«Заговори, чтобы я увидел тебя!»… Согласитесь, эта сократовская формула всегда работает безотказно. Слова, как сочные мазки кисти художника, в считанные минуты способны создать образ того, кто их произносит. Но иногда образ получается таким, что мысленно я обращаюсь к «оратору» с просьбой: «Пожалуйста, замолчи, чтобы мне не видеть тебя, прекрати этот вербальный эксгибиционизм…». И ничего поделать не могу – у меня такая реакция на «непечатные» выражения. Хотя, казалось бы, что в них такого? Слова, как слова. Каждый знает их с детства. В чем же их секрет?
«Заговори, чтобы я увидел тебя!»… Согласитесь, эта сократовская формула всегда работает безотказно. Слова, как сочные мазки кисти художника, в считанные минуты способны создать образ того, кто их произносит. Но иногда образ получается таким, что мысленно я обращаюсь к «оратору» с просьбой: «Пожалуйста, замолчи, чтобы мне не видеть тебя, прекрати этот вербальный эксгибиционизм…». И ничего поделать не могу – у меня такая реакция на «непечатные» выражения. Хотя, казалось бы, что в них такого? Слова, как слова. Каждый знает их с детства. В чем же их секрет?
