О своей работе над книгами серии "Великие композиторы" рассказывает художник Дарья ЧАЛТЫКЬЯН
Для нашей серии "Великие композиторы" Дарья Чалтыкьян оформила уже две книги: "Вивальди и ветер" Майи ЛАЗАРЕНСКОЙ и "Шопен и пианино" Алины АРБУЗОВОЙ.
Для конференции "Смотрю в книгу - 2026" электронного журнала "Чтение детям" Дарья рассказала о той работе, которую она провела при работе над этими иллюстрациями.
На конференции речь шла о нескольких художниках серии:
Но рассказ Дарьи настолько интересен, что мы хотим выложить его отдельно - со всеми референсами и иллюстрациями, чтобы вы, дорогие читатели, смогли оценить кропотливый труд художника, которому приходится превратиться в настоящего исследователя!
Передаем слово Дарье ЧАЛТЫКЬЯН:
Несмотря на то, что я довольно хорошо ориентируюсь в истории костюмов любых эпох и подобные книги у меня являются настольными, включая и мою, собственноручно нарисованную и даже написанную, и поэтому особо изучать моду заданной эпохи для меня не является необходимым, все равно всегда обязательно очень подробно изучаю новые материалы.
Начинаю с того, что ищу все портреты главного персонажа, прижизненные фото или нарисованные портреты, в разных возрастах. Пытаюсь уловить его черты, почувствовать, как менялось его лицо со временем. Это бывает трудно представить, когда главный герой родился в до фотографическую эпоху, и за всю жизнь остался один портрет, а порой и вообще лишь словесные описания. Так было с воссозданием портрета Вивальди. Считается, что на портрете со скрипкой в руках и красном халате, написанном неизвестным художником, изображен Вивальди, но это мнение подвергается сомнению, несмотря на это все ресурсы продолжают иллюстрировать свои статьи о нем именно этим портретом. Ведь он там молодой и красивый.
Но он ли это?
Вот где точно изображен именно Антонио Вивальди, это прижизненная карикатурная зарисовка Пьера Леона Гецци. Там он совсем некрасив, не молод и с огромным носом... но это не важно, тк этот рисунок дал представление о реальных чертах музыканта.
Добавляем к этой зарисовке еще и описания его характера и внешности, оставленные его современниками.
Конечно, эти поиски относятся и к родственникам персонажа книги тоже. Например, портреты отца и мамы Шопена.
Портрет его мамы я попыталась воссоздать с единственного сохранившегося ее портрета в чепце, прямо в нем и нарисовала ее на иллюстрации с новорожденным Фредериком.
Также было и с портретом учителя Шопена Войцеха Живного - попытка придать реальные черты по единственному портрету. Тут также надо отслеживать возраст человека на портрете, где он изображен относительно молодым, и состарить его до пожилого возраста, пытаясь его представить в том временном отрезке, о котором рассказывается в книге.
Фото же самого живого Шопена, сделанное незадолго до его смерти, было для меня потрясением. Сколько грусти и страдания в его чертах…
Почему то, я думала раньше, что есть только его портреты, сделанные при его жизни разными художниками, как прекрасный портрет Эжена Делакруа, очень точно видимо передающий его образ.
Подобные эмоции я, наверное, испытала бы, если бы увидела фотографию живого фараона Хеопса или Александра Македонского. Но одно это фото мгновенно решило образ «моего» Шопена!
Дальше начинаю изучать биографию, да да, всевозможные интересные факты из жизни, дом, где жил, природа мест, где родился, где отдыхал, все это может подтолкнуть вдохновение и отразиться на иллюстрациях. Все это вживание в образ героя мне страшно интересно, хотя по большому счету это не сильно необходимо. Но эти искания помогают вжиться в образ и войти в нужное состояние, настроиться на работу. Например, дом Шопена с садом, в котором он рос со своей сестрой, я нашла на современных фото, и дом, и сам сад, с его фонарями, клумбами и даже скамейками, попыталась изобразить на иллюстрации.
Особое внимание конечно к музыкальной теме книги. Поиски фото нужных музыкальных инструментов и доскональное изучение их строения. Чтобы не вышло никаких казусов, нужно перепроверить количество дырочек на флейте, посмотреть, какие виды флейт были именно в описываемое в книге время. Это важно, по крайней мере для меня.
Целое исследование провела по поиску четкого изображения органа
из Костела Св. Креста в Варшаве, где играл Шопен.
Референсом послужило и фото его подлинного пианино.
А очень старую потрепанную папину скрипку, сохранившуюся со времен его обучения в музыкальной школе, я рисовала с натуры, в разных ракурсах. И чтобы нарисовать все правильно, тоже искала фото с полным набором нужных деталей, которые отвалились на моей. К концу работы моя скрипочка совсем рассохлась, раскололся корпус, она ведь лежала без дела около 80 лет.
Кроме того, даже ноты, рассыпанные по книжным страницам, тоже были аккуратно срисованы из реальных произведений данных музыкантов, ну по крайней мере старалась их срисовать.
Мы благодарим Дарью Чалтыкьян за такой интересный рассказ!
Дорогие читатели, если вы нажмете на названия книг в начале этой статьи, то сможете полистать их начало на нашем сайте. Будем рады вашим отзывам!
Если вам нужна презентация, использованная в выступлении на конференции, пришлите нам запрос на адрес pr_akvil@mail.ru и мы ее вам вышлем!