответил: «Зато теперь навигация понятная, как в аэропорту».
Глядя на карикатуры Елистратова, я постоянно вижу таких «Иванычей». Художник бьет точно в цель, показывая, как мы пытаемся рационализировать свой личный хаос. Его юмор растет из того самого «синего пламени» бытовых неурядиц, которые со стороны выглядят как готовый сценарий для комедии Гайдая.
Цвет настроения — сочный
Отдельно стоит сказать про палитру. Елистратов не боится открытых, звонких цветов. Его работы светятся, словно витрина кондитерской.
Это создает удивительный контраст: ситуация может быть патовой — муж вернулся не вовремя, рыба сорвалась с крючка, кошелек остался дома — но общее ощущение от картинки остается светлым.
Автор будто говорит нам: «Ребята, ну да, мы облажались, но посмотрите, какой вокруг яркий день!». Такая позиция подкупает. Именно поэтому его рисунки разлетаются по интернету со скоростью света. Люди пересылают их друг другу не ради «высокого искусства», а чтобы сказать другу: «Смотри, это же мы с тобой в прошлую пятницу».
Зачем нам этот смех?
В нашем мире, где каждый второй старается казаться «успешным успехом» и выкладывает в соцсети отфильтрованную до тошноты жизнь, работы Елистратова действуют как холодный душ после бани. Они возвращают нам право быть нелепыми. Право ошибаться, носить смешные шапки и искренне возмущаться из-за ерунды.
Игорь Борисович не просто рисует смешные картинки. Он выступает в роли мирового судьи, который выносит один и тот же вердикт: «Виновны в человечности. Приговор — посмеяться над собой и идти дальше». И это, пожалуй, самое лучшее лекарство от любой хандры.
Если вы чувствуете, что мир вокруг стал слишком серьезным и «правильным», загляните в работы этого сибиряка. Там жизнь бьет ключом, и иногда — по голове, но всегда с очень добрым выражением лица.
Подписывайтесь на канал «Рисовалки Андрея», если цените честный взгляд на наши слабости и любите юмор, который не кусает, а обнимает.