Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Арпеджио. О музыке

Emerson, Lake & Palmer. Как начинала путь супергруппа прог-рока

1970 год. Рок уже вкусил нарушение канонов и традиций с дебютным альбомом King Crimson, который напрочь отказывал слушателям в пресловутом психоделическом звуке и блюзовых пентатониках. Всем стало ясно, что нет никаких границ, и особо талантливые и амбициозные ребята решили, что можно не просто расширять рамки рока, но и вовсе их покинуть. Где-то рядом начинали свои эксперименты Yes, ещё только

1970 год. Рок уже вкусил нарушение канонов и традиций с дебютным альбомом King Crimson, который напрочь отказывал слушателям в пресловутом психоделическом звуке и блюзовых пентатониках. Всем стало ясно, что нет никаких границ, и особо талантливые и амбициозные ребята решили, что можно не просто расширять рамки рока, но и вовсе их покинуть. Где-то рядом начинали свои эксперименты Yes, ещё только нащупывали свой звук Genesis, Pink Floyd с переменным успехом пытались не развалиться после ухода Сида Барретта. Иными словами, картина любопытная, ситуация интересная. 

В это же самое время появляется новый коллектив, состоящий всего из трёх музыкантов, выдающих такой мощный звук, словно играет целый оркестр. Emerson, Lake & Palmer, сокращённо ELP, стали первой командой из тех, которые будут обозначены журналистами как супергруппа. Это ещё не означало, что группа по умолчанию была супер. Смысл был в том, что в таких коллективах играли музыканты, которые уже успели состояться как успешные артисты в составе других групп. В ELP это были пианист-виртуоз Кит Эмерсон из The Nice, басист и вокалист Грег Лейк, только что покинувший King Crimson, и гениальный барабанщик Карл Палмер из Atomic Rooster, игравший с хирургической точностью и с напором наковальни. 

С первого же же композиции первого альбома музыканты не стеснялись своих амбиций. И сразу же выкатили переработку Allegro barbaro Белы Бартока. Нервная и атональная пьеса 1911 года в руках музыкантов приобрела ещё более зловещий оттенок. И звучит по-настоящему круто. Отдельного восхищения заслуживает безумный бас Лейка, пропущенный через рычащий дисторшн. Knife Edge тоже цитирует академическую музыку, на этот раз это Леош Яначек и его «Симфониетта» 1926 года, в частности, первая её часть. На этом переработки заканчиваются, и музыканты делятся уже своими оригинальными идеями. Самая известная из таких – это, конечно, Lucky Man Грега Лейка. Достаточно традиционная в композиционном смысле песня на акустической гитаре с грустным текстом о парне, погибшем на войне. А финальное соло на синтезаторе Moog Эмерсон полностью сымпровизировал и записал одним дублем. Помимо того, на альбоме присутствует эпическое произведение Эмерсона The Three Fates в трёх частях для органа и фортепьяно, плод коллективного творчества Take A Pebble и безумная в первую очередь в силу барабанного соло Палмера Tank с искусной игрой Грега на басу.

Честно сказать, при всех своих достоинствах, первый альбом ELP нельзя назвать лучшим в их карьере. Это было начало пути, на котором группа обретёт своё истинное лицо. Но уже на дебютнике музыканты не то что не боялись перегнуть палку – они намеренно эту палку сломали. Не всем зашёл тогда этот подход к творчеству, этот звук, эти достаточно непростые для масс аранжировки. Это не была музыка для адептов блюза и рок-н-ролла. Это была напыщенная и даже хулиганская виртуозность музыкантов, которые не стеснялись эту виртуозность демонстрировать.