Мы привыкли думать о мужском бахвальстве в мужской компании как о позерстве. Как о глупости. Как о попытке самоутвердиться за счет унижения женщин. Но это слишком громко.
В мужской стае веками действовал простой закон: кто громче рычит, того слушаются. Неважно, правда это или нет. Важно, чтобы дрогнули. Это был инструмент выживания в мире, где тебя могли убить за косой взгляд.
Проблема не в том, что он «строит из себя альфу». Проблема в том, что вокруг него больше нет стаи, которую надо покорять. Есть жена, которая просто устала слушать этот театр одного актера в пустом зале.
Юбилей. Мужчина, 45 лет, менеджер среднего звена, в галстуке, который он называет «удавкой». После четвертой рюмки коньяка он расправляет плечи и превращается в шерстяного волчару. Он вещает молодому стажеру: «Главное в семье — держать всех в ежовых рукавицах. Баба должна бояться. Я своей говорю: борщ недоварен — на неделю без шопинга. И ведь слушается! Уважает!»
Я смотрю на своего мужа. Муж смотрит на меня. Мы синхронно приподнимаем бровь. Потому что час назад я видела, как этот «шерстяной волчара» в коридорчике перед туалетом судорожно дышал в трубку, объясняя жене, что «он не пил, просто в ресторане шумно, горячее поем и сразу домой».
Видели таких? Мужчина в зоне отсутствия женщины (работа, баня, рыбалка) надевает воображаемый рогатый шлем викинга и начинает издавать утробные звуки про «исконный порядок». Это ритуал. Это игра. Это попытка компенсировать в мужской стае тот факт, что в стае домашней он находится в самом низу пищевой цепочки — ниже кота, жены и золотой рыбки.
Он не управляет домом. Он о нем информируется в мессенджерах.
Это как Берсерк, впадающий в боевую ярость при виде ножа для масла, но теряющий сознание от просьбы открыть банку с солеными огурцами.
Милые дамы, у скольких из вас дома живет такой вот «офисный викинг», чей боевой топор ржавеет в ожидании приказа «вынести мусор»? Явка с повинной обязательна.